Становление Хранителя (СИ)

— Долг солдата, — кивнул я.
— Долг воина, — согласилась со мной Мана. — Мы сразимся с неведомой силой, но не за наш привычный мир с его устоями. Мы сразимся за свободу — для всего человечества. Иначе мы так и останемся, навеки…
— Тенями ушедшего дня, — добавил я, но женщины со мной рядом уже не было.
 Глава двадцать четвёртая. Не сомневайся 
В «Пьяном Быке» было шумно, как это обычно и бывает вечером. Солнца уже нет, но тёплый воздух остался. Температура же в заполненном зале повышалась из часа в час, и многие пьянчуги не выдерживали, вываливались на улицу и переводили дух. Более рассудительные их коллеги поднимались на второй этаж на балкон или в свой номер, где отправлялись на покой или всё также остужались, захватив с собой прохладное пиво. Трещал камин, недавно поставленный прямо в стене. После войны заведение прошло реконструкцию, и выглядело куда солиднее, чем было раньше.
За барной стойкой пустовало: большая часть посетителей предпочитала громкую и дружную компанию за широкими столами, уставленными блюдами и алкоголем. Несмотря на покровительство лично главы Академии(Немезиды, если кто забыл), порой в зал забегали карманники и просто тёмные личности. Впрочем, тот смрад, что сконцентрировался внутри, мигом вышвыривал их прочь. В остальном это была всё та же родная гостиница — не стёртая с лица земли ни войнами, которых она пережила аж семь штук, ни временем. Пиво здесь, правда, стало похуже, но то проблемы прогресса.
У торговцев варваров когда-то была такая поговорка: чем технологичней и прогрессивней становится общество, тем отвратней там пиво. Наверно, именно поэтому они отказывались принимать изобретения, внедрявшиеся по всему континенту.
Пусть и не праздник сегодня, но веселились все от души. Не знаю, может, у людей это в генах, но что-то они чувствовали. Опасность. Угрозу. Страх. Вероятность исчезновения. Может, лишь одно из всего списка, может, всё. В любом случае, не присоединиться было невозможно, а потому я порой участвовал в общих тостах, стукаясь деревянным кружками с кучей незнакомцев. Вопрос, возникший у любого нормального человека: а какого же чёрта я пью один?
На самом деле, я кое-кого ждал. Несколько приглашённых товарищей. Именно для них была занята барная стойка; по моей личной просьбе клиентам были готовы даже заплатить, но только не посадить на одно из свободных пока что мест. Пока что я глушил алкоголь в одиночку, однако вскоре всё должно было измениться.
Первой пришла Розалия. Судя по сканирующим заклинаниям, отпустила охрану у входа, оставила кожаную накидку в седле и только потом вошла внутрь. Зная местный контингент, девушка могла позволить себе любую одежду, однако выбрала она длинное цельное платье, слегка оголявшее плечи. Чёрный цвет был ей к лицу, а в рыжих волосах играючи сверкала бабочка-заколка того же оттенка.
— Привет, Джон, — улыбнулась она, занимая местечко рядом. — Полагаю, нам нужно подождать остальных, прежде чем ты скажешь, зачем всех нас позвал?
— А ты всё проницательней с годами, — улыбнулся я. — Именно так. Выпьешь?
— Конечно, — хмыкнула она, пальчиком подозвав хозяина гостиницы, что-то втиравшего клиентам в дальнем конце зала. — Светлое, южное. Кружку, пожалуйста.
— Хороший выбор, — кивнул я, добивая содержимое своего сосуда. — Две, пожалуйста.
Некоторое время мы сидели, слушая трещётку и балалайку, игравшую где-то возле камина. Самих музыкантов было не разглядеть за собравшейся подле них толпой, то и дело выкрикивающей одобрительные фразочки, но не пересекающей границу дозволенного. Добавлялась свирель, загудел высокий женский голос. Сегодня в репертуаре оказались несколько баллад, парочка бардовых сказаний о значимых событиях последнего месяца да стихотворений на злобу дня. Всё чередовалось, и слушатель не уставал. Кто-то начинал подпевать, кто-то хохотал на особенно забавных моментах. Даже Розалия улыбнулась, когда речь в одной из песен зашла о военном походе против варваров с технократами.
 
Разумеется, истина так и останется среди солдатни, что была на войне. Народ узнает другую версию: упрощенную, где-то более поэтическую. Даже жуть пятилетней давности ушла в прошлое, сейчас о ней совсем не вспоминают, разве что старики да случайные офицеры, отправившиеся после тех событий в отставку. Все вокруг верят, что самое страшное ушло в небытие, что теперь, после окончания всех конфликтов, Асцаин вздохнёт спокойно. Новость о примирении с торговым союзом народ воспринял спокойно и без излишних эмоций, но произошло это совсем недавно, а потому и баллады сложиться не успели.
Хотел бы и я быть среди них. Среди тех, кто не знает, даже подумать не может о глобальной угрозе. Кто не задаётся постоянными вопросами, а едва отыскав на них ответ, получает новые. Чей жизненный путь заканчивается в районе шестидесяти-семидесяти лет. Как же хорошо и легко им живётся — без вечного давления ответственности. Посмотрите на тех, кого коснулось всего капля от него: на Розалию, на Криса с Тсу, Лифу… Насколько сильно меняются люди, прикоснувшись к тому, что я и остальные высшие существа чувствуем каждый день. Боги, как при всё при этом не начать пить до состояния овоща?
Вторым посетителем оказался Крис. Брюнет предпочёл повседневную одежду: кожаную тунику и такие же штаны со стальными наколенниками. Эдакий аналог «брони на случай непредвиденных обстоятельств». Быть может, Герой просто привык к постоянному доспеху, облегающему тело. Сколько он бился вместе с армией королевства? Почти год? Что ж, этого вполне могло хватить. Стрельнув тихим синим взором куда-то в сторону толпы, он поприветствовал нас и присоединился к общему застолью у барной стойки.
— Что пьёте?
— Южное, светлое, — с улыбкой отрапортовал я. — Взять тебе?
— Мне бы чего-нибудь покрепче, — вздохнул Крис.
— Моя гвардия травила байки о местном самогоне, — рассмеялась Розалия. — Без обид, Джон.
— Не моё же заведение, — хохотнул я. — Смотри, только при Немезиде про выпивку не упоминай.
— Тогда рюмку, — кхэкнул Герой, обращаясь к подбежавшему хозяину.
Опустошив сосуд, он кашлянул и включился в беседу. Говорили мы о простых вещах: о ценах на оружие, о музыке(ссылаясь, конечно, на ближайших к нам музыкантах), и, разумеется, о войне. Стараясь не задевать глубокие темы, мы затрагивали исключительно стратегическую и техническую часть. Мол, вот есть у армии теперь виброщит — кто сможет её победить? Пламевласая девушка утверждала, что как минимум семь драконов. Я спорил, утверждая, что при грамотной атаке армии на один такой отряд они перебьют рептилий в два счёта. Крис вообще замахнулся на самый верх — мол, вот поставь мы против формаций Асцаин Немезиду… В общем, время тянулось быстро и незаметно, а толпа в тесном гостиничном зале всё не убывала.
Музыканты, правда, подустали. Голос группы стал переходить из одних пьяных уст в другие, а заплетавшиеся пальцы играли всем знакомые мелодии с примерно одинаковым мотивом. Какой контингент, такие и песни. Весёлые, где-то глупые, но так или иначе — душевные.
Крис напивался постепенно, несмотря на сильный запах спирта, пропитавший весь воздух возле него. Розалия тоже держалась молодцом, только периодически сбегая в туалет. Но тут ничего не поделаешь — девушка выпила раза в два больше по объёму, чем я. Что до меня… Вы всерьёз думаете, что одиннадцатитысячелетнее высшее существо способно опьянеть от пяти кружек пива? Я вас умоляю.
Третьей к нам пришла Тсу. Короткая тёмная причёска промелькнула в раскрытом дверном проёме всего на секунду, после чего облачённая в бежевый плащ девушка заняла своё место, уже рядом с Крисом. Обычно яростно высказывающая своё мнение в любом разговоре бывшая жрица церкви оказалась странно молчаливой, периодически отвечая на общие шутки и тосты. Герой не реагировал, а значит, это что-то личное. Мы с Розалией предпочли не портить ассасину вечер и продолжили общение в прежней манере. У всех есть свои демоны, так к чему тыкать человека ими в лицо?