Мой чужой лорд (СИ)
Интересно, обрадуется ли он хоть на чуточку тому, что на Совете я буду всеми конечностями отбрыкиваттся от развода?
— Фэй, я могу тебя попросить об одолжении? — хмуро поинтересовался Вэль.
И это вместо “Доброе утро, милая”, вместо крепких объятий и пьющих мою душу жадных поцелуев. У меня появилось стойкое ощущение, что меня обокрали. Причем не кто-нибудь, а родная драгоценная восхитительная сволочь.
— Может, это подождет, хотя бы пока я оденусь? — В ночной сорочке было как-то странно стоять перед ним, уже одетым, даже в наброшенной поверх камзола синей мантии. Не столько стыдно, сколько неловко — он явно поднялся очень рано. А я перед заседанием успею только позавтракать.
Вэлькор поморщился. По выражению его лица явственно читалось: “Чего я там не видел?”
— Вот как раз об этом я и хотел попросить, — сообщил Вэль. — Можешь надеть то платье, которое я для тебя выбрал?
— Зачем?
— Фэй, — Вэлькор сприпнул зубами. — Это настолько сложно, что нельзя обойтись без вопросов? Мне это нужно. Ты пока что моя жена. Сделаешь для меня такой пустяк?
— Ну разумеется, — прохладно бросила я, раздраженная его тоном. И этим “пока что”. Он что, сам уже навострился на развод? Неужели я все-таки промахнулась, предполагая, что у нас с ним Запечатление? Ну да, это было бы слишком просто, вот так вот просто найти того самого, предназначенного мне Кхатом мужчину.
Вэль же с минуту на меня смотрел так недоверчиво, будто не ожидал, что я так легко сдамся, а потом все-таки шагнул ко мне и сгреб меня в объятья. Сильный, жадный, раскаленный добела.
— Будь проклято все это, — прошипел мне на ухо. — И этот процесс, и Дэлрей, и Оракул за компанию. Они украли у нас с тобой это утро.
Я промолчала, тихо прикрывая глаза, растворяясь в его руках. Никогда бы из них не вылезала. Тревога, стиснувшая сердце, начала потихоньку слабеть. Даже если не мой предназначенный для Запечатления, все равно мой. Этот несносный чародей — мой и больше ничей. И кроме него мне никто не нужен.
— Ох, ледышка, — проворчал Вэль, но отстранялся от меня уже с чуточку просветлевшей физиономией. В душе я вовсю показывала ему язык, а снаружи старалась держать максимальную хладнокровность. Хорошо, что есть печать, вот серьезно. Иначе бы он понял, насколько я не ледышка и насколько звонко у меня в душе от его присутствия рядом звенели капели. И все мои дурацкие, но такие необходимые для самоуважения игры бы не удались.
Кхат, сколько же предстоит еще работы… И… Нужно выдержать этот день. Нужно довести его до логического финала, вытерпеть все вранье Эва, не дать ему пустить пыль в глаза Совету и Вэлькору в том числе.
Зачем Вэль просил меня надеть одно конкретное платье, я поняла, стоило только мне его увидеть. Увидела и закатила глаза.
Дернхельмский синий, гербовый цвет Вэлькора, и золотой нитью расшитый корсет. Именно золотой, которой на том же родовом гербе Гастгринов вышит вставший на дыбы лев в окружении звезд. Платье-роспись в том, чья я жена.
Даже будучи уверенным в том, что сегодняшний день закончится для нашего брака не очень удачно, Вэль все равно заявлял свои на меня права. Обидеться бы на эти его собственнические замашки, но… Но честно говоря, я не откажусь от лишнего повода спровоцировать Эвора. Пусть у него загорится хвост от того лишь, что он увидит меня в гербовом цвете дома Гастринов. Лучше, если он при этом даст Вэлькору повод вызвать его на дуэль и угробить его наконец. Я ужасный человек, да. Жизнь Вэля сейчас была поставлена во главе угла. Эвор-же… От одной мысли о нем меня потряхивало. Зачем он мог похитить чужую беременную невесту? Пусть кто угодно беспокоится о его жизни, а я не буду. Обменяю тысячу таких самовлюбленных идиотов на одного лишь моего Вэля.
Платье село прекрасно. Легкое, струящееся, почти невесомое. С открытыми руками и множеством оборок на плечах.
Интересно.
Нет, я уже снимала мерки у Дернхельмских портних, ничего удивительного, что оно пришлось мне впору, но все-таки удивительное мастерство — попасть мерка в мерку и без подгонки по фигуре.
Звезду-печать я перевесила на цепочку покороче, и кулон хорошо лег в ямочку между ключицами.
— Когда ты его заказал? — с любопытством поинтересовалась я, выходя к ожидающему меня Вэлькору. Он с минуту не реагировал, просто пожирая меня глазами. Ну… Да, оно мне шло. Ну это если включать девчонку и заморачиваться на таких вещах как “идет или не идет” и если обращать внимание на что-то, кроме того, что само платье было символом моей принадлежности к Дернхельму. Хотя мне, увы, ужасно хотелось заморачиваться. Чтобы Вэль на меня всякий раз смотрел вот так, как будто в первый раз видит, будто видит ужасно красивый мираж.
— Так важно когда? — Вэлькор оказывается услышал мой вопрос и глянул мне в лицо, подняв брови.
— А что, это секрет? — удивилась я.
— Оно не от портнихи. Я его сам создавал этой ночью, — Вэль ухмыльнулся. — Это даже не ткань, это моя магия, звездочка. Она прикасается к тебе. Нравится?
Магия. Его магия. Это почти как он сам, только его материализованное чувство. Если так задуматься — так было в тысячу раз лучше, чем простое заказное сшитое у портнихи платье. Он касался сейчас моей кожи невесомыми пальцами своей души… Ох, как бы мне не привыкнуть носить именно это платье.
— Эвору тоже понравится, — я не удержалась и усмехнулась. Вэль прикрыл глаза, пряча ухмылку. Глянул на меня чуть виновато и все так же печально. Будто в уме уже окончательно со мной попрощался. Вот что вообще нужно этому балбесу? Говорят, привязываясь к кому-то, глупеешь. Ну как он не видит? Или слишком опирается на эмпатию, а глазами смотреть и отвык уже?
— Нам пора?
— К завтраку? Да, — Вэль кивнул. — Пресветлый ждет нас.
Завтрак в компании Оракула запомнился мне плохо. Волнение накатывало чем дальше, тем сильнее. И есть получалось только потому, что Вэль сверлил мне лоб взглядом.
С чего я вообще взяла, что у меня получится убедить Совет во вранье Эва?
Эвор сказал, что все будет так, как мне нужно? Ага, ужасно надежный источник, что уж.
Почему я вообще ему поверила?
Хотя… Зачем-то же он выходил на связь и вешал мне старательно всю эту лапшу, внаглую пытаясь меня убедить, что у нас, мол, “все взаимно”. Может, все-таки не во всем он мне врал?
— Не волнуйтесь, дорогая, — Безмятежно посоветовал Оракул перед тем, как портал, к которому мы подошли, заволокло сероватой, почти прозрачной пеленой.
Не волноваться…
Не волноваться…
Не…
Вокруг портала резиденции Совета Драконов, кругом стояли люди. Много людей. Мужчины, женщины, И, когда я оказалась перед ними, встала по правую руку от Оракула, в первую секунду на меня смотрело множество глаз. И во вторую, и во все последующие, но именно первая секунда была самой волнительной.
Кхат всемогущий, я никогда не видела столько народу сразу. Первым делом мне захотелось убежать, но рядом встал Вэль, опустил свою ладонь мне на правое плечо, будто очерчивая вокруг меня невидимый щит. Я незаметно — ну, наверное, незаметно, сделала шажок к Вэлю, чтобы чувствовать себя еще уверенней.
Что такое пара тысяч драконов для одного мира? Мало. Настолько мало, что даже это количество считается катастрофически небольшим. И Совет из чешуи вон лезет, чтобы в драконьих семьях рождалось как можно больше больше драконят. Двое, трое — родите четвертого, и Совет будет целовать вашу сумасшедшую семью в пятки. Правда, таким смельчаков на весь мир было трое. И я представляла почему…
Итак, пара тысяч драконов для одного мира — это мало. А несколько сотен на один огромный зал-амфитеатр, уходящий рядами вверх — это более чем достаточно для человека… ладно, для одной нервной драконихи, которая в жизни не оказывалась в центре внимания такого количества народу.
Лица-лица, много лиц. Разные. Строгие, хмурые, улыбающиеся. Я не знала, куда мне смотреть, чтобы рассмотреть всех. Взгляд выхватил из третьего ряда девушку с золотистой копной волос, как у Лэрви. Она выглядела слегка устало, но поймав мой взгляд, ободряюще улыбнулась. Мол, не бойся, мы не кусаемся.