Рыжая бестия нарасхват (СИ)
О Боги! Как там говорят, гора с плеч? Да нет, не так! Мне подали кислород. Я снова смог дышать, не сгорая от мук совести из-за того, что, вопреки всем правилам морали, я хочу женщину своего единственного любимого родственника!
Диана молча отстранилась и посмотрела на меня своими изумрудными глазами с мокрыми ресницами. И все мысли из моей головы вылетели разом. Я схватил ее лицо в ладони и, склонившись, накинулся на ее губы жадным поцелуем. Настолько жадным, что я готов идти до конца, даже если почувствую сопротивление. Но, к моей радости, этого не произошло. Девушка ответила мне с не меньшим желанием и страстью, словно нас обоих освободили от всех обязательств и сказали, что теперь все дозволено.
Руки Дианы оплели мою шею, и она всем телом прильнула ко мне. Схватив ее за ягодицы, я приподнял ее податливое тело, усадил на низкий стеллаж и устроился между ножками. Оторвавшись от сладких губ, начал целовать щеки, желая одарить вниманием каждую полюбившуюся веснушку, а когда услышал томный выдох — как дозволение, — скользнул к бархатистой коже шеи. Диана вытянулась, прося сладкого продолжения. Ее ладони запутались в моих волосах, жадно притягивая к себе. От довольного выражения ее лица и страстного огня в глазах мое сердце взволновано забилось.
Она навсегда овладела моим дыханием, моими мыслями, и я полетел в незнакомую бездну без сожалений.
— Диана… — прошептал я, вновь припав к ее губам.
Она своей тонкой ручкой поползла по моей спине, приподнимая пальцами край одежды и впиваясь ногтями мне в кожу. Я, не в силах сдержать своей наглости, скользнул губами к ее упругой груди, стал ласкать ее. Невозможно описать мое удовольствие от неповторимого сексуального урчания девушки, сводящего меня с ума.
Градус между нами повысился. Диана подвинулась на край стеллажа и обняла меня ногами, определенно ощущая своей промежностью мой возбужденный член, выпирающий через легкую ткань шорт. Она застонала так сладко, внушая мне мысль, что мы на правильном пути, и я выдал довольный рык.
Мы позволили страсти овладеть нами полностью, отдаваясь друг другу без остатка. Я притянул ее ближе в надежде воплотить все то, что таилось в недрах моих тайных желаний. Я начал мечтать услышать, как она произносит мое имя, дойдя до пика удовольствия, просит не останавливаться и не оставлять ее никогда.
«Мы оба этого хотим! И нас уже никто не остановит», — обрадовался я, поддаваясь своим мечтам, но…
— Диана! — раздался крик откуда-то издалека.
Тяжело дыша, мы замерли, прислушиваясь к шуму. Я взмолился, чтобы это нам просто показалось.
— Это Нуну, — прошептала Диана с таким разочарованием, что я готов поклясться: она почти плачет.
— Что он здесь делает? Не волнуйся, он уйдет.
— Диана! — На сей раз голос прозвучал еще ближе.
Глава 21. Диана
Когда я услышала голос Нуну, мне показалось, будто на меня ушат холодной воды вылили. Что же я творю? Да, я верю, что Ян не собирается меня оставлять без наследства. Но выглядит это, будто я сошла с ума и на радостях решила не только сама с себя белье снять, но еще и тело на блюдечке преподнести. Я ведь не остановилась бы, пока не получила желаемое. Меня тянет к Яну, как магнитом, с первой встречи, а сейчас это притяжение становится совсем невыносимым.
Голос Нуну был уже совсем близко, и я спрыгнула со стеллажа, одернув платье. Застегивать маленькую расстегнувшуюся пуговицу на груди было практически бессмысленно: припухшие губы Яна выдавали нас с головой, а свои даже представлять не хотелось. Плюс блестящие глаза и сбившееся дыхание. А когда я взглянула на шорты парня, вообще застонать захотелось.
Когда коллега подошел ближе, я встала перед Яном и прикрыла главное «доказательство» собой. В отличие от меня, Ян, наоборот, расслабился и внаглую уселся на стеллаж, там, где только что была моя полуголая задница.
Нуну даже не сразу заметил, что я не одна, поэтому с широкой улыбкой на лице начал:
— Я так и знал, что ты не оставишь центр. Ты приехала проверить, все ли хорошо?.. — Он так и не успел закончить фразу — заметил позади меня Яна. Его улыбку как ветром унесло, а хорошее настроение смыло проливным дождем.
— Да, мы проезжали мимо.
— Мы? — переспросил Нуну, явно вкладывая в эти буквы гораздо больше смысла.
— Да, прости, я вас как-то не представила нормально.
— Ян, — уверенно произнес парень и протянул Нуну руку, выходя из-за моей спины.
От Нуну не ускользнул наш растрепанный вид и все остальные улики того, насколько подробно мы рассматривали центр. Но руку Яна он все же пожал и произнес:
— Нуну, друг Дианы. — И даже здесь он попытался вложить двоякий смысл, интересующий только его одного.
От таких слов я напряглась и посмотрела на него без тени улыбки, давая понять, что не нуждаюсь в его дружеской заботе.
— Не смотри на меня так, Диана! — прямолинейно выдал Нуну, глядя осуждающе. — Не хочешь быть со мной? Хорошо! Но что даст тебе он? Курортный роман на пару недель? Он наиграется и уедет! Ты заслуживаешь большего! Не повторяй моей ошибки, чтобы потом не плакать на моем плече, как делал это я.
— Нуну, это не твое дело! — отрезала я, раздражаясь его вмешательству.
— Знаю. Но я не могу молча смотреть на то, как ты совершаешь глупость.
Просто кивнув на прощание, он отправился на выход, оставляя нас с Яном наедине.
— Что это было? — прошептал Ян, откидывая мои волосы на одну сторону, готовый опять прильнуть губами к моей шее. — Я ничего не понял. Не хочешь перевести?
— Ничего особенного.
— Вы вместе? — задал Ян следующий вопрос, немного напрягаясь, но уже целуя мою шею.
— Нет. И никогда не были.
И как бы ни было приятно нежное прикосновение его губ, а все тело ни просило продолжения, я поняла, что Нуну действительно был прав. Вывернувшись от Яна, я направилась за сумкой, выпавшей у меня из рук там, где парень обнял меня, стараясь успокоить. Когда я вновь увидела рисунки, я осознала, что отныне «мордашковая площадка» у меня всегда будет ассоциироваться с нашим первым поцелуем, уничтожившим здравомыслие.
— Поехали в магазин? Здесь, кажется, все нормально.
— Диана, — Ян схватил меня за руку, останавливая и заглядывая в глаза, — прости, я никогда не хотел тебя обижать. Мне сказали, что ты…
— Неважно, — перебила я его, не желая слушать, чего там такого обо мне наговорило его честное семейство. — Давай не будем все усложнять и просто останемся друзьями?
А что еще я могла сказать? Да, я хочу переспать с тобой, но не знаю, что будет со мной потом? Особенно когда ты вернешься в Москву.
Ян понял все без лишних слов и молча пошел со мной к машине, сделав вид, что забыл о произошедшем между нами в центре. Словно он и не думал о том, чем бы все закончилось, если бы не пришел Нуну и не помешал нам.
Оставшийся день прошел странно. Мы уже не ругались и дружелюбно болтали о всяких мелочах. Ян рассказал о своей работе и о том, как удаленно контролирует рабочий процесс в клинике. Рассказал о своих друзьях и любимых крестниках; было приятно смотреть, как светятся его глаза, когда он говорит о детях. И вспоминали Виктора. Говорили обо всем, лишь бы не затрагивать самую важную тему, интересующую меня — надеюсь, не только меня — больше всего.
Ян знал, что, кроме секса, ничего больше не может мне предложить. А я осознавала, что этого мне будет мало. Но произносить такого вслух не хотелось. Да и зачем?
Ближе к вечеру дождь прекратился, и я улеглась на маленьком диванчике на улице. Завернувшись в плед, попыталась почитать книгу, но когда поняла, что пролистала пару страниц, а смысла таки не уловила, я раздраженно откинула книгу и задумалась, как же быть дальше.
Обед прошел хорошо. Ян похвалил мои кулинарные способности и отшутился, что теперь верит: я не преувеличивала, говоря о своих талантах. Все взгляды и легкие нечаянные прикосновения разливались по телу мелкими разрядами тока. Все нутро требовало продолжения того, что началось в садовом центре, превращаясь в очень соблазнительную навязчивую идею. От этого я и сбежала на улицу — подальше от «запретного» соседа.