Измени со мной (СИ)

– Я? Серьезно? Продолжай.
– Ты бы заткнулся, мальчик, – злится Загорский.
– Коротко и по делу.
– Ты смотри какой, – отец улыбается не по-доброму. – Еще и время регулировать надумал. Разговор короткий, Вадим.
– Так формулируй, – злюсь. – Побыстрее.
– Отстаешь от моей жены и валишь на все четыре, – произносит Антон. – Без последствий для тебя.
– Тебя забыл спросить, что мне делать.
– Иначе она останется без работы и с позором вылетит с нее – это раз. Второе – она нигде не сможет устроиться по своей специальности. Я сделаю все, чтобы она сама ко мне приползла на коленях, – говорит с таким упоением, что тошно.
– Мужик, – киваю, скривившись. – Обосрался, что адвокат тебя оберет до нитки? – улыбаюсь. А сам пытаюсь понять, как действовать. Как, сука, быть?
– Твоих рук дело, значит, – догадывается. – Денег захотел?
– А кто их не хочет?
– Вадим, – влезает отец, – надеюсь, ты понял, какие будут последствия вашей связи. У тебя на все про все неделя. Не больше.
– Я запущу процесс, будь уверен, – хмыкает Антон, явно чувствуя превосходство. – Она хотела работать, и ты ее этой возможности лишишь. Думаешь, она будет тебе благодарна за это?
Сжимаю кулаки. Я лишу ее работы. Мы недавно только говорили о том, что Ждана хочет поступать в магистратуру. Девочка у меня пиздец какая умная, и я за нее только рад. И вот как сейчас быть?
– Все сказали? – обвожу взглядом присутствующих падонков.
Молчат.
– Тогда не смею больше светить своим таблом, – поднимаюсь с кресла и тороплюсь на выход.
Сажусь за руль и впиваюсь в него пальцами до побелевших костяшек. Сука! Бью ладонью по ободу. Я знал, что наша жизнь с Жданой выплывет на поверхность, но не так быстро. Да собственно конспирация у нас была не на высшем уровне. Надо было… много чего надо было.
Достаю телефон и набираю Ждану.
– Алло, – слышу ее голос, закрываю глаза.
– Я свободен. Ты как?
– Пока ты доедешь, тоже могу освободиться.
– Кидай адрес, заберу.
– Хорошо.
Как этот урод мог изменять ей? Как? Или я дурак, или лыжи не едут. Но я ни черта не понимаю. Одно лишь в голове кружит, что у нас назрели проблемы, и они явно с плохим исходом. Лишить ее возможности учиться и преподавать я не могу. Не могу и все!
  
Глава 19
 
Ждана
Не знаю, что происходит последнюю неделю, но Вадим кажется загруженным. Он все время зависает, а я пытаюсь понять, какая проблема его беспокоит.
Приезжаю на работу на такси. Выхожу, вдыхая уже слегка морозный воздух. Голова с утра чуть кружится. Но сейчас, сделав пару вдохов, отпускает. Направляюсь в институт и включаюсь в работу.
Успеваю пересечься с профессором, но в последний момент его отвлекают, и я оставляю попытки поговорить сегодня. Завтра попробую.
Лекция второго курса проходит стандартно. Удается вовлечь в новую тему большую часть студентов, и мне радостно, что молодежь идет на контакт. А последней парой у ребят зачет и я жутко нервничаю. Но мои опасения оказываются напрасными, вся группа сдает, и я с удовольствием ставлю в билете – «зачет» и свою подпись.
– Спасибо, Ждана Игоревна, – благодарит девушка.
– Это вам спасибо, – отвечаю и отпускаю ее.
Все, группа прошла, и я заканчиваю этот рабочий день с чувством выполненного долга.
– Можно? – в дверь постучали, и послышался женский голос.
– Да, проходите, – ответила, не посмотрев на вошедшую. В руках телефон, и я пишу сообщение Вадиму, мне жутко хочется рассказать о результатах моего первого зачета.
– Не хотела вас отвлекать, – голос раздается совсем рядом, и я отрываю взгляд от экрана телефона. – Но мне показалось, что все вышли.
И замираю. Передо мной стоит девушка – та самая, с которой встречался Вадик. Темноволосая, с пронзительным карим взглядом. Вся такая ухоженная, холеная. Аж сердце замирает.
– Здравствуйте, не напомните, кто вы? Вроде вся группа сдала зачет, – пытаюсь взять себя в руки. Ну почему я сразу думаю о плохом?
 
В руке вибрирует телефон. Видимо Вадик ответил на мое сообщение. Но не тороплюсь его открывать. Все мое существо замерло и вытянулось по струнке.
– Я не студентка, – говорит девушка и, взяв стул, садится напротив меня. – Меня зовут Полина. Мой любимый человек является вашим студентом, – говорит она, пристально на меня смотря.
– Вот как? И какое это отношение имеет ко мне?
– Прямое. Речь идет о Вадиме Ковалеве.
Молчу. Слушаю продолжение. Но мне очень хочется убежать отсюда подальше.
– Не буду ходить вокруг да около, намеками всю суть не донесешь. Я знаю, что вы с Вадимом… как это помягче сказать, – морщит свой аккуратный кукольный нос, – встречаетесь, живете, спите… выбирайте любой вариант. То, что он ваш студент, вас не красит. Но этические нормы на вашей совести.
– Откуда у вас такая информация? – спрашиваю. – Она не достоверна, так что мне совершенно не интересно знать, кто вы, и что у вас с Ковалевым происходит, – стараюсь говорить ровно.
– Своим источникам я доверяю. Мы с Вадиком знакомы с детства. Собственно, из-за этого и решила вернуться в страну, поняв, что не смогу его забыть. Но… – она лезет в свою сумочку и достает небольшой листок. – Вот, – кладет его передо мной. – Мы встречались пару раз. И одна из встреч оказалась вот с таким результатом.
– Что это? – не хочу даже смотреть и вчитываться. Пред глазами начинает все плыть.
– Это справка от моего гинеколога, – голос девушки звучит уверенно. – У меня задержка. Тест положительный. Анализы тоже говорят о беременности. Там все написано, почитайте, – предлагает. А я не могу – тошнотворный комок подкатывает к горлу. – Мы хорошо провели ночь. Срок еще совсем маленький.
В ту ночь он не приехал ко мне. И эта девушка это знает. Не знаю, откуда. Но каждое сказанное ею слово въедается в мозг клещами.
– Я люблю Вадима с детства. И безумно рада такому положению. Родители просят внуков, считаю, что самое время, да и мужчина любимый. И… – она поднимается со стула, – я очень надеюсь, что вы, как женщина, меня поймете и не допустите, чтобы ребенок рос без отца. Вам же все равно на работу, верно? Угрожать вам, что я расскажу о вашей связи, нет смысла, а вот ваше решение может повлиять на благополучие Вадима. Уж поверьте, если мой отец узнает, что Вадик отказался от ребенка ради вас, то от его клуба ничего не останется, – усмехается и, развернувшись, шагает к выходу.
Ушла она, тихо прикрыв за собой дверь. Я поднялась на подкашивающихся ногах и подошла к окну, открыла форточку. Холодный воздух ворвался в душную аудиторию. Плохо, мне так плохо, что боюсь захлебнуться в слезах.
Закрываю окно и, собрав дрожащими руками свои вещи, тороплюсь по мере возможности покинуть аудиторию. Я задержалась с этим зачетом. Но, сделав пару шагов, новая волна тошноты накатывает, и я срываюсь с места, забегаю в туалет, и там меня выворачивает.
Я не знаю, как быть и что делать! Меня разбили вдребезги. Что происходит? Что? За что мне все это? Хочется кричать и плакать! Хочется орать и сорвать голос. Но понять, за что?
Муж изменил, ребенок на стороне. Вадик! Боже мой, милый мой мальчик – и он туда же? Я проклята? Что со мной не так? Почему мужики со мной спят, а детей делают на стороне?
Как дохожу до дома, не понимаю. На улице темно и холодно. Я замерзла. Голова разрывается от боли.
Вадим предупредил, что задержится. Он последнее время все чаще работает допоздна, и я не знаю, чем он занимается. Может, как и Антон? Но в клуб идти не хочу. Для чего? И что ему говорить? Что спрашивать? Я изначально не имею на это право.
Дома долго стою под струями горячей воды. Очень долго. Состояние такое, будто я заболеваю. И горло саднит, голова болит. Выйдя из ванной, укутавшись в теплый халат, иду в кухню и завариваю себе чай с лимоном и медом. Силы покидают слишком быстро, что уже через минут десять я ощущаю, как закрываются глаза.