Игра Хаоса. Спуск к вершине. Книга девятая (СИ)
— Благодарю, старшие, за милость и дар, врученный вами, — юноша, склонив голову, на несколько секунд замер в молчании, прежде чем снова заговорить. — Я молю о милосердии для людей, живущих в этом мире. Нет справедливости в наказании всех за грехи нескольких. Я мало знаю этот мир и видел лишь крохотную его часть, но среди встреченных мной многие были подобны вашему сородичу: лишены свободы, испытывали нужду, боль и несправедливость. И наказав их за деяния, о которых они даже не знали, не то что могли на них повлиять, вы встанете на одну ступень с негодяями, мучившими Соддо. Я молю проявить милосердие и справедливость: люди очень отличаются друг от друга, и все не должны нести ответ за поступки немногих. Накажите виновных, но дайте шанс остальным.
Гудул яростно рыкнул. Он не желал быть сегодня милосердным, он был зол и хотел выплеснуть свой гнев на смертных, забывших свое место. Но Саланна и Мадарах, задумались над тем, что было сказано. Великие духи редко общаются со смертными, пребывая на разных с ними пластах бытия, но сейчас слова человека заставили их прислушаться, повременить, сдержав дыхание гнева.
— Мы подумаем и решим, — наконец ответили они. А затем все трое, слегка замерцав, покинули этот слой реальности, оставив юношу одного.
«Ну и стоило оно того? — ворчливо заговорила Тайвари. — Лучше бы попросил что-нибудь полезное для выживания на турнире. У нас же сейчас не осталось ничего, кроме Стрекозы. Теперь единственное, что ты можешь делать — величественно порхать и плеваться сверху на возможных врагов. Оба колеса обновления, призывы существ, доспех, аура… Рэн, у нас вообще ничего нет, зелья лечения и те все потрачены! Даже огненные болты остались без магического наполнения — эти проклятые големы каким-то образом высосали из них силы. И вместо чего-то существенного ты просишь о милосердии для других, а не о собственном выживании!»
На это я лишь пожал плечами:
«Тай, великие духи, подобно богам, дают лишь то, что сами сочтут нужным. И прежде чем паниковать, давай проверим, что для нас оставил Смеющийся Господин».
На месте гибели големов-стражей мерцали два синих огонька, а возле бассейна парил сверкающий золотом проем портала. Я оценивающе огляделся по сторонам. Точка выхода есть, враг повержен, самое время заняться сбором трофеев…
Оглядываю роскошный кабинет, принадлежавший главному ублюдку, приконченному мной внизу. Книги, свитки, украшения и одежда — по сути, не нужный мне мусор. Но одна из мозаичных каменных панелей светится красным, явно скрывая что-то за собой. Нужно быть осторожным, вскрывая ее. Повертев в руках топоры, я с размаху ударил по стене, разбивая камень. Пара минут работы, и, миновав подозрительную дверцу, я добрался до узкой ниши тайника. Шкатулка, а рядом амулет с выемкой в центре, похожий на тот, что носил на себе жрец, и весьма эффективно противостоявший моим атакам.
Я осторожно забрал амулет, затем достал шкатулку и, откинув крышку лезвием топора, увидел, что она доверху наполнена кроваво-красными кристаллами — окаменевшими сгустками крови Соддо, несущими в себе частицу его силы. Это пригодится, их я сложил в отдельный карман, а все остальное летело в сумку без разбора. Если выживу, дома разберусь, что захватил. Отдельно легли припасы: напитки и еда, найденные мною в кладовых жрецов. Ими, я думаю, себя обеспечил до конца Турнира, да еще и останется, чтобы с Меджем просидеть за выпивкой не один вечер.
Так, посмотрим, что у нас есть еще интересного… Я иду по коридору с покоями жрецов, по очереди изучая все встреченное мною на пути. Не в обычаях наемников бросать добычу. Запертая дверь от удара топором слетает с петель, и я вижу просторную комнату, заставленную непонятным для меня оборудованием и приборами. По виду крайне сложными. На столах лежат заготовки артефактов, в углу стоит нечто похожее на голема, опутанного металлическими проводами. Что ж, все это тоже пригодится. Судя по тому, что местные сумели пленить великого духа, а потом несколько веков использовать его в качестве батарейки, у их техномагической цивилизации был весьма неплохой уровень развития, да и големы в подземелье сумели меня впечатлить. Если бы не топоры аспараи, я плохо представляю, что сумел бы им противопоставить…
Спустя час…
Кажется, всё. Я еще раз оглядел разграбленную мной лабораторию, после чего направился вниз: не стоит и дальше испытывать удачу и благосклонность судьбы. Кто знает, что решат духи, и не обрушат ли они свой гнев на смертных, прихлопнув заодно и меня. Сумка и так ломится от трофеев, и сдается мне, все стоящее я уже сумел получить. Лаборатория, небольшой арсенал, сокровищница — все это располагалось рядом с комнатой главного жреца. К ней меня любезно проводил местный стражник, весьма быстро понявший мою просьбу. Как выяснилось, я даже понимал местную речь. Видимо, это особенность турнира — знание языков в мирах, куда попадает Игрок. Добыча оказалась весьма хороша, теперь бы еще унести ее да найти хороших механиков и тех, кто разбирается в магии рун. Камни силы есть, оборудование для создания артефактов тоже. Голова закружилась от возможных перспектив…
Парочка местных при виде меня порскнула куда-то в сторону, испуганно скрывшись за углом. Затем доспех тускло моргнул, когда об него ударился короткий стальной шип — видно, я наткнулся на ловушку, установленную для непрошеных гостей, несколько таких во время своего грабежа я уже встречал.
Турнирная карта действия, Большая перезарядка, разовая, золотая, перезаряжает все карты, использованные участником на текущем этапе турнира. Ее я применил, едва нашел там, внизу, над обломками первого голема, использовав перед этим последние активные карты. Карт в сфере было три. Второй оказалась карта-подсказка, Истинный путь, позволяющая отыскать кратчайший путь к ближайшей точке выхода из этой части испытания. Полезно, решил я. Третьей было Большое зелье лечения, сразу занявшее свое место в одном из гнезд на поясе.
Вторая сфера неожиданно порадовала еще одной золотой картой. Кинжал кровавого ритуала, при убийстве поглощает часть жизненных сил жертвы. Накопленную энергию можно переливать в карты заклинаний и существ, сокращая срок отката, или направлять на восстановление раненных вызванных существ. Интересно, я повертел в руках кинжал, размышляя над перспективами, что он мне давал. Вырезая врагов, я смогу перезаряжать собственные карты, восполняя их запас. Конечно, для отката золотых понадобится множество жертв, хотя… чем сильнее враг, тем больше в нем жизненной силы…
Внезапная догадка сверкнула в голове: а может, Смеющийся Господин этого и ждал? И орудие, и жертва — всё в одном месте. Обессиленный дух сам бы с радостью подставил горло под удар. И черное пламя высоко взлетело б над алтарем, принимая такое подношение. А потом нужно было лишь шагнуть в портал и перенестись в другой мир, избегая гнева разъяренных стихий, что обрушится на ничего не подозревающих смертных, заодно создав проблемы конкурентам, которые, попав сюда, вряд ли уйдут из этого мира живыми… Вдруг именно этого и хотел Повелитель Игры, а я пошел против его воли⁈
— Да наплевать! — я дернул головой. — Если ему нужны палачи, пусть ищет их среди других.
«Ты поступил верно, — голос Тайвари журчал умиротворяющим ручейком. — Вместе с жизненной силой великого духа ты унес бы и его проклятье. Да и остальные его сородичи наверняка узнали бы о сделанном тобой, особенно если б ты решил задержаться для сбора трофеев. Кстати, посмотри, что оставил на память о себе твой новый друг».
Вспомнив о подарке, я полез в карман, только сейчас сообразив, что так и не успел его изучить. Влажная масса подсохла и легко распадалась от легкого прикосновения пальцев. Внутри прощупывалось нечто твердое. Я раскрошил податливую оболочку и увидел светло-зеленый, похожий на речную гальку камень с ярко синими прожилками, бежавшими по нему.