Его счастье (СИ)

- Саймон, - издавался ее стон.
Она откинула голову, и он стал целовать ее шею посреди комнаты. Его сюртук сполз с ее плеч. От наслаждения Оливия закрыла глаза. Она громко выдохнула, когда Саймон аккуратно положил свою ладонь ей на грудь. Невероятно! Оливия почувствовала, как кровь запульсировала во влагалище, а голова пошла кругом. Она не знала, что будет завтра и не хотела этого знать. Для Оливии существовало только здесь и сейчас, только Саймон. Остальное подождет. Оливия желала разделить эту ночь с ним и ни с кем больше во всей жизни. И пусть завтра она проснется блудницей, опозоренной, с порушенной репутацией. Но ни за что она не станет жалеть о том, что произойдет сегодня.
- Оливия, я хочу тебя, - простонал Саймон ей на ухо, отчего у нее пробежали мурашки.
Она улыбнулась. Эта улыбка была похожа на сон. Он мог подумать, что так оно и есть. Но если это и правда сон, то пусть он не заканчивается никогда.
Саймон нежно целовал ее губы и расстегивал пуговицы ее платья. Он не мог ею насытиться, желая все больше и больше. Оливия была мягкой и податливой. Его непокорная Оливия, его маленькая малышка, его любовь… Любовь! Да, он любил ее. Всегда любил. И ни за что и никогда не отпустит ее! Закончив с пуговицами, он медленно стянул ее платье, рухнувшее на пол. На ней оставалась лишь ночная сорочка и чулки. Оливия расстегнула его жилет и сдернула его, сгорая от желания дотронуться до обнаженного тела. Саймон прильнул к ее шее, осыпая поцелуями и двигаясь прямо к груди. Оливия громко выдохнула, когда он обхватил губами ее сосок сквозь ткань сорочки, поглаживая вторую грудь рукой.
- О, Саймон…
Он поднял голову, посмотрев на нее. Его глаза заискрили огнем. Ее же глаза умоляли не останавливаться и продолжать. Саймон приступил также ко второму соску. Мозг Оливии отказывался что-либо понимать и соображать. Ее тело словно ожило, как будто каждая его частичка ощущала прикосновения и ласки Саймона. Когда она успела потерять голову из-за него? Саймон, спускаясь на колени, скользнул по центру вниз все ниже и ниже. Оливия замерла, не дыша. Саймон аккуратно поцеловал низ ее живота. Оливия от чувствительности дернула коленом, чуть не ударив им Саймона.
- Осторожно, малышка. - Он ласково поднял на нее глаза. – Ты рискуешь остаться без отличного любовника.
Оливия выдохнула и с наигранным сомнением сказала:
- Так уж и отличного?
Саймон изобразил гримасу.
- Ты права. Самого лучшего!
Оливия рассмеялась. Он выпрямился во весь рост и поцеловал ее губы.
– Обещаю, ты не забудешь эту ночь. Нашу ночь. – Саймон расплел ее волосы, что те рассыпались. Она стояла, точно богиня, такая красивая, нежная и горячая.
Сердце Оливии гулко забилось от его слов. Она переживала, что он услышит или почувствует его усиленный стук. Саймон подхватил ее на руки, аккуратно положив на большую кровать. Рядом с Саймоном она чувствовала себя желанной, словно королева. Она не замечала больше своей полноты, как будто ее никогда и не было. И во все слова, во все его комплименты Оливия верила, хотя ей и раньше говорили, например, Сара и отец, что она красивая и привлекательная. Однако Оливия не воспринимала их слова за чистую монету. Но когда ей изливал такие слова Саймон, она тотчас не просто поверила, а почувствовала себя таковой.
Он стоял рядом, смотря на нее голодными и в то же время восхищенными глазами.
- Что смотришь? – Руки Оливии раскинулись по бокам от головы.
- Запоминаю тебя. - Его голос был по-мужски низким, и это возбудило ее еще больше. Он разглядел ее с головы до пят, как будто видел девушку впервые. – Ты постоянно в моих мыслях, ты сводишь меня с ума.
Оливия не могла больше терпеть и притянула его за руку, что тот почти навалился на нее.
- Хватит слов. Сделай это. Сделай меня своей.
Слова Оливии врезались в его сознание, сердце и душу. Саймон поцеловал ее со всей своей страстью, которую копил все это время, вложив свою ладонь в ее. Она была такой сладкой и сочной, словно персик. Саймон лизнул мочку ее уха, лаская другой ладонью упругую грудь. Оливия провела рукой от его ключицы до пояса, принявшись расстегивать пуговицы на брюках. Но неожиданно раздался громкий стук в дверь.
 
- Открывай, Саймон! Я знаю, что ты там.
Оба замерли, испуганно посмотрев друг на друга.
Это была Кэтрин. Только она могла с такой наглостью ломиться к нему в комнату.
- Может, немного подождем и она уйдет? – шепотом спросила Оливия.
Саймон отрицательно покачал головой. Ох, если бы все было так. Не будь это Кэтрин, он не стал бы и обращать внимания. Но ведь эта женщина не успокоится!
- Ты плохо знаешь Кэтрин. – Саймон поднялся и быстро подобрал платье Оливии. – Прячься в гардеробную.
Настойчивые постукивания продолжались, что можно было запросто ими продолбить дыру в стене. Оливия, не мешкая, встала и, подобрав свое платье, забежала в другую комнату в одной сорочке. Заглядывая в дверную щелочку, она наблюдала, как Саймон наскоро подбирал с пола свою одежду и свешивал на стул.
Саймон неохотно повернул ключ и открыл дверь, которая резко распахнулась, ударившись о стену. Кэтрин беспардонно вошла и оглядела комнату.
- Долго же ты открываешь дверь родной матери. У тебя тут кто-то есть? – Она подозрительно еще раз просканировала все вещи в помещении.
- Если бы у меня кто-то и был, ты бы не дождалась меня как минимум до утра.
Оливию удивило не то, с каким тоном Саймон разговаривал с матерью, а то, с какой скоростью он переменился: от ласкового и нежного до холодного и грубого.
Кэтрин растянула неискреннюю улыбку, повернувшись к сыну.
- Она в гардеробной? Или в шкафу?
Ладони Оливии вспотели. Саймон не выказал никакой реакции.
- Кто? – спросил он притворно.
- Ты знаешь кто. Можешь не отпираться. – Зримое противостояние сопровождалось оглушительным молчанием, пока Кэтрин его не нарушила: – Ну ладно. Я пришла не для того, чтобы искать эту девчонку по углам твоей спальни, хотя итак понятно, что она здесь. Я здесь, чтобы поговорить. - Герцогиня гордо прошла и села на стул.
Саймон сложил руки вместе, готовясь выслушивать Кэтрин.
- Жениться на Шарлотте ты не надумал, верно?
- Верно.
От твердости его голоса Оливия испытала облегчение. Она заметила за собой, как неосознанно ее лицо расплылось в улыбке, и тут же убрала ее.
– И что с того, Кэтрин?
- Не хочешь советоваться со мной, сын. Ладно. Не хочешь жениться на Уоррен. Хорошо. Но хотя бы сделай так, чтобы твой выбор пал не на Уотсон, а на любую другую девушку.
Саймона уже ничего не удивляло в этой женщине.
- Кэтрин, я же сказал тебе, что я не нуждаюсь в твоих или в чьих-то еще советах и рекомендациях на этот счет. Вопрос закрыт.
Кэтрин прищурилась.
- Так я и предполагала. В своем высокомерии ты равен только своему отцу. Ну что ж, в таком случае я умываю руки.
Саймон нахмурил лоб, почувствовав что-то недоброе за ее словами.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Я вижу, что тебя мне не переубедить, а жить с этой… - угрожающий взгляд Саймона заставил ее сглотнуть слова, которыми собиралась оскорбить Оливию, - девушкой я не смогу под одной крышей. Поэтому я переезжаю в другой дом. Надеюсь, ты постараешься и не поселишь собственную мать в каком-нибудь захолустье. Мне нужен хороший и дорого обставленный дом, а не вдовий домик в глуши. Я не собираюсь опускаться и жить в меньших условиях, чем здесь.
У Саймона отлегло от сердца. Ему даже не пришлось ее выпроваживать - она сама изволила уйти. И пусть требования у нее, как всегда, завышены, но это даст ему кислород, которым он мечтал упиться вволю. А после свадьбы с Оливией он будет счастлив настолько, что даже представить сложно. Саймон уже нарисовал в своем воображении, сколько комнат им нужно будет опробовать и в каких позах это лучше сделать. Вернувшись в реальность, Саймон поймал на своем лице довольную ухмылку.
- Хорошо, будет тебе дом со всеми удобствами и прислугой, как ты желаешь. Что-то еще? – Саймону не терпелось избавиться от нее и заняться Оливией, пока оба еще не остыли.