Виноваты звёзды 2 (СИ)
— А что тогда? Дисплазия?
Гинеколог сокрушённо покачала головой и сменила датчик:
— Ага. Дисплазия… — с иронией в голосе проговорила она, — Вспоминайте, когда последние месячные были, голубушка…
Марьяна нахмурилась. Осознание ситуации загоняло в ступор. Критические дни, действительно, были давно. Ещё в Сирии. И задержка цикла имела место, но совсем небольшая, не больше недели. Девушка списала её на стресс и перелёты. И, вообще, этого просто не может быть. Только не сейчас… Всего одна ночь…
Ну, конечно же это миома… Или дисплазия… Или ещё что-нибудь. Просто выглядит нетипично… Разве может это быть беременность? За две недели до свадьбы… Когда на тебя уже перевели долю фирмы… Да ещё от человека, который вытер о тебя ноги. Обманщика и предателя…
Девушка в шоке смотрела на экран и тщательно убеждала себя, не верить глазам. Вот только картинка с вагинального датчика показывала, что она фатально ошибается… Здесь уже было видно не непонятное размытое пятно, а явные очертания маленького живого существа, похожего на головастика.
— Ну, коллега, что скажете? — ухмыльнулась докторица.
— Вот и сходила, блин, на плановый медосмотр… — с трудом выдавила из себя Марьяна.
24. Марьяна. Выхода нет.
Из кабинета гинеколога Марьяна выходила с двояким чувством. Тщательно прислушиваясь к себе, пытаясь уловить и мысленно зафиксировать малейшие изменения. Скоро ей предстоит стать мамой… Физически это пока никак не ощущалось, а вот психологически…
Тот самый миг, когда осознаёшь, что внутри тебя обитает крошечное существо, в корне переворачивает мировоззрение. В душе одновременно уживаются страх за будущее и сияющий водопад радости. Дарящее крылья предвкушение скорых изменений к лучшему и отрезвляющее чувство ответственности за новую жизнь, подаренную кем-то свыше.
Это нежданное, нечаянное счастье, ниспосланное за всю ту боль и разочарование, что пришлось пережить. За горькое осознание того, что судьбоносные для тебя события — лишь фарс для того, кого ты искренне считала своей половинкой… Вот же она, та самая исцеляющая сила, способная залечить глубокие раны на сердце и наконец-то наполнить смыслом сам факт дальнейшего существования… Подарить надежду…
Этот ребенок — плод огромной и чистой любви. Пусть даже не взаимной. Её лучик, маленькая частичка, живое продолжение. Огонек, который так и не удалось потушить до конца.
Его отец оказался меркантильным подлецом, а мать слепой влюбленной идиоткой — но это совсем не важно. Можно долго рассуждать на тему морали, греха, случайного залёта от женатого мужчины… Неоспоримо лишь одно — эта живая душа уже любима и очень-очень нужна. С той самой секунды, когда разглядела его очертания в тёмном пятнышке на мониторе.
Денису сообщать о беременности Марьяна не собиралась. Такой новости они с Ленкой точно не обрадуются. А значит ни к чему тревожить людей, разрушать их налаженную жизнь.
Во всём виновата только сама Марьяна и ответственность делить ни с кем не собиралась. Когда спишь с чужим мужем, неплохо бы предохраняться… Но девушка была рада, что так случилось. Этот ребенок — только её. И ничей больше. Сама вырастит его и воспитает. Вот только есть нюансы…
Нужно как-то аккуратно рассказать родителям и Данилу… Отменить свадьбу, переоформить обратно долю в предприятии… Если понадобится — съехать из отцовского дома. Как можно скорее устроиться на работу, желательно не на одну, чтобы к моменту ухода в декрет иметь финансовую подушку и ни от кого не зависеть…
Марьяна в красках представила масштаб трагедии и поморщилась, как от зубной боли. В доме и так бедлам со всей этой предсвадебный суетой, а уж после объявления грандиозной новости о беременности невесты от бывшего…
Дядя Гриша с Даником будут в шоке. Ещё бы, ведь только утром для них всё так удачно складывалось, а тут срывается сделка века… Тетя Соня определенно грохнется в обморок, так как все её усилия с организацией идеальной свадьбы — псу под хвост. Отец, наверное, впадёт в бешенство. Опять единственная дочь не оправдала возложенных на неё надежд и подставила по полной программе… А мать, как единственный здравомыслящий человек в этом островке безумия, будет носиться вокруг толпы бьющихся в истерике с нашатырем и валокордином…
Короче, придется трудно. Нужно просто абстрагироваться от всего этого и стоять на своем. До конца. Этот ребенок — шанс освободиться. Начать с нуля новую жизнь, где никто не посмеет диктовать свои правила. Вырваться из паутины лжи и лицемерия, в которой увязла с головой.
Ну, что? Сиди, не сиди, а надо идти сдаваться…
***
Отец с удовлетворённым выражением лица расположившись в любимом кресле в гостиной проверял электронную почту.
— О! Заместитель генерального директора ООО Югфарм по медицинской части пожаловали? — генерал пребывал в добром расположении духа и изволил шутить, — Заходите, Марьяна Андреевна, почтите нас, простых смертных, своим лучезарным присутствием. Вот, приказ о вашем назначении только что прислали…
Девушка молча прошла через комнату и опустилась в кресло напротив. Подняла решительный взгляд на родителя, собираясь духом.
— Я не понял, дочь, ты что, не рада? — правильно оценив реакцию спросил отец, — Думаешь, это мне одному надо? Ради тебя стараюсь и своих будущих внуков.
— Вот, собственно, о внуках я и хотела с тобой поговорить… — скрестила руки на груди Марьяна, — И, боюсь, ты тоже не очень обрадуешься… Я беременна, пап… Пять недель.
Брови Андрея Михайловича медленно поползли вверх. На лице постепенно проступало радостное изумление.
— Почему не обрадуюсь-то? — озадаченно спросил он, — Почти у всех моих однокашников уже есть внуки. У некоторых уже по двое, а то и по трое. Одна ты всё никак… Вот это подарок мне дочь преподнесла на собственную свадьбу! Да я не просто рад, я счастлив! Эту новость определенно надо хорошенько отметить. Даник уже знает?
— Папа, ты не понял, — затаив дыхание продолжала Марьяна, — Пять недель — это гестационный срок. Считается со дня зачатия. Акушерский на две недели больше. И Данил к этому ребенку никакого отношения не имеет…
— То есть как это не имеет? — озадаченно заморгал генерал, — А ведь твой этот… Орлов клялся и божился, что у вас ничего не было…
— До возвращения домой и не было… Только одного раза оказалось достаточно. Вернее одной ночи…
— Чёрт… — тихо выругался Андрей Михайлович. Грозно нахмурившись, он о чём-то судорожно размышлял. — Короче, так, — немного подумав изрёк генерал, — Мне-то по большому счету пофиг от кого этот ребёнок. Когда у тебя дочка — все внуки в любом случае твои. И я уже давно ждал когда же. Поэтому об аборте даже слышать не хочу… Данику скажем, что забеременела ты от него. Срок очень маленький, потом как-нибудь выкрутимся…
Марьяна отрицательно покачала головой.
— Нет, пап, не получится. Потому что с Данилом как раз у нас ничего не было…
Генерал ошарашенно уставился на дочь.
— Как это, не было? А отдых на море? И вообще, у вас же свадьба через две недели…
— Думаю, уже нет. Я не выйду замуж за Даника, пап… В нынешней ситуации это будет нечестно. Извини.
— Извини? Вот так просто, да? Ты что, Марьян, совсем с ума сошла? — начал закипать Андрей Михайлович, — Я двадцать минут назад перевел на счета Югфарм хренову тучу денег… И тебя только что включили в совет директоров… А главным условием всего этого был ваш брак с Данилом… Как я буду теперь всё объяснять, а главное выглядеть? И ты договор читала? Видела сумму неустойки?
— Пап, я сама поговорю с Даником и дядей Гришей. Извинюсь, всё объясню… Ты не виноват в сложившейся ситуации. Ведь на момент всех этих договоренностей никто не знал, что я беременна… Включая меня. А неустойку просто отработаю…
— Просто? Это как же ты, интересно, собираешься отрабатывать такие бешеные деньжищи? — язвительно спросил отец, — В эскорт тебя не возьмут, сама понимаешь, неперспективно, скоро живот появится… Можно, конечно, заделаться наркодилером… Или продать обе почки, сердце и лёгкие… А если серьезно, Марьяна, сейчас у нас всего два выхода. Первый — аборт. Но очень не хотелось бы. Второй — как можно скорее затащить Даника в постель и объявить, что это его ребёнок. Лично я склоняюсь к последнему…