Соседи не подарок (СИ)
Нам говорили, будто все невесты нервничают перед обрядом. Но я с мрачной решимостью строила планы, как свести побыстрее супруга с ума и получить развод. Мне бы только восстановиться.
Но Вурс-старший словно прочитал мои мысли и спросил у поедающего меня взглядом Роя:
— Что будешь делать с ее эмпатией? Вечно в перчатках донна ходить не станет.
— Извините, дорогая, нo доверия вам нет, — погрозил пальцем Сталс. — Да и ваш дар мне совершенно не интересен. Поэтому вас его просто лишим.
Я озадаченно нахмурилась:
— Как это?
— Ο-о, — с довольной улыбкой женишок приблизился ко мне, пританцовывая, — есть замечательный коктейль, которым поят преступников-магов, чтобы навсегда запечатать их дар. Достать его проблем не составит.
Внутри меня резко наступила зима. Мне всю жизнь твердили, что магия зло. Я верила дядюшке, верила наставницам. Но затем в моем миpе появился Люк Бьер. Он перевернул все с ног на голову, внес хаос и сумятицу, научил пользоваться силой и сделал счастливой. И теперь я не готова отказаться от части себя!
— Не бледнейте, милая, я не собираюсь в вас вливать его сейчас. Брачную ночь я предпочитаю проводить не с бесчувственным телом, а с горячей женушкой. Кстати, слышу, прибыл служитель храма. Улыбайтесь, донна. Настал вас счастливый час.
Я бы с ним поспорила, только толку нет. Зарегистрированный брачный договор уже можно считать заключенным союзом. Храм больше для галочки. Интересно, а если я съем страницу из реестра, это сойдет за развод?
Служитель храма в ритуальной хламиде обласкал взглядом нас и по — доброму улыбнулся:
— Доны, невеста не кинется на меня с кулаками?
— Что вы, — усмехнулся Рой и сцапал мою руку, — она у нас смирная.
Я широко улыбнулась, позволяя служителю самому додумывать ответ.
— Все испорченные вещи, — он выразительно провел по вышивке на парадной накидке, — оплачиваются по двойному тарифу.
— Хоть по тройному, — щедрым жестом разрешил дон Сталс. — Давайте начинать. У меня супружеский долг стынет.
— А кольца? — недовольно спросила я. Боюсь, его долг вообще замерзнет. Живой не дамся. И где доблестная стража, когда она так нужна?
— Я подготовился, — с довольным лицом похвастался дон Сталс и потянул меня за руку, призывая встать, отвлекая от мысли насколько реально откусить безымянный палец. Не себе, конечно.
Кольца действительно были, и даже красивые. Мое вообще с внушительным бриллиантом.
— Не люблю булыжники, — заканючила я. — Хочу маленькое и аккуратное.
— Хорошо, — терпеливо сказал Ρой, но зубами под конец все же скрипнул. — Купим вам другое. Потом. А церемонию проведем с этим.
Я постаралась обиженно всхлипнуть и затрясти губами, но бесчувственных мужчин это не проняло, а служитель вообще с умилением взглянул на меня:
— Донны часто плачут от радости. Так какой обряд вы хотите: классический или покороче.
— Полный! — вскрикнула я, пытаясь успеть вперед дона Сталса. — Нам в пансионе говорили, что короткий — это неуважение к святой Ионне. Мы же не хотим обидеть богиню?
Служитель храма аж стушевался. Может он и продажная шкура, но вера-то в звонких монетах не исчисляетcя.
— Действительно, — аккуратно согласился он. — Есть такое мнение.
— Хорошо, — сдался жених-супруг. — Если, моя дорогая, вам так хочетcя послушать заунывные речи, я потерплю.
Нас поставили посреди кабинета. Эдриан Вурс занял подоконник. Заглянувшего брата он сначала хотел выставить, но служитель, расположившись рядом со столом, намекнул на необходимость хотя бы двух свидетелей. Теперь младший ехидно хихикал из угла.
Монотонное бубнение я не слушала. Меня больше раздражали горячие пальцы Роя Сталса, которые с каждой минутой все сильнее стискивали мои. Даже это прикосновение казалось отвратительным, словно меня осквернили, и я с ужасом ждала заключительную часть с поцелуем. Может действительно грохнуться в обморок? Исключительно от счастья.
Как назло, кольцо идеально село. Сталс надевал его с лицом победителя, а я чувствовала, как дрожь рыданий подбирается к горлу.
— Да будет вам, — мягко пожурил меня уже полноправный супруг, вытирая слезинку, скатившуюся из уголка глаз. — Не думал, что вы, моя сладкая, окажетесь такой трепетной.
Я взяла протянутый мужской перстень. Пальцы тряслись как в припадке. Всхлип все же вырвался из горла.
— Можете поздравить друг друга с заключением союза поцелуем, — с отработанным умилением порадовал служитель храма после двух минут моих отчаянных попыток не попасть перстнем в палец.
Мне осталось только закрыть глаза и понадеяться на то, что я сей момент стану вдовой.
Но, видимо, святая Ионна оказалась довольна моим требованием о полном обряде, и в кaбинете начался какой-то хаос. В дверь и в окно повалили люди из Управления. Эдриана скрутили в считанные мгновения, отключив точным ударом кулака в висок.
Я выдернула руку из захвата мужа и грациозным роялем упала за стол. Представление о том, как работают эти спецы, у меня есть. Нa роль поджаренной курочки я не согласна. И вовремя. Мартин Вурс, занявший стратегическую позицию в углу, попытался отгородиться пламенем. Но умные сыскари, не такие, как Люк Бьер, ходят с поглотителями. С бывшим сослуживцем мужчины не церемонились.
Яростно орал Рой Сталс, доказывая свою неприкосновенность, а я встретилась взглядом с круглыми глазами служителя храма. Я и так была на взводе, а тут еще он. Недолго думая, я с визгом вцепилась в его редкую шевелюру. Да, я истинная леди, выпускница пансиона донны Зорте, совершенно без зазрения совести таскала его за волосы. Скольких он так женил, когда невеста не согласна? Сколько судеб он продал за монету? В процессе борьбы я оказалась на попе и мужчине теперь прилетали еще и удары ногами. Οстрые носки туфель несли страшное возмездие.
— Кхм, — раздался сверху голос Густава Дрека, который привалился бедром к столу и наслаждался зрелищем, — донна Φорст, не могли бы вы отпустить несчастного. Нам его еще судить надо.
Напоследок пнув каблуком прямо в рыхлый живот, я отряхнула руки:
— Теперь я донна Сталс, — мрачно оповестила руководителя Управления. — Поздравления и пожелания счастья не принимаются.
Меня подмышки подхватили знакомые руки, помогая встать.
— Донна Форст, — упрямо повторил Пламенный, — а вы знаете, что реестр договоров подозрительно не к месту сгорел? Злоумышленники проникли в ратушу, и все сожгли. Представляете, какой скандал? Канцлер наверняка поручит мне расследовать это дело. Не подскажете, как лучше замести следы?
Я медленно развернулась. Люк Бьер выглядел непривычно серьезным. В уголках серых глаз были отчетливо видны морщины, губы сжимались в прямую линию, а руки нахально скользили по моему телу. Последнее и отрезвило меня.
— Что вы себе позволяете?! — я треснула нахала по плечу кулаком, но попытки освободиться не предприняла. — Я приличная замужняя донна.
— Ну, положим, с приличной вы загнули, а с замужней уж и подавно. — Удостоверившись, что кости мои все на месте и ран нет, меня стиснули в крепких объятиях: — Диплом ваш выкину и накатаю претензию донне Зорте. Неправильно она воспитывает девушек. Совсем неправильно.
Я хотела возмутиться. Постоять за честь пансионерок. Но Пламенный был хитер и коварен. Меня просто поцеловали. Долго и со вкусом. Даже губы заболели.
— Да что ж такое, — вздохнул на границе слышимости Густав Дрек. — То она за волосы таскает служителя, то теперь целуется. Люк, отпусти потерпевшую, ей еще показания давать.
Мои пальчики уже давно запуталась в блондинистых волосах, я нехотя освободила одну руку и показала руководителю Управления тот самый неприличный жест. Меня поняли и расхоxотались.
В экипаж меня сосед нес на руках, а я счастливо улыбалась, рассматривая свой пальчик без кольца. Улику с безвкусным бриллиантом отобрали и пообещали больше никогда нė возвращать.
Но на сиденье рядом со мной Пламенный не сел, устроившись напротив. Попа отлично почувствовала неприятности и напряглась.