Ветер в его сердце

Дейв бросается на нас, но Калико небрежным ударом тыльной стороны ладони перенаправляет набранный им импульс прямиком в стену. Сэмми вздрагивает, удивление на его физиономии сменяется страхом. Мы какое-то время молча стоим, а затем я, заметив, что владелец казино потихоньку приходит в себя, проявляю инициативу, прежде чем он успевает раскрыть рот.
— Для этого похищения мы решили отказаться от белого фургона. Преступники чаще всего засыпаются на том, что используют одни и те же средства и приемы.
— Слушай…
— He-а, — обрываю я его, грозя пальцем. — Я скажу тебе, когда можно говорить.
Перед отправлением сюда мы условились, что на этой стадии руководить действом буду я. Калико слишком озлоблена, так что никакой дипломатии от нее ожидать не приходится, а Рувим наверняка все сведет к противостоянию традиционалистов и казиношной клики.
— Тебе повезло, что я здесь, — втолковываю я Сэмми. — Калико жаждет твоей крови, и, честно говоря, ее предложение достойно внимания, поскольку в таком случае мы покончим с убийствами животных и майнаво раз и навсегда. Вообще-то в полном избавлении от твоей жалкой задницы уйма плюсов. А Рувим хочет бросить тебя в горах, — продолжаю я. — Только не в Йерро-Мадерас, а в ином мире. Мне такая мера больше по душе, поскольку вообще-то парень я не кровожадный. Заметь, однако, никакой гарантии, что тебе удастся там выжить, нет, — я одариваю его улыбкой. — Ну как, дошло? Решающий голос принадлежит мне.
Взгляд Сэмми мечется между нами.
Дейв потихоньку оживает и с кряхтеньем усаживается у стены, на что мои товарищи реагируют грозным рычанием. Охранник поспешно вскидывает руки:
— Неприятности мне ни к чему!
— Зачем тогда подхалимствуешь перед этим типом? — корит его Рувим, кивая на Сэмми.
— Да ладно, это же просто работа! Не я настучал на вас копам.
— В том-то и проблема, — говорю я. — Видишь ли, слово «настучать» подразумевает, будто мы в чем-то виновны.
— Я вовсе не это имел в виду!
— Знаю-знаю, Дейв. К сожалению, теперь ты свидетель.
— Не убивайте меня! Я никому ничего не скажу.
— Пожалуй, не скажет, — вновь подключается Рувим. — Да и кто его слушать будет? Станет трепать, будто из-под земли появились какие-то черти и сцапали его босса — кто поведется на такой бред?
Пока мы беседуем, Калико сверлит Сэмми злобным взглядом. Подобие бравады, что он выказывал пару мгновений назад, исчезает, будто впитанные иссохшей пустыней капли дождя.
— Что ж, разберемся сперва с боссом, — решаю я. — Итак, Сэмми, слово тебе. Есть что сказать в свою защиту?
Глаза казиношника пытаются уследить за нами, но мы разбрелись по кабинету так, что он не в состоянии сосредоточиться на ком-то одном, не потеряв из виду остальных.
— Я… — Сэмми прочищает горло. — Чего ты от меня ждешь? Ты велел мне не убивать этих духов-зверолюдей, и я их впредь трогать не буду.
— Ага, вместо этого ты наплел копам, будто мы похитили девочку.
— Это было опрометчиво… Теперь я понимаю. Я скажу им, что ошибся.
— Вот только ты не ошибся.
— Нет? — озадаченно переспрашивает Сэмми.
— Не ошибся. Ты им нагло соврал.
Не знаю уж откуда, но вдруг он набирается смелости:
— А чего вы ожидали? Вы оскорбили меня!
— И ты решил, что справедливой расплатой за твое уязвленное самолюбие станут тюремное заключение и всеобщее презрение, которые нас ожидают?
— Я хотел всего лишь немного подгадить. Вряд ли вам предъявили бы обвинение на основании моего голословного утверждения.
— А, значит, все в порядке. Так по-твоему?
— Я все улажу, ясно? Поговорю с кем скажете.
Я качаю головой.
— Пожалуй, лучше бы тебе заткнуться, потому что чем больше ты треплешь языком, тем больше я склоняюсь к варианту Калико насчет твоего будущего.
— За такое не убивают! — вопит он.
Я пожимаю плечами.
— Пообщайся как-нибудь с гангстером без должного уважения. Узнаешь его реакцию.
— Да ладно тебе! Можно же как-то все утрясти. Хотите денег? Помимо улаживания проблемы с копами могу еще подкинуть пару тысяч.
Я поворачиваюсь к Калико.
 
— Лучше тебе унести его отсюда, пока я сам ему не врезал.
Моя подруга кивает. Через мгновение она стоит рядом со мной, а в следующее — за столом, удерживая Сэмми борцовским захватом за шею.
— Чего ты ждешь? — поторапливает ее Рувим.
— Тс-с, — отмахивается Калико. — Мне нужно рассчитать высоту, чтобы не сбросить его со склона горы на той стороне.
— Подожди… нет, — хрипит хозяин казино. Когда тебе перекрывают кислород, говорить действительно нелегко. Сэмми пытается разжать хватку, но с тем же успехом он мог бы бороться с многометровым питоном.
Калико попросту не обращает на него внимания.
— Готово! — объявляет она. — Сейчас вернусь за вами.
И они вдвоем исчезают.
— Господи, — стонет Дейв, — неужто вы и вправду собираетесь его прикончить?
Я смотрю на охранника: тот мешком привалился к стене, но на этот раз хотя бы не обмочился.
— Еще не решили, — отвечаю я.
Тут возвращается Калико.
Рувим указывает пальцем на Дейва.
— Держи рот на замке. И помни: куда бы ты ни сбежал, мы всегда тебя отыщем.
Калико демонстрирует работнику казино полную пасть острых лисьих зубов, ставя в конце фразы вождя кикими жирную точку.
— Я клянусь, клянусь! — верещит Дейв.
Моя подруга рычит и отворачивается, но я вижу в ее глазах озорную искорку. В угрозе ее столько же правдоподобия, сколько и в моем похищении Сэди Хиггинс, но парню, естественно, это невдомек. Затем Калико протягивает нам с Рувимом руки и спрашивает:
— Готовы, ковбои?
— Эй, это расовое оскорбление! — ухмыляется вождь.
— Что? Кикими не сумеет по-ковбойски промчаться по прерии?
— Блин, только не начинайте! — делано закатываю я глаза.
Калико смеется и уносит нас прочь. Головокружительный бросок между мирами длится лишь мгновение, но в пункте нашего назначения обнаруживается, что мы не единственные, кто проявляет интерес к Сэмми Быстрой Траве. Калико оставила его на небольшом плато высоко в горах. Надо сказать, прежде на такой высоте я ни разу не бывал. Насколько хватает глаз, во все стороны тянутся горные пики. Воздух здесь разреженный и минимум на десять градусов холоднее, чем в пустыне. Небо невообразимо голубое. Вдали на восходящих потоках парят кондоры.
Однако внимание наше целиком сосредоточено не на окружающем пейзаже или небе, и даже не на стоящем перед нами Сэмми, штаны которого порваны вследствие очевидного падения. Таращимся мы на приземлившийся черный реактивный вертолет. Двигатель его заглушен, однако винты пока еще медленно вращаются. В конце концов они замирают.
Сам Сэмми не замечает нашего появления. Его внимание, как и наше, целиком сосредоточено на здоровенной металлической махине. Изящные обводы, тонированные стекла, угольно-черный цвет — прямо мечта геймера. Вертолет кажется нереальным, словно некое порождение компьютерной графики.
— Что за хрень? — изрекает Рувим.
Я бросаю взгляд на Калико, но она выказывает такое же изумление.
— Когда я оставляла здесь Сэмми, его не было, — поясняет она.
— Но теперь-то он есть! — резонно замечает вождь. — Черт, прям вертушка спецназа или фигня из фантастического фильма.
Я медленно киваю.
— Хотя я думал, что наш мир сюда не суется.
— Вообще-то не суется, — отвечает моя подруга. — Но старейшины говорят, что в ином мире все возможно.
Створки кабины открываются, и мы напряженно замираем. Рувим бросает Калико:
— Если у них автоматы, лазеры или прочая хрень, уноси нас отсюда ко всем чертям.
— В один миг, — кивает она.
Однако нас поджидает новый виток безумия и без того абсурдной ситуации: из вертолета на землю выпрыгивает человек, которого я ожидал бы увидеть здесь последним, — Томас Кукурузные Глаза собственной персоной. За ним высаживается Женщина-Ночь, эта странная воронова леди, которую я видел в Каньоне Предков на похоронах Дерека. Огромный призрачный череп ворона больше не маячит над ее плечами, зато на одном из них восседает полупрозрачная птица обычных размеров — этакое видение ворона.