Музей магических артефактов (СИ)

- Что-то не верится, - покачала головой Рита. – Или мне не дали инструкцию. Вот как ты свет зажигал, пока мы шли? Я ничего не поняла.
- Наверное, вы просто устали, госпожа Маргарита, - вздохнул кот. – Завтра будет проще. Как вы сказали – утро вечера мудренее.
- Верно, так и сказала, но – поесть бы. Тут ужин бывает? Или только обед один раз в день?
- Тут бывает всё, что нужно хозяевам. И завтрак, и обед, и ужин, и напитки, и даже бананы заморские. Главное – правильно попросить.
- Научил бы, что ли, - со вздохом сказала Рита. – Как правильно. А учёная я сама буду понемногу справляться.
- Понимаете, тут нет заветной магической формулы. Нужно проникнуться. И понять.
- Да непонятливая я, - отмахнулась Рита. – И не выйдет у меня ничего.
- Выйдет, просто не сразу, - не согласился кот. – Вот представьте – мы с вами идём ужинать, а на столе… что?
- Картошечка, пюре. С котлеткой. С двумя. И салатик, из свежих огурцов, редиски и зелени, лука с укропом. И с яичком варёным. А заправлен – майонезом. Кто-то может подумать, что фу, а я люблю. И чай свежий, с бергамотом. А нет бергамота – так можно с мятой или чабрецом. И печеньице к чаю, рассыпчатое.
- Вы так это представляете, что и у меня слюнки потекли, - усмехнулся кот.
- А ты-то, хвост полосатый, что ешь? Нормальную еду, или так, мышей ловишь?
- А я, дорогая моя госпожа Маргарита, могу вообще ничего не есть. Но с удовольствием составлю вам компанию. Очень уж мне интересно, что у вас выйдет сейчас.
- Да ерунда какая-нибудь, как обычно, - отмахнулась Рита. – Но графин с водой и стакан для мальчика нам бы добыть. Такой… просто графин. И просто стакан. С просто водой. Если б я знала всю посуду в этом доме, то сказала бы конкретнее.
- Гляньте, - улыбнулся Валентин.
Рита глянула… и, что называется, уронила челюсть.
На столике возле кровати, на металлическом подносе, накрытом льняной салфеткой, стоял графин с водой – стеклянный, с узором. И с таким же узором – стакан,
- Но как? – заныла Рита, не понимая.
- Вам удалось, - Валентин поклонился ей и отворил дверь наружу. – Идёмте, посмотрим, удалось ли с ужином.
- Руки бы сначала помыть, - проворчала Рита. – После того, как в здешней грязи валандались.
- Прошу вас, - он галантно отворил дверь в умывальню – Рита её узнала.
Дверь захлопнулась за её спиной… а внутри было темно. Тьфу ты, да что ж такое-то, как с этим всем управляться-то!
Она зажмурилась и представила, как бы здорово здесь было, если бы вдруг стало светло – как в ванной дома. Но дома-то она не так давно повесила светодиодный светильник, а здесь-то что может быть, чтоб такое же яркое? Здесь же электричества-то нет, допотопия какая-то! Поэтому… самое яркое, что только можно. Вся умывальная посуда блестит. И позолота на горшке тоже блестит. И что там ещё. Окно, например. Чистое. В нём светильники отражаются…
Яркий свет резанул даже по закрытым глазам. Рита аккуратно приоткрыла их – мамочки!
Под потолком висели и переливались два десятка светящихся шариков. И они были изрядно ярче той светодиодной лампы дома! Посуда сверкала, зеркало на стене сверкало тоже, а было оно там раньше или же нет, Рита не помнила. Могла не заметить.
Вот так. Что ли нужно представить? И будет? А если водопровод представить, с краном? Ладно, это потом.
Она помыла руки и лицо, и горшок тоже пригодился. И уходя, громко сказала:
- Спасибо. Можно выключать, я ухожу.
И решительно шагнула к двери, а свет за её спиной послушно погас.
В гостиной Валентин поджидал Риту за накрытым столом. И что же? На блюде под крышкой лежали котлеты и картофельное пюре – с ямкой посередине, и в ней – растопленное масло. И салат – как она заказывала, и ещё отдельно на блюдце тонко нарезанные огурцы и редиска. И серебряная солонка с крошечной ложечкой рядом – мол, если надо. Графин с водой, графин с вином. Стаканы, бокалы. Вилки, ножи. И заварник – с лиловыми цветочками, и такие же чайные пары. И горка песочного печенья на тарелочке.
- Праздник живота, - выдохнула Рита, садясь за стол.
 
Давно уже она не ела так вкусно, да ещё чтоб не самой готовить. Красота какая! А когда они с Валентином съели всю еду, то в большом чайнике сама собой закипела вода. Валентин заварил чай – листья лежали в ситечке внутри заварочного чайника, и там же – листики чабреца и мяты. Всё, как она просила!
После такого чудесного ужина оставалось только пойти спать.
- Кысь полосатый, а спишь-то ты где? – спросила Рита.
- Да где придётся, - вздохнул тот. – Клубком свернусь, и ладно.
- Если клубком, - она строго оглядела его, - то приходи ко мне под бок, как я улягусь. Всегда мечтала, чтоб кот под боком спал.
Правда, в спальне возникла трудность – спать в платье ещё раз Рите не хотелось, а ничего другого у неё с собой не было. А приличной одежды они нигде во время осмотра сегодня не встретили. Эх, просто майку бы какую, и то хлеб. Вот знать бы… Трусы-то ладно, можно постирать. И колготки. И лифчик. А вот платье у неё одно…
Рита подошла к кровати, открыла шторки и отвернула одеяло. И с удивлением увидела ночнушку! Вот прямо ночнушку, новенькую, из тонкой ткани вроде батиста, с вышивкой теми же лиловыми цветочками и кружавчиками. Стопроцентно натуральную, ничего чесаться не будет.
Она ещё раз сходила в ванную – помыть всё, что можно, в таких условиях. Произнесла на входе строгим голосом – свет, пожалуйста! – и ей тут же включили тех самых волшебных шариков. Помылась, постиралась, надела сорочку и отправилась спать.
- Ну что вы, госпожа Маргарита, уже улеглись? – спросил Валентин из-за другой двери.
- Да, да, приходи.
Тяжёлое кошачье тело заскочило на кровать, прошлось по Ритиным ногам и улеглось с краю.
Спокойной ночи.
  
Глава 5. Непредвиденные обстоятельства
 
Сон Риты был беспокойным – ей всё время виделось, что она от кого-то прячется и кому-то что-то доказывает. И не понять – удалось или нет, и спрятаться, и доказать. Она просыпалась, не понимала, где находится, почему она спит на такой широкой кровати, и что это за шторы, и это ещё что такое тяжёлое на ногах лежит!
Потом тяжёлое на ногах начинало ворочаться и мурлыкать, она вспоминала, что у неё теперь вдруг есть какой-то странный дом, и ещё более странный кот, который готов охранять её сон. И спала дальше.
Дома утро начиналось с будильника. А здесь началось со страшного грохота. Рита подскочила на постели и испуганно прислушивалась – что такое-то, дома такой грохот обозначал бы, что крыша у дома провалилась, не иначе, или на улице рвануло что-то, а тут что за напасть?
Кот Валентин мягким прыжком слетел с кровати, обращаясь в полёте в человека.
- Я узнаю, что там, госпожа Маргарита, - поклонился, и был таков.
Ладно, надо тоже встать и пойти разбираться.
Рита поднялась, умылась – в кувшине была приготовлена вода, а по невнятному запросу «зубы-то есть, чем почистить?» появился зубной порошок в серебряной баночке и перламутровая щётка с отполированной деревянной ручкой. Дальше надеть высохшие за ночь предметы нижнего белья, платье, сунуть ноги в туфли и бежать вниз – там явно что-то происходило.
И да, там происходило. Рита пронеслась ураганом через прихожку с гобеленом и подкралась на цыпочках к входной двери. Дверь попыталась было открыться для неё, но Рита шикнула – мол, не прямо сейчас. И приложила ухо к щели между створками. Щель тут же гостеприимно приоткрылась – на пол-ладони, чтобы Рите стало не только слышно, но и видно.
А там было, на что посмотреть. Прямо делегация явилась. Это что, те самые, которые за налогами? Или мальчика вчерашнего ищут, кстати, как он там?
 
Первым стоял невысокий плешивый мужчина с выразительными тёмными глазами, одетый в клетчатый глухой пиджак. О, сюртук, вот как это называется – вспомнила Рита. А на шляпе у него была зелёная лента в тон клетке с красивой пряжкой.