Измени со мной (СИ)

– Очуметь, – тут же высказывается Седой. – Вот это она тебя раскатала. Чего ты ей сделал?
– Да место на парковке подрезал. Вот она и опоздала из-за этого. Но я, @лять, не знал, что она препод. Да и у преподов своя парковка на территории. Да и пошла она лесом, – злюсь и сбегаю по ступенькам на первый, пересекаю просторный вестибюль и толкаю дверь, выхожу из здания.
– Ну и куда ты? Забей! Новенькая. Поставят ее еще на место, – плетется за мной друг.
– Да похер на нее, – отмахиваюсь и сбегаю по ступенькам. – У меня дела.
– Дела у него, – фыркает Седой, оставшись позади.
Я торможу, оборачиваюсь.
– Слушай, реально дела. Я на связи, – показываю телефон. – Держи меня в курсе, что тут да как.
– Ок, – усмехается, качнув головой, и, крутанувшись, заторопился внутрь здания.
Я же ускорился в сторону парковки, пересекая территорию института. Заостряю внимание на недалеко припаркованной красной тачке, уже мне знакомой. Оглядываюсь по сторонам. Стоит тачка так себе. Можно прикопаться. Рядом пешеходник. Она вплотную к нему. А недалеко работает эвакуатор. Бля, извини, как там тебя?
Торможу и, резко меняя траекторию, направляясь к водиле эвакуатора.
– Бог в помощь, – протягиваю руку, и мужик отвечает пожатием. – Есть дело.
– Какое? – тот, не выпуская сигареты изо рта и не смотря на меня, пакует машину.
– Вон там, – показываю направление. – Стоит красная тайка. Рядом пешеходник. Дистанция не соблюдена. Забери, а?
– Тебе-то это зачем? – прищуривается.
– Да наказать одну дамочку хочу.
Усмехается. Но продолжает выдерживать молчание. Понимаю, к чему.
– Сколько? – спрашиваю и тут же лезу за телефоном.
– Пять.
– Чего? Пять косарей? – усмехаюсь. – Ок, без проблем. Диктуй номер.
Перевожу ему деньги, и мужик обещает мне, что тачку следующей заберет.
– Фотоотчет по номеру мне скинешь, – предупреждаю и, получив кивок от него, тороплюсь обратно к парковке.
Снова проходя мимо красной тайоты, стараюсь не пялиться на нее и прямиком направляюсь к своей.
  
Глава 2
 
Ждана
С самого утра этот день мне подкидывает неприятные сюрпризы. Хотя все начинается как всегда. Подъем, уже даже раньше будильника. Привычка вставать вместе с мужем. А еще нервы слегка шалят. Раньше никогда за собой не замечала такого. А тут разве что руки еще не трясутся, но в груди что-то сжимается.
Готовлю завтрак, пока муж собирается на работу.
– Все хорошо? – подходит со спины и, обхватив мои плечи, целует в висок.
– Да, – натягиваю улыбку и, переложив яичницу в тарелку, ставлю ее на стол.
Антон садится.
– Кофе сейчас сделаю, – суечусь вокруг турки.
– Может, все же вызвать водителя? – спрашивает, будто чувствует мое состояние.
– Нет-нет, – снова виноватая улыбка. Вздыхаю. – Я справлюсь. Подумаешь, первый день на новом месте.
– Тебе вообще не обязательно выходить на работу. Уже говорил, – звучит строго.
– Я знаю. Но мне это нужно, – выдыхаю, понимая, что сама себя намеренно загнала в эту ситуацию. Но я не могу сидеть на шее мужа. Я люблю свою профессию. Мне нравится преподавать. И мне нужно выйти в люди, иначе я сойду с ума.
– Только представь, что там мажористые пижоны, которых мало интересует образование. Просто папочка запихал любимое чадо в престижный ВУЗ. Они задиристые и наглые.
– Не все такие, – возражаю.
– Девяносто девять из ста, – хмыкает.
– Ты был из их числа? – усмехаюсь, но, поймав его взгляд, замолкаю.
Отставляет недоеденный завтрак, что раздражает.
Спокойно! Вдох-выдох. Я же не истеричка.
– Бросай затею эту, – промокнув салфеткой упрямо поджатые губы, поднимается из-за стола. Подхватывает пальцами чашку с кофе и, сделав пару глотков, возвращает ее на стол. – Не майся ерундой, – и выходит из кухни, направляясь в прихожую.
Я за ним.
– Да и чем мне заниматься дома? Что мне делать?
– Мы уже говорили на эту тему.
– Говорили, – соглашаюсь, но я начинаю закипать от злости. – Но мне неинтересно с женами твоих друзей. Они все какие-то… – ловлю его взгляд и, пфф, сдуваюсь. – Я не могу. Не могу подвести профессора. Я обещала, Антон.
 
– Вот увидишь, как после сегодняшнего рабочего дня ты будешь плакаться, как они там все невыносимы, – легкая усмешка. – Все, мне пора, буду поздно.
Делаю шаг к нему, чтобы поцеловать на прощание, но муж разворачивается, будто не заметив моего жеста, и покидает квартиру, закрыв за собой дверь.
В груди что-то неприятно шевельнулось. И так на протяжении всего последнего месяца. И все то время, когда я пыталась доказать, что мне нужна работа. Мне двадцать семь, у нас нет детей, что мне делать дома? Гулять по магазинам? Тратиться на ненужные шмотки? Сидеть в кафе-ресторанах и тратить свое время на бесцельные разговоры с женами его друзей и партнеров? Обсуждать пластику? Подтяжку? Да боже упаси!
Тряхнула головой и вернулась в кухню. Опираюсь руками о стол и закрываю глаза. Все хорошо. Ничего страшного же? Да, не первый раз уже замечаю, как муж игнорирует мои порывы к нему прикоснуться. Мне безумно нужна его поддержка, его доброе, ободряющее слово. Но имеем то, что имеем. Он очень занятой человек, очень важный. И часто пребывает в своих мыслях, поэтому он может просто не замечать моих метаний. Все это глупости.
Поэтому решаю выпить чашку зеленого чая и привести свои мысли в порядок. У меня сегодня первый рабочий день после почти годового перерыва. Мне нужно сделать все, что от меня зависит, и вернуться в продуктивное состояние. Мне это очень нужно. Иначе я совсем потеряюсь и стану истеричкой обыкновенной, как вид, который распространяется не размножением, а воздушно-капельным путем.
Ну и кто сказал, что утро не задалось только с разговором мужа? Парковка, где плюнуть негде. Одна машина дороже другой. Мажоры… так и крутятся слова Антона. И один из них решает меня подрезать. Чтоб его!
Когда все-таки удается припарковать машину, взглянув на часы, ахаю. Опаздываю на свою первую пару! Тороплюсь в здание, где меня в вестибюле встречает Симкина Лариса Ивановна.
– Опаздываете, – показывает пальцами на часы у себя на запястье.
– Прошу прощения, – виновато улыбаюсь.
– Забегите на кафедру, – напоминает.
Я киваю и тороплюсь на второй этаж. А после чуть ли не бегом к двести второй аудитории.
В чем-то муж оказался прав. Студенты молодые, наглые, дерзкие. Но не все. Из всей выпускной группы человек пять. Это на первый взгляд. Но по словам секретаря, тут скучно не будет. Войдя в аудиторию, мой страх куда-то улетучивается. Я уже преподавала и достаточно успешно. Пришлось уйти по просьбе мужа. А теперь вот, готова снова преподавать. Спасибо профессору, помог.
Решаюсь провести опрос. Чтобы немного понять, чего вообще ждать от студентов. И надо было наткнуться именно на того парня, с которым столкнулась на парковке. Он вальяжно сидит на скамье и с легким прищуром на меня смотрит, будто выжидает. Его товарищ, сидящий рядом, да и все остальные студенты, наблюдают за нашим разговором. Кто-то из девочек даже заступается за него. Значит, парня уважают. От признания, что его не интересуют финансы ловлю секундный ступор. Но, кажется, я справляюсь, и до конца пары он сидит тихо. Уже хорошо.
– Как прошла ваша первая пара? – стоит зайти на кафедру, как на меня налетает с вопросом секретарь.
Рядом стоит блондинка, примерно моих лет, что-то пишет в журнале. Прислушивается.
– Нормально, – пожимаю плечами и прохожу к свободному столу.
Здесь я немного ориентируюсь. На днях была тут.
– А вы у нас за кого? – подает голос блондинка.
– За профессора Лужникова. Он приболел, – отвечаю.
– Ах да, а то думаю, почему вас раньше не видела, – улыбнулась и подошла ко мне, протянула руку. – Вероника Серова, тоже преподаю, – пожимаю в ответ ее прохладную ладонь.