Рождение (СИ)

Юноша рванул изо всех сил, доверившись своему наставнику и другу. Фрис думал было последовать за ним, но старший полукровка кинулся наперерез. Столкнувшись с его жалобным взором, младший Силкорн глухо заметил:
— Что ж… Мне всё равно, в принципе, кого первым.
Бывший падший отступил в смятении, осознавая: убегать — подставить соплеменника. Мысли в голове запутались и никак не выходит подобрать подходящий путь к спасению. Нападающий взмахнул ножом, но… Будучи изначально правшой, неверно направил удар — григстанская игрушка чуть отступил, наткнулся на стену, но смог оказаться вне траектории лезвия. Оно рассекло воздух у самой шеи. Не успел даже и осознать происходящее — практически на одних инстинктах самосохранения юркнул куда-то в сторону и вниз, оттолкнул пальцами слишком приблизившийся пол, а потом побежал изо всех сил. Так чётко вспомнилось, как умирают от аналогичной раны. Больше всего в жизни опасается до сих пор именно такого конца своего существования. Память любезно предоставила самое страшное пережитое зрелище, подогнавшее куда сильнее любого кнута. В голове прозвучали слова Боира. Это стало последней надеждой на спасение. Нёсся, словно загнанный зверёк, из одного коридора в другой, плотно стиснув зубы от напряжения и привычной борьбы с воплем. Мимо мелькали, будто тени, незнакомые люди, брезгливо отстранявшиеся с пути падшего. Добравшись до жилища Миатса, умоляюще принялся звать — ответила лишь тишина. Горло сжалось от представшей собственной слабости. Никогда не смог бы применить силу к кому бы то ни было, хотя физически и достаточно крепок, чтобы без труда скрутить своего неудавшегося убийцу. Даже при настолько очевидной угрозе своему существованию. Отчаяние наполняет паникой. В его восприятие своей сути слишком плотно вбили с самого рождения характеристики жертвы. Погоня находится уже недалеко. Обернулся, заметил проходившую мимо Варгу и метнулся к ней. Пожилая женщина шарахнулась от бывшего раба, старательно смотревшего в пол, дабы не вызвать излишнего опасения.
— Умоляю… Скажите, где я мог бы найти господина кузнеца Боира? Пожалуйста! — затараторил как можно скорее, низко-низко склоняясь, словно бы перед ним стоит григстанка. Она отодвинулась ещё на полшага, словно чтобы не выпачкаться о собеседника, и настороженно ответила:
— Где ещё ему быть в такое время? В кузне, конечно. Как пройти, знаешь?
— Благодарю! — успел различить краем глаза приближающегося преследователя и устремился дальше. Фрис тоже ускорился. Осознав, что гибрид улепётывает от какого-то человека, Стоули невнятно пробормотала себе под нос: «Зря я его направила — натворил уже что-то грязнокровый». У крестьянки и мысли не появилось о вероятной невиновности григстанской игрушки, раз гонится её соплеменник.
Стены сливались, словно в кошмарном сне. Прохожие отступали от неистово несущегося куда-то беглеца. Лаури ударялся о камни на поворотах, но продолжал лететь сломя голову к тому, кто пообещал спасти. Чётко сознавал — от остальных ждать защиты не приходится. Главным стало не упасть: не споткнуться, не поскользнуться на скользком местами камне, не заблудиться в таких похожих иногда тоннелях, увернуться от зазевавшихся неизвестных… А позади словно бы злобная тень не отстаёт, следуя по пятам. В ушах грохочет сердце, а воздух от усилия вырывается уже с чуть слышным хрипом. Быстрее… Ещё быстрее… Не потерять ритм, не сбиться и не упустить нить дороги…
Боир как раз поставил свой только что законченный меч и обернулся на постороннее явление, чрезвычайно резко прорезавшее привычный покой мастерской: освобождённый бесправный с выпученными от страха глазищами спешит к нему, а следом — сборщик моллюсков, которого пару раз мельком встречал. В этом месте полукровка ориентируется очень плохо. Споткнулся один раз, второй. Едва ногу не сломал, запыхавшись. Однако во взгляде уже появилась надежда, когда осознал: замечен Миатсом. Спасает пока лишь врождённая ловкость и выносливость. И бегает-то, в принципе, не слишком хорошо. Однако смерть за спиной послужила отличным ускорителем. Недавно обретший волю слуга Сиото ломанул навстречу, схватил за шиворот и зашвырнул под громадный стол, где иногда раскладывают готовую продукцию. Лаури покорно сжался там, виновато посматривая наружу, а его защитник решительно встал на пути преследования.
 
— Что тебе понадобилось от учителя грамоты? — холодно поинтересовался кузнец.
— Да так… спросить о жизни здесь хотел, — криво усмехнулся Фрис, развернулся и пошагал прочь. Объясняться явно не собирается.
— А теперь хотелось бы твою версию услышать, — наклонился и заглянул под толстую столешницу Боир. Наставник ребятни выскочил обратно и чуть слышно ответил:
— Ему кровь моя понадобилась… Я не знаю… Зачем.
— Что значит… «кровь понадобилась»? — не растолковал для себя суть собеседник.
— Он хотел зарезать… Я… — и тут бедолага вник полностью в ситуацию. Торопливо грохнувшись на колени под ноги своему спасителю, обхватил его тонкими пальцами и торопливо взмолился: — Ситтиан! Он убежал, но… я же не знаю, куда он побежал! Если этот человек его найдёт, то убьёт! Он сказал, что ему всё равно… Помогите, господин! Помогите мне найти и защитить Ситтиана! Он же мальчик совсем! Пожалуйста!
— Где он может быть? Думай! Думай давай! — сурово понукал Миатс. Зелёные глаза чуть сузились от напряжения.
— Господин Нгдаси… Кири… Они дружат! Может, там? — уже подорвался туда да так, что спутник едва поспевает. Когда они влетели к лекарю, тот от неожиданности уронил пиалу с изготовляемым лекарством. Кири испуганно нырнул в сторону по привычке забиваться в угол при какой-либо угрозе, но быстро узнал своего учителя грамоты и с любопытством заглянул ему в разрумянившееся лицо.
— Ситтиан сюда забегал? Тут что-то непонятное происходит… Ловец моллюсков безрукий за полукровками с ножом травлю устроил, — озадаченно объявил кузнец. Врачеватель шокировано пялился на них, но сообщил:
— Здесь его не было. Может, Ланакэна спросить?
Полукровка беспомощно откинулся на миг на стену, перебегая взглядом с одного на другое лицо.
— А что натворили-то? — полюбопытствовал на всякий случай Соул, внимательно изучая его.
— Ничего, господин. Я не знаю. Я увидел, как он хочет ударить Ситтиана со спины и закричал. Тогда этот человек побежал за мной… Я вспомнил: господин Миатс обещал меня защитить… И стал искать его… Я… Помогите! Не оставляйте мальчика, пожалуйста! — в его речи прозвучали пораженческие нотки. Уже крайне сомневается, что кто-то станет тратить силы на поиск.
— Пошли, — коротко распорядился хозяин жилища, снимая передник и вытирая руки.
Осилзского они смогли найти за тренировкой. Услышав о сути, он растерянно отложил оружие. Однако рядом подал голос вдруг Флет:
— Я его спрятал. Мальчик от страха говорить не мог. Я так и не сообразил: что там случилось-то? Дал воды и велел сидеть у меня и не высовываться. Там его, в принципе, никто найти не должен. Свидетелей не было. А с чего Фрис так сделал? Что такое мог выкинуть мальчонка, чтобы настолько взбесить добродушного сборщика моллюсков?
— Я не знаю… Я даже не знаю его в лицо! Правда, многоуважаемые господа! Честное слово! Хотя… Много ли стоит слово падшего… Но я его не знаю! — жалко попытался убедить получеловек, но сам осознал: ему в создавшихся условиях мало кто поверит. Ссутулился, принимая то обречённо-усталое выражение, присущее многим с его положением в григстанском обществе. Ждёт возмездия, хотя и не нашёл повода в собственных поступках. Всегда виновный, независимо от настоящей причины, безропотно отдающийся боли и давлению сильнейших беспощадных чистокровных из-за отсутствия права на самозащиту с самого своего появления на свет. Иного не дано!
— Пошли к малышу. Должно быть, ему очень страшно! — напомнил предводитель Сопротивления сдержанно. Пока в уме с трудом укладывается: разве кто-то может безосновательно пытаться кого-то зарезать? Но озвучивать вслух подобное весьма жестоко.
Когда они вошли, Ситтиан покорно упал чистокровным под ноги. Его трясёт от ожидания расправы так сильно, что Раст непроизвольно отвернулся. Он не учёл: малыш здесь ждал именно наказания.