Клятва дракона, или Непокорная невеста (СИ)
— Он… Он… — Начала заикаться.
— Не ответил, да? — С наигранным сочувствием вздохнула Ана и покачала головой с видом преподавателя, только что отчитавшего нерадивую студентку.
— Аы-ы-ы! — испустила я горестный звук и бросилась в спальню.
От пристального взгляда драконьих глаз все еще жгло кожу. Казалось, тонкие стенки бунгало ему не помеха, и он все еще на меня смотрит. Запрыгнув на кровать, я накрылась покрывалом с головой.
Это же надо было так опозориться! О чем я только думала? Привыкла, что в женском царстве живем, и в кампус разве что феи заглядывают, а мужчин-преподавателей можно только в лектории встретить…
— Понятно. Тогда план «Б», — раздалось от порога.
— План «Б»? — Выглянула я из-под покрывала.
— «Б» — библиотека, — подтвердила Анатрана, распахивая окно.
Платье не помешало ей ловко выскользнуть наружу и юркой лисицей пробраться между кустами. Замотавшись в покрывало, я проводила взглядом ее рыжие кудри, а затем притворила створки. Подумала и заперла их на щеколду. Вернувшись на цыпочках в гостиную, снова выглянула на террасу.
Я, наверное, никогда отсюда не выйду…
Дракона в кресле-качалке не оказалось, но само кресло все еще легонько покачивалось. Похоже, что из него только что встали. На миг сердце замерло. Почудилось, что сейчас как в магическом театре ужасов, он резко появится прямо перед окном, испугав меня до зеленых дикоросов. Но шли мгновения, кресло-качалка уже почти остановилась, а терраса по-прежнему оставалась пустой...
Ушел?.. Кажется, ушел.
Я вздохнула с облегчением и, сменив покрывало на халатик, с сожалением покосилась на сиротливо брошенное на диване малиновое платье. Вспомнила, как мы его выбирали с Аной. Как спорили… Эх…
Стало обидно, что оно больше мне сегодня не понадобится, а все из-за какого-то там дракона, которому взбрендило жениться так не вовремя. Не мог подождать немного, что ли?
И Дар хорош! Обманщик маленький! А ведь я ему поверила! Посочувствовала! Ну пусть только мне попадется, гаденыш!
Повинуясь порыву, бросилась к шкафу с одеждой. Там, в самой глубине под аккуратно свернутыми защитными костюмами была припрятана шкатулка с сокровищами. Поставив ее рядом с собой на кровать, открыла крышку.
Голубая перламутровая жемчужина, подаренная мне Найдарой. Такие не редкость на морском побережье ее родины. Самое настоящее золотое перышко — как-то к нам в лечебницу привезли золотого певчего кочета. Красивый, но злющий, зараза! Умудрился распороть мне руку шпорой и клюнуть. Не понравилось ему мое пение, видите ли! Потом правда понравилось. А мне приглянулись его перья, я и выдернула одно в качестве платы за ущерб. Вот молочный клык котенка гигантского ягуара размером с мою фалангу. Помню, как он не до конца у него выпал и причинял неудобство. Бедняга так трогательно плакал... Пришлось помогать лекаркам. А это…
Сокровищ было не слишком много, но и не так чтобы мало. И каждое — ценно по-своему. Каждое — хранило воспоминание. Смятый в тугой комок бумажный лист в самом уголке я будто нарочно игнорировала, хотя достала шкатулку именно из-за него. Наконец, тянуть дальше стало просто глупо, да и Ана могла вернуться в любой момент, а я не была готова разговаривать с ней еще и об этом. Подруга у меня хорошая, но оптимистка до мозга костей. Узнает о письме и начнет меня убеждать, что все к лучшему.
Морщась, словно от горькой настойки мэтра Ливиуса, который предпочитает лечить адепток не заклинаниями, а отвратительными на вкус зельями, взяла бумажный комок и принялась осторожно, чтобы не порвать, разворачивать. Не письмо. Скорее записка. Несколько строк на желтоватом листе размером с ладонь. Тонкая бумага, пахнущая хвоей…
«Держись подальше от драконов. Мама».
Мама… Мама…
От одного этого слова закололо в носу. Прямо как в тот день, когда я обнаружила неподписанный конверт на своем письменном столе и без задней мысли открыла.
— Мама… — вытолкнула я хрипло, ощутив такую потребность.
Сказанное вслух слово показалось чужеродным. Почти обидным.
Почему столько лет ей дела до меня не было? Почему она не подавала знака, а теперь вдруг вспомнила о дочери и пытается лезть в ее жизнь? Да я даже не знаю, кто она такая! Как смеет мне указывать?
Я изо всех сил зажмурилась и стиснула кулаки, так что от ногтей на ладонях остались полукружья, а перед глазами замелькали светлые пятна.
— Мать Всего Сущего, почему же так больно?
Рывком поднялась с кровати и задела шкатулку. Мои сокровища раскатились по полу, но я, не обращая на это внимания, скрылась в ванной. Долго умывалась холодной водой, пока не онемели пальцы. Набрала в горсть и выпила несколько глотков. Когда полегчало, вышла и аккуратно собрала все сокровища в шкатулку. Только мятого письма нигде не обнаружила.
— Куда же оно делось? — пробормотала недоуменно.
Поискав немного, плюнула и убрала шкатулку на место, а после взялась за косметику.
— Я хотела сегодня танцевать, и я буду танцевать! Никто мне не указ. Ни внезапный жених, ни мама с ее предупреждениями.
Вернувшаяся внезапно через дверь Анатрана застала меня уже полностью одетой и собранной. Глаза подруги горели, щеки раскраснелись, а сама она выглядела возбужденной и радостной. Оценив мой внешний вид, подруга показала большой палец.
— Ну что, удалось что-нибудь узнать? — Поднялась я ей навстречу.
— Ага! — откликнулась с загадочным видом Ана.
Глава 7. Любишь малину — кусты не ломай!
Ренгольд Холлвард, владыка Седых Пиков, серебряный дракон.
Доставив девушку домой, я расположился на террасе в удобном кресле-качалке. Главным образом, чтобы подумать, как быть дальше. Ну и на случай, если вдруг моя помощь снова понадобится.
За дверь меня выставили прямо скажем невежливо, но я совершенно не обиделся. Напротив, было забавно понаблюдать за суетой, которую вызвало мое присутствие. Я даже на миг забыл о своей миссии, наслаждаясь моментом.
Эх, если бы вернуться назад на несколько лет. Ощутить себя снова адептом-старшекурсником, беззаботным и свободным, как мне тогда казалось…
— Скажи-ка, уважаемый Видар, эта девушка все-таки моя истинная, так? — поинтересовался у предка.
— Это ты у своей драконьей сути спроси, — съехидничал тот из кармана, где лежало Средоточие.
Ладно. Проявим терпение… Старики часто бывают вредными. А этот… Совсем уже старенький, раз самый первый из серебряных. Надо бы с ним поуважительней, что ли.
Я вдохнул и выдохнул. Ответил нейтрально:
— Ящеру она нравится.
— Прекрасно! А еще что скажешь?
— Я чувствую к ней что-то особенное. Совсем не знаю ее, но… Скажем, она мне интересна. Притягивает.
— Притягивает… — передразнили меня из кармана. — И как, сильно? Как истинная?
Он еще спрашивает! Это же как удар Бьёрна под дых. Сейчас, когда нас разделяет расстояние и эфемерная стенка, я хоть дышать стал чуть ровней. Немного, но все же успокоился. Да я в жизни никогда не ощущал ничего подобного ни к одной женщине. А тут какая-то девчонка с вздорным характером и ненормальными для приличной девушки пристрастиями к хищникам.
— Терпимо. — Не стал радовать очешУенного подробным описанием ощущений.
— Она необычная. Я сразу ее выделил из целой толпы. Она словно светилась, как маяк в тумане… Непростая. Подходящая, — разоткровенничался Дар.
— Мастер чудовищ, тоже мне! — пробормотал я и качнул головой.
— И что тебя не устраивает?
— Меня не устраивает отсутствие магического знака на ее руке.
— О, можешь не переживать. Он есть. Я просто не хочу пугать ее раньше времени.
— К слову о времени. У нас его почти не осталось. Нужно срочно возвращаться. И раз ты подтвердил, что она моя невеста, не будем медлить.
— Ты это… Не торопись. И понежнее с ней, Рен. — Раздался голос Видара из кармана. — У девочки есть характер. Она похожа на шиповник, и не сдастся быстро. Сначала придется пролить немного крови, оцарапавшись о шипы, прежде чем доберешься до награды в виде вкусных плодов… Но прежде нужно дать расцвести вашим чувствам. Истинность сама по себе ничего не определяет. Не торопись, дай ей привыкнуть к тебе, и не пожалеешь!