Его счастье (СИ)

- Изабель, - отложив тарелку и, вытирая рот салфеткой, обратился Саймон к экономке, - спасибо за отличный завтрак. Это новый рецепт или ты изобрела своими талантливыми руками секретный ингредиент?
- Что ты, дорогой! Мне ведь совсем не сложно, – смутившись, воскликнула миссис Рутнер. – Все то же самое, просто добавила побольше специй. А ты все такой же лестный и прозорливый, как был когда-то мальчишкой.
Саймон шутливо поднял руки вверх.
- Никакой лести, всегда была только чистая правда.
- А когда ты посыпал комплиментами и пытался выклянчить булочки, которые были для гостей? – Она прищурила глаза.
- Все сказанное тогда было правдой... как и то, что я пытался выклянчить эти булочки, - со смехом ответил Саймон. – Кстати, где наш лакей Фредди?
Миссис Рутнер развела руками и схватилась убирать со стола, не поднимая глаз на герцога.
- Не знаю, дорогой. Наверное, помогает на кухне.
Раздражение охватило его. Саймон с грохотом отодвинул стул и пошел к выходу.
- Передай этому «помощнику», что его похождения к винному погребу закончатся в следующий раз тем, что он проснется однажды помощником конюха, который будет убирать свежий навоз по утрам. Это в лучшем случае, - сурово закончил он, выйдя из столовой.
Саймон направлялся в комнату, чтобы переодеться и отправиться в клуб. Пройдя вверх по лестнице по коридору, он крикнул своего камердинера Уинстона. Тот прибежал и поплелся за ним, словно мышь, которая боялась кота. Зайдя в комнату, он удивился нежданному визиту своей матери, вдовствующей герцогине Лендской. Она в своем привычном величественном виде восседала в кресле рядом с кроватью, явно дожидаясь его.
- Здравствуй, Саймон, - поздоровалась она.
Обычно от приветствия людей веет теплом, но в случае с ней почти всегда – холодом.
- Что ты делаешь в моей комнате? – спросил он с ходу, снимая сюртук и представляя, что не замечает ее.
Леди Кэтрин сделала удивленный вид.
- Разве так ты приветствуешь свою мать? Мы крайне редко видимся, если вспомнить, что живем в одном доме, не находишь?
Саймон запустил руки в карманы и вздохнул, опустив голову вниз.
- Если тебе что-то нужно от меня, то ближе к делу. Я тороплюсь на встречу.
- Твои дела подождут.
Герцогиня сказала камердинеру выйти, и тот с радостью подчинился, что вполне оправданно. Кому хотелось бы оказаться между двух огней?
- Пришла сюда командовать моим личным слугой? – возмутился Саймон, указав рукой на дверь. – Должно быть, твоя камеристка уже скончалась?
Леди Кэтрин усмехнулась, хотя остальная часть лица осталась неподвижной.
- Спасибо, Джейн чувствует себя хорошо. Очень мило с твоей стороны поинтересоваться здоровьем моих слуг. Даже трогательно. В общем, я пришла сюда поговорить о твоей женитьбе. Пора бы тебе обзавестись семьей.
Саймон не был удивлен. Он знал, что однажды Кэтрин начнет с ним этот разговор, но Саймон не думал, что так скоро. На его взгляд, еще слишком рано. Саймон начал медленно прохаживаться по комнате, не оборачиваясь на мать.
- По-моему, тебя никак не должен волновать тот факт, что я еще не женился, - заявил он. – Я пока достаточно молод, чтобы все успеть. Так что я освобождаю тебя, можешь не заходить в мою комнату как минимум еще восемь или десять лет.
Кэтрин улыбнулась. И улыбка эта не была искренней, но натянутой.
- Ну, это не совсем так. - Она покачала головой. – Видишь ли, я думаю, что ты будешь с возрастом походить на отца все больше и, следовательно, делать все мне наперекор. К тому же, нет никаких гарантий, что твой первенец будет именно мальчиком. Может, его вообще не будет. Как видишь, много факторов - много рисков. Ты должен полностью состояться как герцог. Разве ты не хочешь порадовать свою маму внуками? – холодно спросила леди Кэтрин. Ее последние слова были сравнимы со скрежетом зубов.
Саймон громко рассмеялся. Внуки? Да-а-а, интересная картина: Кэтрин с недовольным лицом и пустыми глазами сидит в кресле с кучей детишек на руках и на полу, с которыми не знает, что делать. Лучше облегчить детям участь и не рожать их, чем наградить ненавистной бабушкой. Саймон поднял одну бровь вверх.
 
- Нынешней герцогине до сына нет и не было дела, - сказал он, стоя к ней спиной. – Не думаю, что с появлением внуков, что-то чудесным образом изменится.
Кэтрин встала, медленно направляясь к выходу.
Остановившись у самой двери, она сказала тоном человека, которого обидели:
- Ты слишком суров ко мне. Я, конечно, не была образцовой матерью, но такого не заслужила. Я всегда тебя любила, поэтому для твоего же блага призываю тебя прислушаться к моему совету, - закончив, леди вышла из комнаты.
Саймон еще долгое время стоял неподвижно и смотрел в одну точку, перебирая сказанные слова матери. Она, без сомнения, была эгоисткой, которая думала в первую очередь о себе. Подталкивая его к браку, Кэтрин желала, скорее всего, таким образом решить свои проблемы: переложить обязанности герцогини на женушку своего сына, и иметь шанс на спокойную, и безоблачную жизнь. Уголок его рта дернулся: как предсказуемо. «Я всегда любила тебя…» - слова, которые никогда не слышали его уши из ее уст. Он не понимал, зачем она пыталась казаться любящей матерью, если все остальное время она была точно лед и не жаждала общения с ним. На самом деле, если бы Кэтрин хотела видеться с ним чаще, то она виделась бы. Парадокс в том, что и Саймон ее избегал, но это никак бы не мешало любящей матери пообщаться с сыном. Саймон невольно возвратился в воспоминаниях к тому вечеру.
Был яркий солнечный день. Мальчик бодро вприпрыжку шел по коридору. Его остановили крики, которые исходили из передней комнаты: «Ты ничтожество! Ты и твой сын!» Мальчик подошел ближе к самой двери…
Поток его воспоминаний прервался Уинстоном, который выглядывал из-за двери. Опомнившись и тряхнув головой, он принялся одеваться.
  
Глава 3
 
- Она так и сказала? – спросил Хью Диккенсон, коснувшись кончиком шпаги своего соперника. – Наверняка она серьезно собирается тебя женить. Зная твою мать, она, скорее всего, уже сидит в гостиной за чашечкой чая и перебирает кандидаток на роль будущей герцогини Лендской.
Сделав еще несколько изворотливых движений, Саймон успел задеть друга два раза и по очкам вырваться вперед.
- Сам знаю, - ответил он. – Но как бы там ни было, Кэтрин права: единственное, чего мне не хватает для самореализации, так это удачно жениться. Конечно, странно признавать ее правой хоть в чем-то. Но сейчас совершенно некому взять на себя обязанности герцогини, потому что мать не может или не хочет с ними справляться. Мы с ней практически не видимся, а если это происходит, то почти не разговариваем. Как тогда, скажи мне, мы совместно должны решать деловые вопросы и являться в свете? И неплохо было бы подумать о наследнике, - закончил Саймон.
Хью немало удивился ходу его мыслей.
Сделав пару выпадов, он сказал:
- Что ж, только не промахнись с выбором. Слышал, на сегодняшний день невесты пошли слишком меркантильные. Того и гляди напрямую спросят размер твоего состояния, прежде чем согласиться выйти замуж.
- Неужто ты успел попросить чьей-то руки? - посмеялся он над Хью.
Последний весело усмехнулся и начал упорно наступать. Сверкая на свету, их шпаги встретились вместе, меряясь силой. Разняв оружия и, сделав выпад, Хью коснулся руки противника. Несколько минут спустя оба сложили шпаги и решили передохнуть.
Саймон являлся чуть ли не самым завидным женихом этого сезона. Только потому, что он еще не дал знать о поиске невесты, его не окружала толпа девушек и их матерей. Обычно он и не появлялся в свете слишком часто, чтобы не дать всем повод потереть языки и завладеть его вниманием. Но, кажется, скоро Саймон с этим столкнется. Наверное, это будет самым сложным для него этапом.
- А что же на счет тебя, Хью? Когда надумаешь остепениться? – внезапно спросил Саймон.