Секс-бойфренд моей дочери (СИ)

- Больно? Артур, тебе будет больно, если ты не прекратишь переводить стрелки…
- Ну, Люб не сердись… - давит на жалость он и на мою мягкосердечность. - Не бросишь ведь ты раненного умирать?
- А мы на войне, значит?  - прищурила глаза. - Ладно…
Я хочу пойти за аптечкой, но потом осекаюсь и решаю поинтересоваться у Артура:
- Может, хотя бы подскажешь, где у Алисы аптечка лежит?
- Без понятия.
Проверка вроде провалилась. Даже не знаю радоваться или нет? Сканирую его и не понимаю...
 Кто ты вообще такой, а? А вот Костя, значит, реально не чужой Алисе.
Я удаляюсь в комнату, из аптечки беру ватный диск и смачиваю его перекисью водорода.
Когда возвращаюсь к Артуру, вижу, что тот присел на тумбу и, прислонившись спиной к стене, закрыл глаза.
- Ты еще живой? Держи. – протягиваю ему ватный диск.
Артур слегка приоткрывает глаза, с болезненным видом смотрит на ватку и вновь закрывает глаза.
Вот, паразит. Ждет, что я сделаю все за него. Медсестра Люба спешит на помощь.
И откуда во мне столько сострадания? Порой сама себе поражаюсь.
 Наклонюсь к  страдальцу и начинаю промакивать диском кровь. Артур сразу дергается и распахивает глаза.
- Ай, - смотрит как на врага народа. – По нежнее, пожалуйста, Люб.
Так бы и прибила, честное слово. Еле сдерживаюсь, чтобы не сделать еще больнее. Наклоняюсь чуть ниже и начинаю дуть на губу.
- Уж потерпите чуть-чуть, господин Орлов.
- Да-да, я потерплю.
Он вновь расплывается в довольной улыбке, и все его лицо выражает удовлетворение.
Завершаю свои манипуляции, но не успеваю убрать руку от губ, как Артур целует мои пальцы. По сравнению с моей холодной кожей, его губы горячие, даже жаркие...
- Спасибо большое…
- Что делаешь? – возмущаюсь и одергиваю руку.
- Что делаю? – вторит он, улыбаясь и строя из себя дурака.
Детский сад. Я лишь прицокиваю на эту нелепость и, чтобы не забыться,  перехожу к делу.
- Говори, давай, свою правду.
- Это правда не моя… А у Алисы. – делает важное уточнение. -  Пообещай, что не будешь злиться на меня?
- Хватит ставить условия, Артур. Что вы скрываете?
- Ладно, слушай. Все началось еще пару месяцев назад. Однажды на одной тусовке я проиграл твоей дочери желание… Позже она попросила меня изобразить ее парня. Я не стал вдаваться в причины такой авантюры и решил поучаствовать. Люба, если бы я знал, кто будет ее мать, то я бы никогда…
- То есть ты не ее парень? – уточняю я и убеждаюсь в том, что Алиса сказала правду.
- Боже упаси от такой. Нет, конечно. – усмехается он.
В груди закипает. От всей души заряжаю пощечину Артуру.
- Блин, Люба, за что?!
- За наглую ложь с первого дня! – срываюсь я.
- Я вообще жертва обстоятельств.
Он вскакивает и начинает оправдываться, когда оправданий для просто быть не может.
- Ты… Ты бессовестный человек!
- Это у Алиски совести нет! Кто знал, что она залетит? Еще шантажировать меня начала… И в кого она такая? – он покосился на меня.
- От кого она беременна?
- От Кости, конечно. Он, как узнал о ребенке, сразу слился.  И план Алискин, который изначально был, окончательно накрылся медным тазом.
- Зачем ей все это было нужно?
- Вот я сейчас тоже не понимаю… Она хотела прикрыть Костю, пока он не созреет, ну и меня попросила изобразить плохого парня, чтобы на моем фоне этот баран стал ангелом.
Он говорит, а я начинаю сходить с ума.
- Я то со своей задачей справился. А вот Алиса вообще с катушек съехала,  готова была подставить лишь бы не опуститься  в твоих глазах… Словно у нее мать-тиран.
Он еще что-то говорит, но я уже не слышу.
В висках пульсирует от этой информации, и я хватаюсь за голову – все это время я находилась в эпицентре представления и даже была его героиней. Разыграли, обманули… и все ради чего?
- То есть все это время ты лишь изображал из себя кого-то… - поднимаю опустошенные грустные глаза на Артура. - Какая же я дура.
- Нет, ты не так поняла. Все что было между нами – правда.
- Нет, Артур, - выдавливаю из себя слова. В груди колет.  – Все что было между нами – сплошная ложь, и все, что было между нами- забудь. Тебе ясно?
 
- Люба, остынь, умоляю…
- Пошел вон.
Я проводила взглядом его за порог.
- Но Люб… - хочет дотронуться до меня, но я отступаю назад.
- Видеть не хочу. – поджав губы, прошептала я. – Уходи.
Он растерянно смотрит на меня, хочет высказаться, но я не даю и указываю на дверь.
Уходит. Оставляя меня наедине с  невыносимой тянущей болью в груди.
Как они могли? Двое самых дорогих людей, которых было сложно, но я уместила в одном сердце. Те, из-за которых страдала и переживала, просто решили разыграть меня, поиздеваться… И как, скажите? Как я должна дальше смотреть им в глаза, и доверять?
  
Глава 25. Артур
 
Не выношу очереди.
Особенно, когда время итак поджимает.
Откуда вообще столько народу в цветочном магазине с утра?
- Милая девушка, можно мне вот тот шикарный букет? – пользуюсь случаем и вылавливаю флориста, когда та проходит мимо меня.
- Молодой человек, куда без очереди лезете? – сразу реагирует женщина, стоящая передо мной, в нелепой красной шапке и с родинкой на носу.
Приходится врать и не краснеть.
- Извините, я тут бронировал заранее. – кашлянул в кулак и послал умоляющий взгляд в сторону молодой продавщицы.
- Забронировали? Разве можно так… - охает женщина и начинает наводить смуту  в очереди.
Пока она ворчит и развлекает посетителей, девушка-флорист идет мне навстречу и приносит готовый букет :
- Хороший выбор.  – одобрительно кивает. - По карте или наличными?
- Наличными. – достал я из кошелька купюры. – Без сдачи.
- Без сдачи? – девушка смутилась. -  Но тут слишком много…
- Спасибо вам. И хорошего дня!
Я подмигнул девушке, и вооружившись букетом, поспешил на выход.
Надеюсь, я еще не опоздал…
* * *
Вбегаю на этаж офиса и убеждаюсь, что Любы еще нет на месте.
- Доброе утро, Карин. - салютую секретарше, которая озадаченно смотрит на меня и букет.
- Доброе…
Думал, приду раньше всех. Не удалось. Карина ранняя пташка.
Ну все, сплетен не избежать. У девчонок будет, что обсудить за чашкой кофе.
Вхожу в кабинет Любы, включаю свет и осматриваюсь… Куда бы пристроить букетик?
Замечаю вазу на полке.
- То, что надо, - я беру вазу и примеряю к букету.  – Еще бы водички…
Озираюсь по сторонам и цепляюсь взглядом за бутылку на подоконнике.
Будто специально стояла и ждала этого дня, чтоб помочь мне.
Вода уже вазе, как и букет, который вписался  в нее, как влитой.
- Идеально. – оцениваю результат своих стараний со стороны.
Конечно, цветы вряд ли смогут перекрыть все то, что произошло между нами и так задело Любу. Но ей будет приятно, я уверен.
Пусть это будет маленький шажок на пути к примирению.
Она прогнала меня, но я так просто не сдамся… Люба – моя женщина, я чувствую это. Только она так цепляет, радует глаз, и ранит.
Я сажусь в ее рабочее  кресло  и обращаю внимание на фотографию в рамке, которая стоит на столе. На ней Люба с дочкой. Алисе лет двенадцать на фотографии.
Не могу сдержать улыбки – уголки губ сами приподнимаются наверх. Они очень милые. Тут и не скажешь, что эта маленькая девчонка может учудить что-то плохое… Взгляд невинный, как у ангелочка.
Хоть Люба и злиться сейчас, но дочь для нее всегда будет сокровищем, который будет охранять и оправдывать, как бы та не начудила… Не знаю, при каких обстоятельствах Люба стала матерью-одиночкой, но всем сердцем чувствую, что  мне хочется стать третьим главным персонажем на этой фотографии.
 
Алиске явно не хватало отцовского воспитания в детстве, вот и творит ерунду всякую, испытывает нервы матери на прочность…