Атрак (СИ)

Первым на холодный пол тюремной камеры улёгся чародей. Он всё продолжал притворяться спящим. После него Дракалес уложил Эльдарала, следом за ним свалился Сеземал. Оружия воителей были изъяты и осторожно под надзором Дракалеса уложены у противоположной стены по ту сторону решётки. Последним клетку покидал Асаид. И как только все повернулись спиной к притворщику, тот вскочил на ноги и, выставив руку вперёд, со всей яростью попытался произвести что-то из разряда своих колдунств, направив их в спину щитника. Но по выражению лица, которое сделалось в следующий миг, стало понятно, что ничего не последует за этим. Не оборачиваясь, ваурд сказал: «Забудь о своих сверхъестественных заклятьях, потому что моё прикосновение, в отличие от моего присутствия, не блокирует твои способности, а лишает тебя их…навсегда» Но Дракалес намеренно сказал это, ведь всё дело было именно в его присутствии. Пока он стоит рядом, чародей не сможет использоваться свои магические способности. Такова сущность воителей Атрака, что дух войны, которым они все осенены, лишает враждебных чародеев связи с эфиром, так что они не могут производить свои чары. Серьёзный лик бога войны не оставлял сомнений в сердце чародея, что он теперь стал обычным человеком, а потому Казендал просидит в заточении долгое время. И хоть силы его вернутся, он будет предполагать обратное и попыток совершать бегство предпринимать не станет. Далее Адин запер клетку, и пятеро собирались покидать темницу, когда Казендал прильнул к металлическим прутьям, говоря, и чуялось в словах этих отчаянье: «Освободите, прошу… Без своих способностей я не выживу в своём ордене. Они меня выселят и отправят в пустыню. Вам я стану служить верой и правдой» Адин взгляну на Дракалеса, и в глазах его застыл вопрос, на который ваурд поспешил ответить так: «Сатлармы лживы и нечестивы. Лишь время покажет его намерения» И далее они покинули темницу…
Оставив тюрьму позади, Адин обратился к тарелону: «Какое-то немного суровое наказание для этого чародея ты выбрал. Колдунства для таких, как он, что воздух для обычного человека. Как по мне, то тут жестокость твоя излишня» И бог войны признался им во всём. На что виран ответил так: «Что ж, недооценил я тебя, благородный воин. Заверить чародея, что он лишён сил навсегда, чтобы тот не убежал из тюрьмы с помощью своих чар? Умно. Ты был весьма убедителен, что даже мне стало жалко беднягу. Получается, мы можем использовать это в своих целях. Скажем, пообещаем ему хорошее место в Каанхоре с несложной работёнкой, а он расскажет нам побольше о своих сатлармах. Всё равно терять нечего. А как узнаем всё, что нас интересует, откроем ему жестокую правду, и пусть идёт себе, куда вздумается» Дракалес нашёл это также умным решением, и обучение воителей продолжилось.
_________________
С каждым днём о Договоре стали забывать всё больше. Вострили клинки вираны западный, северный и восточный, готовясь к великой войне. Назревает сражение, о котором в будущем напишут много книг. И не покладая рук трудится прощёный виран Адин над тем, чтобы обеспечить защиту своей стране и своим подданным. Время же нещадно поглощало год за годом, и в мир явился Враждующий. С горного хребта начал он путешествие и двигался без остановки ровно на север, стремясь как можно скорее прибыть в город стольный, где поджидали его трое. По пути к цели увязалась за ним дева белокурая…
_________________
Золина с изумлением поглядела на обложку и не отыскала в ней ничего необычного — «Великие сказания Андора», а далее стала выискивать имя автора и год издания, но таковых сведений не отыскалось нигде. Иного исхода не видела она и продолжила чтение.
_________________
Была она настойчива в своём пути, и, проследовав за Враждующим во тьму иномировую, доказала своё величие. Поэтому могучий воитель позволил ей следовать за ним, а в дальнейшем стал её учителем и примером для подражания. Адин славный, поняв, кто ступает по его землям, принял гостя с распростёртыми руками, и в дальнейшем Враждующий во многом помог Южному государству. И бандитов, о существовании которых никто и не ведал, он выследил, и ничтожный люд, который прикрывался деяниями святыми, он изгнал из земель славных, и скверну могучую он искоренил. И всё это было уготовано предназначением для него… именно для него, чтобы испытать его силу, но не ту, что бурлит в его теле негасимым вулканом — иную, ту, которая не позволяет превратиться богу в тирана. Но величайшее испытание его ждёт ещё впереди. И в тот миг, как последовательнице его явится во сне образ яркий, в котором увидит она надвижение опасности, это и станет началом. И спустя десять дней война, веками сдерживаемая Договором, зашагает по миру. И что станет в тот миг с Враждующим — приобретёт ли он мощь бога иль обратится в могучего тирана — предсказать не хватит сил ни у кого.
 
_________________
За окном вечерело. И это значило, что Дракалес вскоре завершит тренировки с воителями Адина, а потому дева заспешила предстать пред могучим ваурдом с раскрытой книгой.
Уже на входе она повстречала уставших воителей, которые возвращались на свои места. Золине они выказывали своё почтение, как наилучшей в их составе. Дракалес шествовал в конце. Поняв, что его ученица чем-то встревожена, не стал входить в казармы следом за всеми, но принялся дожидаться, пока дева сама подойдёт к нему. Пропустив поток уставших мужчин, она предстала перед ваурдом и указала, откуда ему начать чтение. Дракалес в мгновение окинул взором страницу и отвечал совершенно спокойно: «Стало быть, отец мой не только миром благословил земли Адина, но и даровал этому государству таузва́ль, чтобы запечатлевалась история Андора» — «Что за таузваль?» — «Книги Атрака имеют особое свойство — им не нужен автор, ведь они сами творят то, что им повелит ратард иль ваурд. Обычно таузвали ведут летопись истории иль пишут хроники важных событий. В данном случае эта книга призвана записывать то, что творится в Андоре» — «Очень похоже на магию. Но разве воители Атрака обладают чарами?» — «Они были сотворены не нами. Таузвали — это подарок Йора, величайшего чародея, бога всех, обладающих магией. Именно он сотворил эфир и подарил его чародеям, чтобы они могли пользоваться им и творить чудеса. Мой отец и великий маг Йор были союзниками, как и Ксариор. И вот, теперь подарок бога магии проник и в ваши земли». «И в самом деле, — Золина раскрыла таузваль на том месте, где закончилось повествование, и увидела, что книга продолжила описание событий, — «С этим откровением боевая дева явится к Враждующему, и станет для неё открыта одна из тайн Атрака» Повествование дополнилось. Как чудно-то. А в Атраке много таких самопишущихся книг?» — «Лишь одна. Та, в которой ведётся счёт миров, посещённых ратардамаи или варудами» — «Почему же так мало?» — «Нет нам проку в письменной мудрости, ведь она передаётся из уст в уста, и всякое знание хранится в наших разумах» — «Странно всё у вас там, в Атраке. Вот бы побывать там…» Произнеся слова эти, она покосилась на ваурда, ожидая, что учитель пообещает ей забрать с собой в мир войны, но тот лишь отмолчался. Не теряя надежды увидеть родной мир бога войны, она вернулась к таузвали: «Теперь же вполне уместный вопрос у меня возник — как в руки некоего трактирщика могла попасть столь дивная книга? Неужели томелон Датарол благословил не только Астигала?» — «Всякое может быть. Мысли отца моего были недоступны мне» — «Быть может, нам стоит навестить Паслима и разузнать у него об этом?» — «Да будет так. Возьми с собой Вихря с Асаидом и займитесь делом этим. Я же обязательство перед вираном имею допросить пленников, потому что они должны были уже очнуться» — «Да будет так» И пути их разошлись.
Асон, Адин и Дракалес спустились в темницы. Идя по коридорам, они слышали голоса сатлармов — все они очнулись и пребывали в добром здравии. В тот миг, как управитель, генерал и ваурд предстали перед ними, выяснилось, что Сеземал находился ещё в отключке. Эльдарал вскочил на ноги и, вцепившись в решётку, закричал: «Открой клетку, желтоглазый! Открой, и я обещаю: ты будешь молить меня о смерти!» Адин ему сказал: «Не похож ты на сатларма. Дикарь — не более» — «Это я-то дикарь?! Что вы сделали с Казендалом и Сеземалом?! Маг лишился своей силы, а лера́д до сих пор не пришёл в себя!» На что Дракалес ему отвечал: «Быть может, театр ваш для людей и готовился, но со мной этот трюк не пройдёт» Громила хотел было что-то добавить, но чародей их остановил: «Не пытайся. Ему хватило войти сюда и увидеть, чтобы всё понять. Твои препирания будут лишь доказывать обратное его друзьям» Сеземал поднялся с пола и заговорил: «Дружище, да что с тобой такое? Я же сказал, что мы найдём способ вернуть твои силы. Зачем же ты отчаялся?» — «Увы, Сез, но мне уже ничего не поможет. Ратард сказал, что я больше не способен творить чары, — далее он обратился к стоящим по ту сторону тюрьмы, — Говорите ваши условия. Мы готовы» Лармуд пришёл в недоумение: «Ты сдаёшься?! Казендал, я был более высокого мнения о чародеях Святой Империи! Но, оказывается, вы всё же шарлатаны! Мага не исправить даже истиной!» Сеземал ему отвечал: «Остынь, Эльд, он прав. Нам ничего не остаётся, кроме как сдаться и выполнить то, чего пожелают они» Заговорил Адин: «Что ж, вы начинаете подавать надежды. Нам нужен Казендал. Мы поговорим с вашим чародеем, а потом отпустим, куда глаза глядят» Эльдарал вновь взялся негодовать, но крылошлемый его успокоил, а после обратился к вирану: «Обещайте, что не станете его пытать» Владыка Южных земель испытал омерзение от таких слов, отвечая: «Как же ты мог такое подумать? Вы двое — к стене, маг — ближе к двери. И без шуток» Пленники сделали то, чего от них потребовал правитель, и клетка отварилась. Конечно же, Эльдарал совершил попытку к побегу, воспользовавшись своей молниеносной скоростью, но ваурд изловчился схватить его за глотку во время перемещения, так что побег завершился неудачей. Могучая рука бога войны закинула лармуда обратно в клетку, и Казендал был спокойно взят под стражу.