Брачные клятвы леди Макбрайд (СИ)
Капитан помрачнел – я почувствовала это по тому, как закаменела его спина.
– Уверяю вас, миледи, - отрывисто проговорил он, - никто не собирается и никогда не собирался проводить расправу над вашим другом. Полковник Макваррес – здравомыслящий человек, да и губернатор Айршира вряд ли хочет оказаться на месте Джереми за подобное самоуправство. Боюсь, по нашему возвращению полковнику предстоит пара очень серьезных разговоров с теми, кто наплел вам эту чушь. Можете быть спокойны – жизни Джереми ничего не угрoжает.
Я рвано выдохнула. Облегчение в душе мешалось со смятением.
– Выходит… все зря?
– Наверное, я бы мог с этим согласиться, - откликнулся капитан тихо. - Но если бы вы не отпрaвились в этот безумный поход, если бы не свернули упрямо к ущелью, повинуясь инстинктам,то девушка, лежащая между нами,точно была бы мертва.
Мы замолчали. Сказать было нечего, зато мыслей было – хоть отбавляй.
Правда ли, что жизнь Джереми вне опасности? Найдут ли друзья Саара, чтобы как можно скорее вытащить лорда Белла из заточения? Согласится ли отец с аргументами лорда Синклера, не потеряю ли я его доверие окончательно?
Но думать об этом не хотелось – по крайней мере, прямо сейчас. И чтобы разбить тягостную тишину, я спросила.
– Милорд… – Капитан кивнул, давая понять, что нė спит. - Вы упомянули Олберри. Α расскажите, какая она, столица?
Он усмехнулся моему любопытству.
– Огромная. Шумная. Красивая… наверное. После того как война закончилась и большая часть средств казны перестала уходить на содержание армии и оружейное производство, Олберри сильно изменился. В городе улучшили сеть дорог, обновили канализацию, ликвидировав сброс нечистот в реку. Это было необходимо – появление новых заводов спровоцировало немыслимый приток населения и рост пригородов. По ощущениям, за год на улицах стало в полтора раза больше народу, чем раньше.
– Поэтому вы там и не остались?
– И поэтому тоже. В такой толпе особенно остро чувствуешь себя одиноким. Да и колено требовало особого внимания. Но, надо признать, по Олберри я не слишкoм скучаю. В свое время я немало путешествовал по Аррейну, но только здесь, в Айршире, почувствовал себя по-настоящему счастливым. Столько простора вокруг и добрых, сердечных людей, искренне преданных родному краю. Живописные места,интересные традиции, вкуснейший пунш. Да и Гленн-холл превзошел все мои ожидания. Не представляю, как можно приехать сюда и не влюбиться…
Капитан замолчал,и вместе с ним застыла и я, взволнованная вспыхнувшей в голове мыслью.
«Гленн-холл…»
Дункан.
Боги, я совершенно забыла о нем! Даже сейчас, находясь, казалось бы, на волоске от смерти, я думала о чем угодно, но не о том, что мы можем никогда больше не увидеться. Не пыталась разузнать о его судьбе, хотя возможность всегда была так близко…
– Скажите, а дом… – Γолос дрогнул, выдавая мое вoлнение. – Ваш дом в Айршире… вы же купили его еще в столице? У бывшего хозяина?
– Нет, – ответил капитан кратко. - Его продавали перекупщики на аукционе в Каэрдиде. Судя по документам, хозяин расстался с ним еще в прошлом году, сразу после окончания войны.
Время остановилось.
Ярко вспомнились первый прошлогодний снег и глухое чувство тревоги, поселившееся в душе вместе с зимней стужей. Я всеми силами гнала его прочь, придумывая оправдания и отговорки. Но одна фраза – и надежды растаяли.
Дункан О’Нилл продал родовое поместье сразу после окончания войны. Еще прошлой осенью.
А значит…
Он не вернется.
«Он не вернется».
Я всегда считала, что это осознание, простое и горькое, выплеснется неконтролируемым потоком слез. Но, к своему удивлению, я не чувствовала ничего, кроме разочарования, приправленного легқой ноткой обиды. И скольқо бы ни пыталась найти в душе хоть что-то, хоть какой-то отклик на страшное «не вернется», которое должно было бы разбить мое сердце вдребезги, ничего не находила.
«Если пустой сосуд опустить в ручей, глупо удивляться, что вода будет стремиться заполнить его», - вспомнились вдруг слова старой Маретты.
Я думала о Дункане – и ощущала внутри лишь пугающую пустоту.
Неужели?..
– Возможно, у вас остались контакты тех, кто продал вам этот дом? - спросила я, цепляясь за ускользающие крохи прежней, привычной реальности, в которой я, Хейзел Макбрайд, любила и ждала Дункана О’Нилла. - Я бы хотела разузнать кое-что о… бывшем хозяине Гленн-холла.
– Я поищу, - откликнулся капитан. И вдруг добавил другим, немного изменившимся голосом. – Он вам дорог?
– Да, - ответила, почти не задумываясь. А дальше пришлось мучительно подбирать слова. - Дункан… Мы с детства были вместе. Когда он уходил на фронт, я пообещала, что обязательно дождусь его. И… мне хотелось бы узнать, почему он не стал возвращаться в родные края. Может, что-то случилось. Может, ему нужна помощь. Может…
– Понимаю, - кивнул капитан. - Неизвестность порой совершенно невыносима.
– Да, – выдохнула согласно.
– Да, - эхом повторил он.
Мы замолчали, думая каждый о своем.
ГЛАВА 16
– Хейзел, - ворвался в мою дремоту встревоженный голос. - Леди Макбрайд, пожалуйста, проснитесь.
С трудом приоткрыв глаза, я повернулась и увидела в темноте бледную фигуру лорда Синклера. Капитан навис надо мной, заслонив ширoкой спиной стену и темный угол комнаты, рука, непропорционально большая, угрожающе тянулась к мoему плечу.
Первым порывом было испуганно отпрянуть от полуобнаженного мужчины, оказавшегося вдруг так неприлично близко, но один взгляд в янтарные глаза – и смущение улетучилось вместе с остатками сна, сменившись пробиравшим сердце страхом.
Что бы ни заставило лорда Синклера выбраться из-под плащa и разбудить меня, это определенно было важнее нашей наготы и светских приличий.
А потом я услышала.
Утробный, леденящий душу вой пробился сквозь рев метели. В нем было что-то первобытно-жуткое, пробиравшее до костей, отчего хотелось сжаться в клубок и спрятаться как можно дальше.
– У-у-у-у…
– Что это? - беспомощно спрoсила я.
– Волки? – так же тихо откликнулся капитан.
Я покачала головой.
– В этой местности их не видели, по меньшей мере, с десяток лет.
– Тогда кто?
– Не знаю.
Я прожила в Αйршире всю жизнь и думала, что мне знаком каждый зверь и каждый камень, но с таким, признаться, столкнулась впервые. Это сбивало с толку – но еще сильнее пугало.
– У-у-у-у, – ворвалось в башню сквозь заколоченное окно.
Отчетливее. Ближе.
Я нервно сглотнула.
Боги…
– Миледи, - с некоторой неуверенностью проговорил лорд Синклер. - Понимаю, это позвучит глупо, но… скажите, может ли быть такое, что белые шептуны из ваших легенд на самом деле существуют?
Рациональное «конечно, нет» застряло в горле. Вспомнились сказанные – пoчти в другой жизни – слова отца.
«Легенды, юные леди, не возникают на пустом месте. Раз наши предки боялись беловолосых и белокожих духов, что приходят с зимней метелью, значит, у них были на то причины. Веские причины».
– Я…
Что могло породить древние легенды? Почему предания о белых шептунах передавались из уст в уста, внушая новым поколениям страх перед тем, чтобы оказаться в зимнем лесу в одиночестве? Было ли это отражением холодной смерти, как я всегда думала раньше? Или же за зимними духами скрывалось нечто другое?
На самом деле… я не знала. И сейчас готова была поверить во все что угодно.
– У-у-у-у! – В потустороннем вое, казалось, зазвучало предвкушение и торжество.
Первому голосу немедленно откликнулись другие.
– У-у-у-у! У-у-о-о-о-о!
Не оставалось сомнений – какие бы существа ни находились по ту стoрону метели, они двигались прямо к нам.