Новенький, какую игру ты затеял? (СИ)

Вот фантазёрка.
— Блэээр… Смотри. — я прервала её. Подруга непонимающе уставилась сначала на меня, а потом по направлению куда я показывала, — Боже… Мне не кажется. Идём быстрее.
Я практически бежала на другой конец улицы, широко улыбаясь, и не веря своим глазам. Цвет… Ещё один.
Невероятно.
Я приблизилась к светофору. Одна из его ламп была цветной, разве такое возможно? Немыслимо.
Блэр бежала за мной, просто наблюдая и, кажется, догадываясь, что со мной происходит. Словно завороженная, я с радостью смотрела на тусклый, но уже не серый цвет лампы, который снова загорелся. Сердце гулко застучало в груди, а в мыслях промелькнуло "спасибо".
"Да неужели? Видимо на радостях совсем крышу снесло. Эй… Адель. И как это понимать?"
Ох уж этот внутренний голос.
Но в тот момент я действительно была благодарна.
Светофор сменил цвет, а я пошла дальше в поиске новых подтверждений увиденного. Вот на клумбах цветочки такого оттенка показались, а мимо прошла девочка, в руках которой находился шарик такого же цвета. В витринах магазинов, среди одежды людей, вокруг, повсюду.
Я подняла глаза к небу. Боже… И солнце.
Я вижу солнце.
По нему как-будто мазнули краской, лёгкого, практически незаметного желтоватого оттенка, совсем чуть-чуть, разбавляя насколько привычный серый цвет.
Как красиво.
И я прослезилась, но на этот раз это были слезы радости.
— Так ты его ненавидишь или он тебе нравится? — задала вопрос Блэр, с хитрым прищуром смотря на меня.
А я ничего не ответила, закрыла глаза, довольно улыбаясь и подставляя лицо теплым лучам, потому что просто не знала. Не знала, что ответить. Не знала, что действительно чувствовала по отношению к Демиану.
Просто сейчас одно чувство перевесило другое, но будет ли так всегда? Я не могла ответить.
***
Я не видела Демиана около двух месяцев.
Демиана Грейса, который всегда был рядом, где бы я не находилась: будь то университет, парк, супермаркеты или просто улицы города, по которым я часто прогуливалась вечерами.
Он был везде.
Всегда.
Я видела его в компании друзей, или он мог идти на встречу, слушая музыку и так забавно делая вид, что не замечает меня, или же напротив, ловила его открытые и слишком откровенные взгляды. А теперь он пропал.
Поначалу, я злилась.
Неужели он просто сбежал, как и тогда, три года назад, ничего не объясняя? Да, он попробовал, но, разве одного раза достаточно?
Потом, я пыталась его понять.
Придумывала различные варианты, объясняющие его внезапное исчезновение. Самым логичным объяснением было то, что он просто уехал на лето к своим родным в другой город, или у него возникли какие-то проблемы, и решая их, времени на бессмысленные прогулки совсем не осталось. Самым забавным был вариант, что он спрятался в своём доме, и отсиживается там, дожидаясь наступления темного времени суток, когда он наверняка не встретится со мной.
Но однажды, я проснулась среди ночи в слезах, меня трясло от страха, а всплывающие перед глазами картинки окровавленного лица Демиана, ещё долгое время не давали покоя. Я понимала что это сон, но это не отменяло того факта, что сны порой бывают вещими.
Вот тогда-то предыдущие две стадии сменились тревогой.
Я беспокоилась.
Где он находится? Всё ли у него в порядке? Не связался ли он с плохими людьми? А вдруг ему угрожают, может поэтому Демиан скрывается, и ему требуется помощь.
Я настолько привыкла к его постоянному нахождению рядом со мной, что отсутствие Демиана слишком остро ощущалось. Оно было подобно ломке.
Странно. Неправильно. Безумно.
Я ловила себя на том, что в последнее время все больше и больше думаю о парне, который так неожиданно появился в моей жизни, забрался в мои сны, заполнил собою мои мысли.
Казалось бы, тот, которого я ненавижу.
А настолько ли сильна моя ненависть к нему?
Я сомневалась.
Сейчас она кажется чем-то пустым, бессмысленным и ничтожным.
Единственное, чего я хочу, знать, что с ним всё хорошо.
 
Знать, что ему не угрожает опасность.
"Я просто хочу тебя увидеть, Демиан Грейс…"
  
Глава 30. Ревность
 
Демиан
Я должен был с ней объясниться. В моей голове крутились шестерёнки, составляющие план, как бы всё сделать правильно, и не совершить очередную ошибку.
Уже нельзя. И так напортачил, запутавшись в собственных чувствах и желаниях.
Уверен, она считает меня игроком, расчётливым, безжалостным, бездушным, управляющим ею словно простой мелкой пешкой. Знала бы Адель, что я чувствую на самом деле…
Встреча в супермаркете стала для меня неожиданностью, впрочем, как и для неё, видел по выражению лица, чертам, ставшими за последние месяча совсем родными.
Время для откровений пришло.
Я хотел рассказать ей всё, и пусть вокруг полно людей и место совершенно не подходящее, но судьба сама подталкивает меня к решительным действиям, и отступать я точно не намерен.
Осторожно шагая навстречу, я пытался показать ей всё тепло, всю нежность, которой обрасла моя пустынная и омраченная душа. Но её холодный взгляд ввел меня в ступор. Адель никогда не смотрела так на меня, даже когда я вел себя как полный подонок, она смотрела иначе. Больше всего на свете мне не хотелось причинять ей боль.
Адель — самое дорогое, что у меня есть.
Но, видимо, в своих действиях зашёл слишком далеко, в тот момент я понял: нам нужно время, нам обоим, всего пара дней, чтобы принять тот факт, что теперь я являюсь неотъемлемой частью её жизни.
Я не убежал, как три года назад, нет, просто стал незаметным. Я уже не тот боязливый мальчишка, коим являлся три года назад, хотя, признаю, слегка пугает моё новое состояние.
Словно тень я прятался, преследовал, находясь всё время поблизости. Усмехаясь каждый раз над тем, когда говорили, что любовь делает людей безумными, кажется, теперь я испытываю что-то подобное на своей шкуре.
Чертов маньяк.
***
Через два дня я решил подойти к ней снова.
Точно зная, что по вечерам она гуляет по тихим улицам города, ждал её в тени деревьев, сидя на лавочке, чтобы Адель не видела. Весь при параде, с букетом в руках, так себе романтик, настолько привыкший ко всему строгому, дерзкому и мрачному, что казался теперь нелепым, но мне хотелось её порадовать.
Я увидел девушку из далека, утонченную, нежную. Она не шла, а будто плыла: летний сарафан и слегка завитые локоны длинных волос, придавали ее образу невесомости.
Адель улыбалась. Боже… Ее улыбка сводила меня с ума.
Казалось, в тот момент весь воздух разом вышибло из лёгких, сердце забилось сильнее, гоняя по венам разгоряченную кровь, пульс зашкаливал, даже руки вспотели от напряжённых нервов.
Медленно поднимаясь, я приготовился выйти к ней навстречу, но остановился. То, что потом я увидел, точно было полнейшей неожиданностью. К ней подошёл парень.
"Парень? Разве он есть у нее?" — Это был удар ниже пояса.
Он нежно поцеловал её, взял за руку, и повел всё дальше и дальше от меня, а я ошарашенно смотрел им вслед.
Раньше, я полагал, что нет ничего ужаснее любви.
Любовь опасна.
Она может ранить, оставляя в сердце глубокие кровавые раны, которые сочатся долгое время, затягиваясь слишком медленно, и превращаясь в последующем в уродливые шрамы.
Она может сломить.
Я видел это своими глазами, в течении очень долгого времени, превращая влюбленного субъекта во что-то иное, так, жалкое подобие человечишки, не живущего, а существующего в этом мире.
Мне было страшно.
Страшно по-настоящему влюбиться. Со временем я осознал, что любовь может быть прекрасной, окрыляющей, дарящей свободу и радость.
Я ошибался.