Мой чужой лорд (СИ)

— Ох, Фэй…
Мне недолго удается выпендриваться, потому что после того как я второй раз впилась зубами в его губу, Вэлькор сгреб меня в охапку и потащил, и швырнул на кровать, где мне наконец удалось содрать с него и камзол, и рубашку.
И-и-и…
Нет, я ему не льстила. Вот ни капельки.
До чего красивая мне попалась сволочь.
Поджарая такая, мускулистая… Глаза самым бессовестным образом скользят по грудным мышцам, да и руки — руки тоже не отстают. Вчера я делала это не сама, сегодня… Да и сегодня не сама, ну, если уж придирчиво, но все-таки лучше, чем вчера. Мне нравится касаться руками гладкой кожи, вздрагивающего живота этого мужчины, спускаться все ниже и ниже, ощущать, как Вэлькор вздрагивает от моих прикосновений все отчетливей и отчетливей.
И губы его сегодня приятнее. Не хочу отрываться от них — сейчас так точно не хочу.
Нет, все-таки ужасно приятно слышать всякий судорожный вздох муженька, когда я сжимаю пальцами его член. Можно сжать чуть сильнее, и ему будет больно, и он раздраженно зашипит, а я сделаю невинную физиономию, вроде как “это случайно”. Хотя он эмпат, это его вряд ли обманывает… Можно сжать ласково, провести пальцами от основания до головки, раз, другой, третий — и Вэлькор захлебнется воздухом, перестанет на пару секунд походить на самодовольного ублюдка. Не мужчина — чувственный оголенный нерв.
В какой-то момент мне удается свалить Вэлькора на кровать. Или он сам сдается и позволяет мне оказаться сверху. И руки, его вездесущие руки, уже где только меня не ощупали, вот сейчас, например, он снова тискал мою грудь, заставляя тихонько скулить.
— Ну что? — смеется, будто слегка поторапливает. Раздери его Хоор.
— Как? — сдаюсь я. Не могу представить и понять, что мне делать.
— Ну как-то так… — губы Вэлькора улыбаются, и он добавляет мысленный образ. Ох ты ж…
— Ясно.
Интересно, с кем это у него была такая насыщенная любовная история? Вроде задница и затылок девушки в его образах одни и те же мелькают, и не мои, так что это не фантазии.
— Твою ж, Фэй…
Это вырывается из его рта, когда я осторожно опускаюсь на член мужа, и я не могу удержаться от мстительной улыбки. Вот и его бы сейчас довести до края и обломать, как он со мной.
Увы. Я пока не чувствую этой грани, я не могу, да и … не до этого. Стоит только двинуть бедрами пару раз, и я уже не могу ни о чем думать. Не хочу. И он, Вэлькор, тоже не хочет.
— Фэй… Сладкая моя…
Наверное, это компенсация мне за первую брачную ночь.
Всякий стон мужа — хриплый, глухой, исступленный — повод ощутить хоть какое-то превосходство. Жаль, что я не могу сказать, что держу ситуацию в руках. Всякое движение навстречу его члену — один мой шаг на пути к “исцелению”. По сладкому обжигающему пути. Ладони Вэлькора касаются моей груди, легко, невесомо дразня. Всякий раз, когда я двигаю бедрами, трусь сосками о его пальцы, это на самом деле усугубляет мою жажду и мое удовольствие. Колко. Жарко. Хочу еще. И еще.
В какой-то момент мне кажется, или моя кровать не выдержит такого темпа, или простыни загорятся от трения наших раскаленных тел. Но мне плевать, пусть горят простыни, пусть кровать рассыплется в труху, я не могу — я смертельно хочу уже получить свое удовольствие, и Вэлькор на этот раз не обламывает меня в последний момент, напротив, нарочно ускоряет, прихватив за бедра, заставляет меня двигаться еще сильней, насаживаться на него еще резче…
Ох, Вэль…
Судорога оргазма наконец-то скручивает мое тело, и вот в этот момент спастись от неё невозможно, меня будто обдало кипятком, и нет, раньше мне было совсем не жарко. Даже холодно, если сравнивать с тем, каково мне сейчас. Силы остаются только для того, чтобы хватать ртом воздух, пытаясь им насытиться, будто я до этого недодышала. Помогает плохо.
Под веками пульсируют разноцветные звезды. И сама я — как эта пульсирующая, меняющая свет звезда. Замершая, дрожащая, измученная, скулящая от переизбытка впечатлений.
Вэлькор тихонько поглаживает меня по бедрам, ласково, почти нежно. Смотрит на меня своими голубыми глазищами, кажется, хочет продолжить. Нет, он еще не кончил, кажется — даже не думает. Ловит мои пальцы, тянет меня к себе, заставляя прижаться ухом к его груди.
 

Да… Так лучше. Можно себе лежать, прикрыв глаза, слушать, как мерно бьется под щекой сердце моего мужа. А пальцы Вэлькора выписывают змейки на моей голой спине.
— Легче? — тихо шепнул он, когда его пальцы добрались до моей талии.
— Что будет, если я скажу, что только немножко? — спрашивать мне было неловко. Но… Полегчало действительно совсем чуть-чуть. Удовольствие от оргазма отступало, а жар, болезненно-душный жар накатывал на меня, распаляя снова. Еще не критично, но уже ощутимо.
— Я не удивлюсь, — Вэлькор говорил это без тени иронии. Хотя… Кажется, он был доволен.
— Это ничего?
— Это замечательно, — мурлыкнул Вэлькор, уткнувшись в кожу моей шеи. — За меня не волнуйся. Где-то там мне смертельно завидует твой обломавшийся бывший женишок. Меня заводит уже это.
Нет, все-таки сволочь… Конченная.
Но иных мужчин у меня в распоряжении не было. Придется удовлетворяться об этого.
  
Глава 18. Недовольная
 
Когда я проснулась, мне больно шевельнуться. Ох, Кхат всемогущий…
Нет, Фэй, не думай, не думай…
Как не думать? Как забыть?
И… как я вообще могла получить столько удовольствия с ним?
Болело все. Что-то — от жадных пальцев Вэлькора, часто стискивающим кожу с голодной алчностью. Что-то — просто от перенапряжения. В конце концов, к нагрузкам такого рода я была совершенно непривычна.
А в голове роятся мысли, неуемные, навязчивые… О теле Вэлькора, раскаленном, тяжелом, о нем самом, неутомимом, ненасытном и… довольно искушенным, если задуматься.
Он помогал. Очень часто, когда я уставала, когда поступалась болезненностью некоторых ощущений, когда притуплялась чувствительность, он спохватывался, заставлял меня изменить положение тела, давал выдохнуть, снова принимался за бесстыдное изучение моего тела. Руками, губами, глазами…
Это же нормально, что я об этом думаю вообще?
Второй день как замужем, и … уже есть, что вспомнить.
Мою спальню затапливало солнечным светом. Вчера ненасытная лихорадка отпустила меня только ближе к ночи и сил не хватило даже на то, чтобы подняться с постели для ужина. Я уснула практически сразу. А есть хотелось… Нужно встать, дойти до купальни, одеться, позавтракать… А хотелось только лежать. И вообще не шевелиться.
Так, а где моя драгоценная, венчанная со мной перед лицом Джанха, неуемная сволочь, которая меня за ночь два раза будила, будто мало ему было вечера.
Кровать пустовала. Не скажу, что мне было грустно. Но если Вэлькор где-то шлялся, значит можно было морально готовиться к какой-нибудь пакости. Чем дальше, тем сильнее мой муж меня искушал проверить реалистичность детских сказочек, в которых драконы жрали всяких идиотов. За один только жароцвет хотелось отравить.
В купальне я прогнала почти всю прислугу. Не хотела я сейчас девчоночьих сплетен про Эвора, про нашу с ним драку, а, скорее всего, про неё дворня уже знает, не хотела откровенных вопросов про моего мужа.
В помощь оставила только одну самую тихую Файду, она помогла расчесать волосы, и только потом я смогла наконец войти в воду, позволяя ее прохладе окутать мое истерзанное Вэлькором тело.
И до чего противно было вспоминать себя, тянущуюся к его рукам, голодную, готовую на все, лишь бы он не останавливался, лишь бы продолжал меня брать еще и еще…
 
Нет, он — мой муж. Все было по закону. С кем еще мне делить беды подобного рода? Что не мешало мне чувствовать себя грязной, будто оскверненной.
И Эвор…
Предатель.
В глазах защипало, сердце неприятно сжало.
Самка.
Всего лишь самка.
И все то время, что он проводил со мной, лишь ради того, чтобы затащить меня в постель.