Запретная для Колдуна

– Зря ты так, очень хорошо понимаю.
– Мы почти три столетия жили в мире. Триста лет, которые ты хочешь разрушить своими поправками. Нас всех ждёт хаос!
– Это не жизнь, а жалкое существование. Всё должно быть иначе.
– Вот прям чую Танькино наследие. Забила тебе всю голову, и муженёк её тоже. Если бы не проклятый оборотень, я бы выбил эти мысли из твоей головы.
– И вложил в неё новые. Правильные, – понимающе кивнул Денис. – Дед, мы это уже проходили. Сам сказал, что мне уже тридцать. Поздно уже выбивать.
– Заделай сына и поступай, как знаешь. До заседания осталось чуть больше месяца. Вот и поработай. Но сын должен быть!
– А если дочь? – развеселился некромант.
Он так привык к этим разговорам, что даже перестал обижаться и реагировать. В этом был весь дед, колдун старой закалки, который знал, чего хочет, и шёл… ехал к своей цели напролом. Он любил Максима Леонидовича, но и понимал, что они слишком разные и никогда не смогут понять друг друга.
– И даже не думай шутить на эту тему. Я ж тебя с того света достану.
– Слушай, дед, ты хоть что-нибудь хорошее мне скажешь, а? А то я чувствую себя быком-производителем.
– Тоже мне, производитель. Тридцать лет, и всё вхолостую. Анкеты посмотришь?
– Посмотрю, – пообещал Денис. – Люблю молоденьких ведьмочек. Они хоть симпатичные?
– Сам выбирал, – гордо ответил тот.
– Тогда я спокоен. Посмотрю обязательно.
– И подумаешь? – не отставал Максим Леонидович.
– Подумаю, – кивнул некромант, улыбаясь.
– Врёшь же, – вздохнул старик. – Вот что тебе стоило, а? Сделал бы правнука и занимался дальше своими делами. Никакой логики и здравого смысла.
– Ты сам как?
Максим Леонидович посуровел и отвёл взгляд.
– Катаюсь, но и на этом спасибо.
– Я рад, что ты приехал меня навестить.
Старик скупо улыбнулся:
– Я ненадолго. Таньке небось уже доложили те громилы у входа. Сейчас примчится.
– Дед, она моя сестра, – предупреждающе проговорил Дэн.
– А то я не знаю. Мне пора. Рад, что ты ещё дышишь. Анкеты посмотри. Хорошенькие и перспективные отмечены красным.
– Учту.
После ухода Максима Леонидовича Денис некоторое время просидел на кровати, уставившись в одну точку, потом вдруг вскочил и бросился к шкафу, где должны были быть его вещи.
Оставаться в палате он больше не мог. Надо было действовать, пока есть хоть какой-то шанс всё изменить.
Если с одеждой никаких проблем не возникло, то как выбраться из палаты незамеченным было большим вопросом. Вариант официально и честно отпроситься у целителей был сразу признан негодным и совершенно бесперспективным. Его даже домой не отпускают, что уж говорить о том, чтобы отправиться к Стражам для того, чтобы встретиться со своим гипотетическим убийцей.
Нет, ему нужен был союзник и помощник. Тот, кто сразу же не сдаст мужчину сестре, а действительно окажет посильную помощь. И с этим были проблемы. Отвечать за проделки перед Таней мало кто решался.
Чтобы хоть как-то собраться с мыслями, мужчина взял папку, принесённую дедом, и начал медленно листать. Первую он знал, со второй пару раз даже спал, третью видел издалека, но тесно не общался, а вот четвёртая…
Денис сначала её не узнал. Фотография смуглой темноволосой девушки с томным взглядом карих глаз разительно отличалась от той привычной Изабелл, которую он знал. А ведь дед точно в курсе их взаимоотношений, и о том, кто она такая Разину-старшему, тоже известно. Случайность? Ну, уж нет.
– Что же ты задумал, старый интриган? – пробормотал мужчина, откладывая папку в сторону и беря телефон.
Ответили почти сразу.
– Оh, mio dio, – раздался сквозь помехи женский голос, что-то захрипело, затрещало, после чего связь, наконец, пришла в норму. – Да, я вас слушаю.
– Малышка Белль, ты собираешься меня навестить или нет? – пропел Денис и улыбнулся.
– Дени! – радостно воскликнула она. – Ты еще жив, дорогой?
– И даже разговариваю. А ещё я крайне удивлён, что ты не приехала меня навестить.
– Мio caro* (мой дорогой), прости. Я собиралась, честно, – быстро произнесла она, на заднем фоне раздавались звуки города: сигналили машины, разговаривали люди и ритмично стучали каблучки по мостовой. – Но за время моего отсутствия в Москве столько дел накопилось. Ничего не успеваю. Даже не представляешь, сколько еще мне надо сделать.
 
– Ещё как представляю. У меня в руках твоя анкета.
– Моя что? – рявкнула Изабелл и громко выругалась по-итальянски, добавив в конце на русском: – Убью!
– Надеюсь, не меня? Я так понимаю, ты не в курсе? – невинно уточнил Денис.
– Конечно, нет. Дени, мне всего двадцать один.
– Скоро двадцать два.
– Пусть так. Своего возраста я не стесняюсь. Но мне еще рано думать о детях. О чём мать только думала? Надо узнать, кому она еще успела отправить мои данные.
– С этим я тебе помочь не могу. Извини.
– Дьявол, как же всё не вовремя. Так, ладно, разберусь потом. Лиз сказала, что тебя скоро выписывают.
– Угу, и мне очень нужна твоя помощь.
– Что ты такого задумал, mio caro, что обратился именно ко мне? Сбежать решил, что ли? – в шутку спросила девушка и хохотнула.
– В точку, Белль.
Мгновение тишины.
– Ты серьёзно? Дени, это не моё дело, конечно, но что ты творишь? Едва отошёл от покушения и снова лезешь в самое пекло?
– Ты же меня знаешь…
– Остальные ведь не в курсе, да? – спросила она, и Денис услышал, как чиркнула зажигалка и девушка глубоко затянулась.
Дурацкая привычка, которая делала Изабелл ещё более роскошной и порочной в глазах других мужчин.
– Нет. Так ты поможешь мне, крошка Белль?
– Ещё раз так меня назовёшь, будешь выкручиваться сам… Что я должна сделать, Дени?
– Принести мне сферу переноса.
– И куда ты решил отправиться, если не секрет?
– К Игорю.
– Дени, – медленно проговорила она. – Ты ведь не собираешься общаться с той чокнутой?
– Она не чокнутая. Но да, именно это я и хочу сделать.
– Squilibrato* (ненормальный).
– Я и не отрицаю. Все мы немного чокнутые.
Несколько томительных секунд, во время которых девушка взвешивала все за и против, тяжелый вздох, как признак поражения, и:
– Буду через полчаса, Дени. Потом сам отчитаешься своим сестричкам, я твою задницу прикрывать не стану.
– Договорились, Белль.
Изабелл Морано была оборотницей из солнечной Италии. И характер у неё был соответствующий – темпераментная, яркая, страстная и эффектная. Среднего роста, с тонкой талией, аккуратными бёдрами и высокой красивой грудью. Её совершенное тело было так похоже на песочные часы. Один взгляд на неё – и у любого мужчины сразу учащалось сердцебиение и повышалось слюноотделение.
Вот и сейчас она была одета в чёрный топ с низким вырезом, который открывал аккуратные холмики грудей, узкую юбку-карандаш, в вырезе которой мелькал ажурный край чулка, и обута в изящные лодочки с высокой шпилькой. Густые тёмные волосы роскошной волной лежали на обнажённых плечах.
– Дени! – взвизгнула ведьма, бросаясь ему в объятья и сладко целуя в губы. – Как я скучала по тебе!
Пахло от неё тоже вкусно: летом, солнцем и сладкими экзотическими фруктами. Вкус её истинной страсти он точно знал.
– Белль, я так рад, что ты вернулась.
– Поэтому в день моего приезда решил немножко умереть? – рассмеялась она низким грудным смехом и чмокнула его в щёку. – Ты неисправим, mio caro.
Выбравшись из его рук, девушка вручила ему пакет с гостинцами и подошла к кровати.
– О, какой цветник, – пробормотала Изабелл, листая папку с анкетами. – У меня собралась неплохая компания. Решил завязать и начать правильную жизнь?
– Это дед. Принесла?
Она очаровательно улыбнулась.
– Конечно, дорогой.
И достала из выреза топа сферу, которую вручать ему пока не спешила. Денис хохотнул.
– Отличное место для схрона, Белль.
– Я старалась.
– Я твой должник.