Музей магических артефактов (СИ)

Ножницы в списке не встретились. Ни матушки Элеоноры, ни чьи-либо другие. Значит, нужно искать дальше.
Рита сложила остальные коробки обратно в сейф. Список манил словами «зеркало», «колье», «кинжал», «шпилька» и другими, все они были какими-нибудь этакими, или чьими-то, но солнце уже опустилось за макушки деревьев и за горку, скоро станет совсем темно, а зажигать магические огни Рита не научилась.
- Домик-домик, а можно свет? – спросила она, ни на что особо не надеясь.
Оп – вспыхнула люстра. Десятка три магических лампочек, никак не меньше. Дома и светодиодные так не светили. Ну вообще-то правильно, если здесь работать – то нужен свет.
Рита быстро завершила обеспыливание внешней части шкафов, поставила кресла и стулья на стол, вымыл пол и громко сказала:
- Спасибо за свет, можно выключить, я сейчас ухожу. Приду завтра, буду читать бумаги. И если можно, милый домик, запри дверь, пожалуйста.
Пока она выносила грязную воду на улицу и шла наверх, то придумала место, где могут быть ножницы. И наверху не пошла смотреть, как дела у молодёжи, и что натворила госпожа Фонтен, а сразу двинулась в гардеробную с историческими платьями. Там вчера ей запомнился ящик со швейными принадлежностями, в том числе – с несколькими ножницами.
И точно – был такой ящик, в нём лежали ножницы – восемь штук. И одни были определённо золотого цвета. Рита прихватила их и отправилась к госпоже Фонтен.
Та при свете магического светильника рисовала что-то на тонкой белой ткани. Ах, да, ткань-то тоже есть, надо ей сказать.
- Госпожа Фонтен, вас устроят вот эти ножницы?
Старушка улыбнулась – будто ей неделю выходных пообещали, а не воз работы.
- Дорогая госпожа Маргарита, благодарю вас от всей души. Да, это они, то, что надо. С ними я раскрою для вас корсет и сорочку уже завтра утром.
- Да, завтра утром. Уже темнеет, все устали. Нужно заказать домику ужин, проведать нашу молодёжь, поужинать и отдыхать уже.
  
Глава 13. Легко ли одеть даму
 
Наутро кот нашёлся на своём законном месте – в ногах, и это было хорошо и приятно, его можно было почесать большим пальцем ноги, а он, довольный, мурлыкал, и перебирал лапами. А после, когда Рита уже поднялась с постели и отправилась умыться, ходил по туалетному столику и что-то там вынюхивал и шевелил.
- Госпожа Маргарита, - промурлыкал он, когда она заглянула позвать его завтракать, - скажите, что это за удивительные статуэтки?
Он сам сидел, как статуэтка или мягкая игрушка, между её, Риты, куклами, случайно захваченными из дома, нервно шевелил хвостом и поглядывал подозрительно то на мальчика Жиля, то на барышню Марго.
- Это просто куклы, Валичек, - пожала плечами Рита. – Дома я шила на них одежду и продавала – тем, у кого есть такие же куклы, коллекционерам. А здесь, я думаю, таких нет.
- А почему у них такие большие головы? – продолжал недоумевать кот.
- Ты только разглядел? – рассмеялась Рита. – Это такие специальные куклы, вроде реальные, а вроде и нет, - и поскольку это объяснение ну никак не помогло коту, то она добавила: - Ума у них много, потому и большие, - и фыркнула ещё, представляя, что там может быть, в том уме. – А ещё они умеют смотреть в разные стороны, смотри, - она взяла Марго, нашла у неё специальный шнурок и дёрнула за него.
Взгляд куклы из прямого стал направленным в бок, и цвет глаз стал чуть темнее. Риту это немало восхищало, а некоторых знакомых – пугало до отвращения. Может быть, ей удастся сшить им что-нибудь по здешней моде?
Валентин ещё раз обнюхал обеих кукол, подергал хвостом, спрыгнул на пол и выбежал из комнаты. А Рита открыла окно, впуская внутрь солнце, и пошла за ним.
В гостиной уже собрались все обитатели дома. Госпожа Фонтен что-то рассказывала – кажется, о событиях давних дней.
- Да, деточка, я ещё помню то время, когда здесь был хозяин, я-то тогда была совсем маленькой девочкой и не очень-то понимала, кто он таков и чем знаменит. Но господин Люсьен приезжал к моему отцу, и они обсуждали что-то важное, а я тихонько сидела в углу со своей куклой, и меня даже не отправили в детскую – наверное, подумали, что от меня никакого вреда не случится. И только много лет спустя я поняла, что они обсуждали как раз сохранность сокровищ в доме – в то время, когда никакого законного хозяина не останется. А к тому шло – господин Люсьен был вдовцом, детей у него не случилось, его госпожа Маргарита к тому моменту давно умерла. И как видите, всё сохранилось!
 
- Доброе утро, молодёжь, доброе утро, госпожа Фонтен. Скажите, будьте добры, и что же, дом тогда был новым и красивым?
- Новым его бы не назвал никто, а вот красивым – да, конечно. Стены были увиты плющом, а вокруг стен были разбиты клумбы – не только с колокольчиками, но ещё и с другими цветами, самыми разными.
О, да, цветы. Было бы неплохо, на самом-то деле. Рита давно хотела клумбу – но ей было негде её разбить. Дача, некоторое время бывшая в их с Сенькой распоряжении, находилась далеко от города, и ездить туда поливать каждый день было довольно-таки непросто. Высаживать цветы на газоне во дворе дома она бросила после того, как их пару раз выкосили ретивые косильщики, и даже предъявить претензии было некому, они просто не смотрели, где сорняки и трава, а где всё лишнее выполото, и цветут анютины глазки, ирисы, настурции и алиссум.
- Скажите, госпожа Фонтен, а рассаду в городе продают? Цветов и всякой полезной травы – лук там, укроп, петрушка?
- Я думаю, у кого-нибудь найдётся лишняя. Опять же, по воскресеньям в городе ярмарка, съезжаются жители со всей округи. Вам нужно будет съездить – и присмотреться, что там вообще есть.
Ярмарка – это хорошо.
- И когда ближайшая?
- Послезавтра, но я боюсь, что к этому сроку мы вас ещё не оденем, не успеем. А вот в следующее воскресенье – уже, я думаю, можно будет и в город вас отправить.
Значит, сегодня – пятница. Наверное, если у них тут всё так же, и в неделе семь дней.
- Поживём – увидим, - не стала спорить Рита. – А пока прошу к столу.
Домик расстарался – в тарелках оказалась какая-то вкуснейшая каша, и к ней – масло и молоко, и ещё оладьи, и хлеб, и сыр, и кофе. Благодать. И у печки стоять не надо – пока. Кто его знает, вдруг и в готовку тоже надо будет вкладываться, чтоб работало? Или они тут разумные, и понимают, что или кормить такую ораву, или уборкой заниматься?
И после завтрака она как раз собралась идти продолжать уборку, только вот нужно бы понять – где, но её притормозила госпожа Фонтен.
- Дорогая госпожа Маргарита, вы нужны мне для примерки.
- Да, госпожа Анна, - кивнула Рита. – Идёмте.
Они отправились в комнаты, выделенные госпоже Фонтен, и оказалось, что с утра она уже успела основательно пустить корни в той, которую выделили ей под мастерскую. Туда ещё вчера доставили два больших стола, и Валентин говорил, что проверил магическое освещение, чтоб работало – вдобавок к естественному, из большого окна. На одном столе была разложена ткань – белая льняная, а на втором лежали какие-то смётанные предметы, Рита с ходу не поняла, какие.
А потом госпожа Фонтен встряхнула один из них, и это оказалась сорочка. Белая сорочка, без излишеств. Рядом лежали, как поняла Рита, панталоны. Ладно, будем одеваться.
Сорочка доходила до середины бедер и оставляла открытыми плечи. Панталоны не были сшиты по шаговому шву. В теории Рита знала, что так и было, и понимала, почему оно так – да потому, что ту суровую конструкцию, которую носили на себе дамы в таких платьях, так просто не снимешь и не наденешь. А туалетные надобности никто не отменял. И горшок не стоял стационарно, а его брали и пристраивали себе там, под кринолином. Или даже не сами пристраивали, а при помощи служанки – потому что юбки, огромные и тяжёлые, жутко неудобные.
 
Рита подумала – а может быть, дома она будет ходить, как привыкла? И уж только если ей занадобится наружу – то одеваться, как у них здесь принято? Ладно, подумаем. Потом.