Мертвый Бойфренд (ЛП)

Лиззи была загадочной девочкой. Она приехала в середине выпускного года и никто ничего не знал о ней. Но ребята интересовались ею, потому что она была блондинкой2 , да к тому же хорошенькой, и говорила мягким сексуальным голосом.
Она сидела, прижавшись ногой к Майклу, встряхивая волосами из стороны в сторону, когда говорила, и ее лицо приближалось к его щеке. Даже с такого расстояния, я видела, что Майкл был в восторге.
Я все еще пялилась на них, когда пришли Джули и Миранда. Обе были в бордово-белых футболках Шейдисайдских Тигров и прямых джинсах. Они сразу меня заметили, торопливо подошли ко мне, и мы обнялись.
— Мы так рады, — сказала Джулия. — Мы не думали, что ты придешь.
— Простите, что была такой мрачной, — сказала я. — Просто…
Миранда зажала мне рот ладонью.
— Давай не будем об этом. Серьезно. Сегодня — ночь веселья. Вперед, Тигры!
— Вперед, тигры, — повторила я, пытаясь продемонстрировать некий энтузиазм.
Миранда понюхала мои волосы.
— М-м-м-м-м-м. Попкорн.
Я закатила глаза.
— Кому ты рассказываешь.
Джули повела меня к трибунам.
— Давайте сядем повыше, чтобы все видеть. Эй, может, те ребята поделятся с нами чипсами.
Мы стали подниматься по ступенькам на трибуну. — Нет, подожди, — Миранда потянула меня назад. — Ты знаешь, у меня есть бзик насчет высоты. А может здесь? Прямо посередине.
Мы протиснулись мимо Майкла и Лиззи, сидевших в проходе плотно прижавшись друг к другу, и плюхнулись на скамейку в середине ряда. На поле для игры обе команды проводили тренировку, отрабатывая короткие прыжки со всех положений, повсюду прыгали мячи, издавая звуки напоминающие барабанную дробь.
Грин-Вэлли находится примерно в пятидесяти милях от Шейдисайда, поэтому находящиеся напротив трибуны гостевой команды были заполнены всего на треть. Сквозь грохот мячей я слышала, как ребята из другой школы скандируют:
— Великаны! Великаны! Вперед, Зеленые!
Команда привезла с собой чирлидерш в коротких блестящих зеленых плиссированных юбках. И своего талисмана — очень высокого костюмированного персонажа по имени Веселый Зеленый Великан. Он прошелся колесом перед трибунами, вызвав аплодисменты и улюлюканье от фанатов Великанов.
Я не люблю баскетбол. Вообще-то, мой спорт — теннис. Но дурачиться с Джули и Мирандой и быть в центре веселой, ликующей толпы было здорово.
Игра началась, и Великаны быстро повели в счете. У них была пара игроков ростом под два с половиной метра. Ладно, может и нет. Но они были гораздо выше и шире, чем наши игроки.
Великаны вели очень агрессивную игру. Много толкались, работали локтями и врезались в других игроков. Они получили несколько фолов, зато смогли прорваться под корзину и заработать много очков.
Шейдисайдское нападение оказалось отрезано. У них были два прекрасных трехочковых нападающих. Но сегодня мяч к ним даже не попадал.
Наша команда отставала на двенадцать очков, и я обнаружила, что игра полностью захватила меня. Я визжала, кричала, размахивала кулаками, подбадривала игроков. Джули и Миранда только смотрели на меня. Я видела, что они рады, что мне весело.
А затем веселье кончилось.
Я увидела, как в спортзал вошли двое мужчин в темной униформе.
Я узнала их только тогда, когда они подошли ближе, направляясь к боковым трибунам. Полицейские. Ривера и Миллер.
Они шли медленно, твердо, крепко прижав руки к бокам. У них на поясе я заметила кобуру пистолетов. Они не уделяли никакого внимания игре. Их взгляды были прикованы к трибунам.
Я знала, зачем они сюда пришли. Они пришли за мной. Вот и все. Вот и конец моей нормальной ночи веселья. Они пришли, чтобы забрать меня.
Я прочла это по выражению их лиц, пока они изучали толпу. Ряд за рядом.
У меня возникло непреодолимое желание крикнуть: «Я здесь».
У меня не было возможности спрятаться. Не было никакого шанса, что они меня не заметят.
Взгляд Риверы остановился на мне. Из моего горла вырвался слабый стон.
Я здесь. Я здесь. Убийца. Я здесь. Подойдите и арестуйте меня. Заберите меня.
 
29
Вся напрягшись, я смотрела на двух копов в нижней части трибун. Улюлюканье толпы исчезло. Исчезли все звуки, кроме учащенного биения моего сердца.
Ривера обернулся и что-то сказал своему напарнику. Миллер кивнул. Они стали взбираться по проходу.
Они увидели меня и подошли.
У меня появилось сильное желание открыть рот и закричать, дать всему моему ужасу, страху вырваться наружу и только кричать и кричать до потери голоса и дыхания.
Каким-то образом я смогла сдержаться. Наклонившись вперед, я смотрела, как Ривера направляется вверх по трибунам, чувствуя, как напряглась каждая мышца моего тела.
Он остановился тремя рядами ниже меня и показал куда-то. Миллер кивнул. Протиснувшись где-то на треть ряда, они заняли места.
— А? — у меня вырвался испуганный вздох. Я видела, как копы устроились и сосредоточились на игре.
Ко мне повернулась Миранда.
— Что случилось?
— Э… ничего. Удивлена этим последним свистком. Джонсон не нарушал правил против того парня.
— Нарушил, конечно, — возразила Миранда. — Он его чуть без головы не оставил.
Джули рассмеялась.
— Эй, Кейтлин, а ты по-настоящему втянулась.
Я глянула на спины копов и протянула:
— Ага.
Я наконец снова могла дышать.
Я осознала, что должна наслаждаться счастливыми моментами, пока могу. Я знала, что это только вопрос времени, когда полиция придет за мной.
Я посмотрела на табло. До конца первой половины матча оставалась всего одна минута. Шейдисайдцы сократили отрыв от Великанов до четырех очков. Болельщики вскочили, прыгали и улюлюкали. Оглушительное возбуждение. Трибуны просто тряслись.
Джулия, Миранда и я вскочили на ноги. Перехват и быстрый бросок из-под кольца принес Тиграм одно попадание. Кто-то объявил тайм-аут. Я смотрела как быстрой походкой игроки идут на свою скамейку.
Мой взгляд выхватил яркое пятно. Я уставилась на трибуны гостей на противоположной стороне зала.
И чуть не упала. Мне пришлось схватиться за Джули и Миранду, чтобы сохранить равновесие. Во втором ряду, сгорбившись, сидел парень в красной толстовке. Он выделялся среди зеленых курток и футболок гостей.
Конечно же, я сразу подумала о Блэйде. Увидев красную толстовку, я не могла не подумать о нем. Прищурившись в ярком освещении спортивного зала, я пыталась отчетливей разглядеть парня. Он опустил голову и капюшон покрыл его волосы. Мне были видны только верх красного капюшона, его грудь и руки.
Подруги не заметили моей тревоги. Они стояли по бокам от меня, споря, какую пиццу взять после игры. Миранда любила все планировать заранее. И не любила пепперони. Этот разговор повторялся почти всякий раз, когда мы шли за пиццей в «Альфонсо».
На этот раз я в нем не участвовала. Я наблюдала за парнем в красной толстовке, ожидая, когда он поднимет голову. Раздавшаяся сирена оповестила, что время тайм-аута истекло.
Парень поднял голову и капюшон упал на плечи. Я наклонилась вперед, вглядываясь в его лицо, в его темные волосы.
— О, нет!
Блэйд.
Это был Блэйд.
Он поднял глаза на Шейдисайдские трибуны. Уставился прямо на меня. Игра началась. Он не отвел взгляд. Он пристально смотрел на меня с другого конца зала.
Не раздумывая, я отпихнула с пути Миранду и понеслась к проходу, наступая на ноги, расталкивая болельщиков, все было как в тумане, потому что у меня перед глазами стояла красная толстовка.
— Кэйтлин? Эй, Кэйтлин?
— Что случилось? Куда ты?
Я слышала, как подруги обеспокоенно окликают меня. Но я не стала оборачиваться. Я вылетела в проход, растолкала группу ребят, преградивших мне путь, и протиснулась мимо других.