Атрак (СИ)

В сумерках столица также полнилась людьми, и шагали они двое в общем потоке: девушка, прелестней которой нет на свете (это подмечали молодые парни, мимо которых проходили они) и высокий некто в чёрном балахоне и накинутым на лицо капюшоном. Золина помнила каждый уголок этого города, озиралась по сторонам и кивала сама себе, как бы говоря: «Это и то я помню». Дракалес также озирался по сторонам, но он глядел на город как на вражью крепость, выискивая в ней нестроения, изъяны или ошибки. Но на удивление ваурда, город казался неприступным. Хотя для воинства Атрака нет преград, но воитель оценил по достоинству работу архитектора — мою работу. Золина заговорила: «Твои учителя такие великие. Я чувствовала, сколько мудрости в их словах, взглядах, да просто душах» Дракалес ей отвечал: «Ты верно поступила, что стояла там, ведь присутствие человека подле ратарда очень оскорбительно, но и не бежала, тем самым выказав своё поражение» — «Спасибо» Чуть помолчав, ваурд ответил ей: «Не за что»
В трактире также было много людей. Кто трапезничал в ночную пору, кто разговаривал с собеседником. Были и те, кто предстали перед трактирщиком и возмущённо что-то обсуждали. Вкусный запах пробудил в девушке аппетит, ведь давно она не ела ничего. Они подошли к прилавку, около которого ютилось много людей. Прислушавшись к разговору, они поняли, о чём идёт речь. Из многих городов съехались сюда люди, чтобы посмотреть за тем, как будут проводиться показные бои. Но все комнаты уже заняты. Те же, кто остались без них, теперь скандалили и пытались выкупить те, что заняты, по более высокой цене. Трактирщик же, пребывая в смятении, пытался донести до них мысль, что больше спален у него нет, а те, что заняты, он освобождать не посмеет, потому что тогда о его трактире пойдёт плохая молва. И тут его взор пал на Дракалеса и спутницу его. Замешкался пуще прежнего бедняга и, выйдя из толпы, окружающей его, заговорил в пол голоса с ними: «А вот и вы. Мне о вас предупредили. И одну комнату я припас для вас. Так же мне велели угостить вас. Присаживайтесь за свободный столик у окна. Я распоряжусь, чтобы вас обслужили» Человек скрылся в глубине трактира. Не успели ваурд и девушка усесться за свободный столик, как к ним подошёл один из скандалистов, шепча им: «Я слышал, что сказал вам Пасли́м. Плачу за проживание в вашей комнате десятикратную стоимость. Я уверяю Вас, моё присутствие никак не помешает вашему сну» Следом за этим человеком подоспел ещё один из тех, кому срочно нужна комната, и предлагал то же, что и предыдущий, только в двадцатикратном размере. А вскоре вся спорящая толпа находилась уже подле гостей. Дракалес этого терпеть не стал. Поднявшись с места, он стукнул кулаком по столу, да так сильно, что тот переломился, и говорил чуть громче обычных речей с человеком: «Прочь отсюда, отродья ничтожности, покуда я не переломил вам кости таким же образом» Всякому было достаточно того, что произошло с трактирным столиком, а потому вся мятежная толпа покинула трактир. Многие с изумлением поглядывали на то, что сотворил ваурд одним лишь ударом кулака, но были и те, кто с благодарностью откликались на содеянное незнакомцем. То и дело слышалось ото всюду одобрительных обрывков фраз: «Давно бы так…», «Вот это понимаю, сделал…», «Надоели идиоты…» Примчавшийся Паслим увидел переломанный стол и раздосадовался, но всё же отвечал так: «А, бог с этим столиком. Главное, в трактире теперь спокойно. Давайте-ка так: я подам ужин в вашу комнату» Золина одобрила: «Это было бы замечательно» Помощник Паслима проводил гостей к их комнате и оставил наедине.
Помещение было небольшим. И скудна была обстановка. Но разве для трактира многого надо? Кровать, комод, занавешенное окно, небольшой половик. Золина подметила: «Кровать маленькая какая-то. Но ничего, уместимся как-нибудь» После этого она стала свидетелем того, как ваурд разоблачает свои доспехи. Как я рассказывал ранее, что подарком Ксариора был механизм, который позволял ваурдам и ратардам мгновенно собрать свои доспехи в одну перчатку. А теперь Дракалес продемонстрировал это. Коснувшись незримой кнопки у себя на руке, он запустил механизм, и как по волшебству в мгновение ока он предстал перед Золиной в ином облачении. Теперь ваурд был одет в чёрный льняной костюм, весьма лёгкий и гибкий. Но даже так тарелон Атрака был могучим и статным, как словно на нём всё ещё были его доспехи. Покуда Золина изумлялось необычному способу снятия доспехов, Дракалес сложил под собой ноги и уселся прямиком на половике, сомкнув глаза. «А что ты делаешь?» — поинтересовалась девушка. «Это и есть подготовка, — сказал ей воитель, — Всю ночь я планирую провести в состоянии этом, чтобы усвоить то, что за дни минувшие я познать успел» — «То есть ты не будешь спать на постели?» — «Мне ни к чему сон. Но я знаю, что в нём нуждаешься ты. А потому после трапезы ложись спать» — «То есть тебе и пищу принимать не нужно?» — «Именно так. Уста мои лишь для того служат, чтобы издавать боевые кличи» Не успела она подивиться этому, как тут же прозвучал стук в дверь. Она откликнулась на стук — на пороге стоял Паслим, а в руках было блюдо, накрытое сверху крышкой. «Вот ваше кушанье» — добродушно произнёс он, а после взор его упал на расположившегося на полу Дракалеса, и трактирщик продолжил: «Это же он? Тот самый наследник трона Атрака?» Девушка чуть изумилась, отвечая: «Да, это Дракалес. А что?» — «Ну просто для нас честь принять самого владыку войны у себя» — «Я так думаю, вам много чего известно о нём» — «О нём — нет, но его отец раньше приходил к нам и благословил наш народ. Если хотите, я могу занести вам книгу о приходе ратардов. Там много чего интересного можно вычитать» — «Я была бы не прочь» — «Хорошо. Сейчас занесу»
 
_________________
… Ау́д, Сиа́л, Ко́ин и Астига́л есть имена великие, ведь чрез них есть и пошла история та, которую мы знаем и видим ныне. Это были четыре брата. И они вошли в Андо́р первыми и стали заселять его. Ниже приведена перечень владений славных:
Ауд был старшим, потому он первым удосужился сделать выбор того, какими землями будет владеть. И пошёл он на север и там основал своё государство со столицей Гальтори́н. Располагалось оно на землях плодородных, а потому в пище не нуждался он, ведь, куда бы ни упало семя от плодоносного куста иль древа, везде оно произрастёт и будет давать плод несколько раз в год. Произвёл много ферм его народ и садов. И не было ограничений у них в какой еде.
Сиал вышел из утробы своей матери, держась за пятку Ауда. Потому дана была ему возможность вторым выбрать себе незанятые земли. Двинулся он на запад, где пролегали горы и каньоны, богатые полезными рудами. Там он воздвиг стольный град Седа́лум, и стал тот бастион укреплением великим. Каменные стены и дома строили его жители и ощущали себя неприступными. Сиал воздвиг множество шахт и рудокопных компаний. И всякому нашлось место в его угодьях.
Коин вышел на свет спустя год после рождения Ауда и Сиала. Потому он был третьим в очереди, кто желал выбрать себе место обитания. И были то земли восточные у берегов бескрайнего моря. И столица Талази́л стала портовым городом. Принялся третий брат промышлять рыбным делом и построил себе много кораблей, путешествуя по морским просторам, имея в изобилии морепродукты.
Астигал был младшим из них. И потому ему достались южные земли, которые славились только обширной территорией, но не было там изобилия садов, руд или рыбы. И там родился Каанхор.
Так и стали жить четыре брата. Ауд довольствовался изобилием садов своих, Сиал восхвалял свои шахты и рудные компании, Коин превозносил свой улов. И лишь один Астигал работал, не покладая рук, пытаясь укрепить своё государство. И в тот миг, как три его брата уже с лихвой вели торговые отношения между собой, виран южный только ещё заканчивал укреплять свой город. Но года шли, и четыре вирана зажили припеваючи. Астигал также проложил торговые пути со своими соседями и влился в это дело. Но теперь то, что ранее Ауд, Сиал и Коин сочли благом, обернулось проклятьем, ведь, устраивая свои сады, шахты и порты, они не оставляли места для жилья. И страны их умалялись, когда как владения Астигала выросли до такой степени, что смогли бы вместить себя все три соседних государства. Четвёртый брат сумел обратить во благо то, что другие сочли проклятьем. И тогда возненавидел Ауд его, Сиал позавидовал четвёртому брату, а Коин позволил безумию завладеть собой. И предали братья кровную связь и напали на Астигала…