Дом ведьмы. Большая уборка (СИ)

— Ты не боишься, — это Макс проговорил, вглядываясь в мое лицо и будто бы даже принюхиваясь, — ты слышала про вампира, что опустошил ведьму, и не боишься. Сомневаешься, что это был я?
Ну, вот тут он был не прав. Я боялась. Просто мой страх не заставлял меня истерически падать на колени и рыдать, заламывая руки. У меня внутри все леденело, и мир начинал раскладываться на формулы. Даже Ир-Борисовна, наш бессменный главбух, смеялась над этой моей особенностью – чтобы у Марьяши в конце месяца быстро сошелся квартальный отчет, нужно припугнуть её лишением премии и даже приготовить под это дело приказ. И была в этой шутке лишь только доля шутки.
Мой мозг и вправду резко прояснился.
И нет, я не сомневалась теперь, что убил ведьму именно он – Вафля что-то чуяла. Увы, я не успела проштудировать весь справочник по карликовым драконам, и про их магические возможности помнила мало, но все же пара первых страниц этого раздела все-таки в моей памяти отложилась.
Карликовые драконы умели чувствовать ауру смерти. И тех, кто этой смертью был отмечен. Поэтому их так любили использовать на службе в магической полиции, поэтому преступники в Велоре всегда старались нанимать для подобных целей исполнителей, умевших из ауры следы убийства вытирать.
И почему я сразу этого не вспомнила, а?
— Ты меня не убьешь, — медленно произнесла я, забивая на вежливое выканье чертовому упырю.
— Надо же, как интересно, — Макс оскалился, — из-за твоего длинного языка, ведьма, меня изгнали из клана, и мне пришлось идти на крайние меры, включая открытую конфронтацию со своими же кровниками. И почему же я, по-твоему, тебя не убью?
— Потому что тебе еще нужно разрешение войти в мой дом, – сухо отрезала я, — если бы не так – ты бы не стал время тратить на эту свою обаятельную болтовню. Просто поймал бы меня где-нибудь в переулке и придушил бы.
— Надо же, — Макс смерил меня презрительным взглядом, — в твоей пустой голове что-то да болтается… Да, ты права, ведьма, пока ты мне нужна. Пока!
Можно подумать, я обманывалась на твой счет, мой сладкий. Мог даже не выделять свои намерения столь жирно.
Вафля зашипела громче – с явной угрозой, требуя, чтобы и её голос учитывался в этом диалоге.
— Уйми свою тварь, — хрипло потребовал Макс, стискивая мое запястье, — если, конечно, не хочешь остаться без руки.
Один из его когтей процарапал мне кожу до крови. Фи! Хоть бы лапы с мылом мыл, прежде чем за руки хватать!
Я неуклюже присела к Вафле – руку мою Макс даже не подумал выпустить – и ласково поманила к себе дракошку.
— Иди сюда, милая!
Дракошка не хотела. Столь тесная близость с пропахшим смертью вампиром ей не нравилась, но и меня оставлять она не хотела. Поэтому нехотя приблизилась и даже вытерпела, когда я снова посадила её в сумку, на этот раз перевесив себе на живот, и успокаивающе положив ладонь Вафле на брюшко. Там под тонкой драконьей чешуей теплилось огненное ядро…
— А теперь шагай, — Макс ласково улыбнулся, и в сочетании с угрозой это вышло действительно жутковато. Даже слегка по-маньячески. — Если твоя гадина высунет хотя бы одну башку из сумки – она с этой башкой попрощается.
Надо что-то придумать. Срочно.
Нет, мне жизненно необходим был «Походный набор для попаданки». Чтобы там была хотя бы скалка, вырезанная из осины и заточенная с одной стороны.
Очень мне её не хватало!
На улице как назло ни души – велорцы действительно не любили «темного времени суток». И если в нашем мире это было бы глупым суеверием – тут, судя по всему, вопросом выживания. И как Триш гонял ночью до помойки с големами? Или ключевое тут «с големами»?
Интересно, может ли голем проломить башку вампиру?
— Для этого ему нужен прямой приказ. А ты – не успеешь его отдать.
Я прямо взглянула на вампира, смотрящего на меня как на передвигающуюся на двух ногах сосиску. Мол, дрыгайся, дрыгайся дорогая, все равно со сковородки не убежишь.
— Вижу, выпитая ведьма пошла тебе на пользу – телепатические навыки явно возросли.
Я старалась не заострять мыслями, что ощущение тепла под моей ладонью медленно перерастало в чувство жара. Вафля смирно замерла в сумке, как будто выжидала удачного момента. Если я верно запомнила, как именно телепатировал Джулиан – даже самому сильному вампиру невозможно было сосредоточиться и на речи, и на мыслях собеседника одновременно.
 
— Так что, Макс, — язвительно продолжала я, — как думаешь, сколько еще ведьм тебе нужно опустошить, чтобы догнать Джулиана по силе?
До дома оставалось, увы, совсем немного. А я еще ничего не придумала. Ничего реализуемого, увы.
— Меньше, чем ты думаешь, — Макс ощерился как агрессивный зверь, и стало видно длинные клыки. Кажется, они у него теперь не исчезали. – Вот после тебя я и займусь братцем, хочу лично выдавить его глаза, а уж потом отсеку от верхушки клана всех старших.
— За чем же дело стало, братец? – меньше всего я ожидала сейчас услышать голос Джулиана за моим плечом.
Я не успела ничего заметить — только мелькнувшую между нами тень, и Макс с яростным воем разжал мою руку, отшатываясь назад. 
— Уходи, Марьяна, — в приказном тоне пронеслись по моим волосам брошенные Джулианом вскользь слова, и в первую секунду я решила, что это отличное предложение, надо брать. Точнее — надо бежать. И подальше, подальше.
Я перехватила сумку с Вафлей поудобнее, пролетела два десятка шагов в сторону дома, а потом — остановилась. Обернулась, не в силах удержаться.
Макс не двигался с места, а вокруг него кружила тень. Настоящая тень, по которой светловолосый упырь мазал, как ни метился. А вот ему доставалось.
Удар, удар, удар…
То на плече, то на груди, то на ребрах Макса трескалась и лопалась рассеченная длинными когтями ткань, мгновенно окрашивавшаяся красным.
— А без артефактов тебе со мной сразиться слабо, Джул? — рявкнул Макс в какой-то момент. — В кои-то веки на равных!
— Чтобы выдрать зарвавшегося мальчишку эффективнее использовать ремень. Зачем мне ломать когти об твою упыриную шкуру, братец?
Эти слова не были сказаны ртом, они будто вскипели в воздухе сами по себе, вот только услышала их не только я. Но и Макс, глаза которого вспыхнули в эту секунду особенно яростным алым огнем. Вокруг него тоже начали сгущаться тени. И сам он, кажется, начал терять в плотности — по крайней мере Джулиан по нему начал мазать.
Я отступила еще на шаг, высвобождая свою дракошку из сумки. Я ощущала скручивающийся внутри неё огненный шар, как будто он ворочался именно в моем животе и именно я могла им плюнуть.
С резким, совершенно нечеловеческим визгливым воплем Макс вдруг метнулся в сторону и вонзил свои резко удлиннившиеся когти в тень.
И у него получилось!
Джулиан материализовался на том же месте, лицом ко мне, ртом — жадно хлебнувший воздух. На его шее ярко-синим сапфиром сиял новый, ранее не замеченный мной медальон.
— Идиотка, — прошептали губы Джулиана, пока взгляд не отрывался от меня, — беги. 
— Дельный совет, Джул, — вторая когтистая лапа вгрызлась в спину старшего ди Венцера, и снова он явственно выгнулся от этого удара, ощущая боль, — только куда она от меня убежит? Если ты её защитить не сможешь? А ты — уже не смог.
Нет, это из ряда вон!
Нельзя на моих глазах убивать мудаков, которые мне нравятся. У меня ж моральная травма будет!
— Фас, — коротко рявкнула я и швырнула Вафлю вперед в воздух. Никогда в жизни не швыряла ядро, тем более живое, но вот сейчас в первый раз попробовала. Получилось. Крылья Вафли распахнулись, на подлете к сцепившимся вампирам, превращая её полет в планирование.
ПЫФ!
Такое ощущение, что это из меня рванулось пламя, а не из моего маленького огнемета.
Три головы внезапно оказались гораздо выгоднее одной — потому что из трех голов целиться было удобнее! А целилась моя дракошка что надо. 
Макс снова взвыл — на этот раз совсем дико, леденяще, отшатываясь назад с объятой пламенем головой.