Становление Хранителя (СИ)

— Откуда ты знаешь, что моя история не повторится, Итан?! — закричала Эранда, направляя клинок мне в грудь. — Откуда тебе знать, что Орфан не поступит так с другими? Отвечай!
— Я не знаю всего, — улыбнулся я. — Только то, что знаю. Твой путь принадлежит только тебе, и Орфан занимает в нём слишком много места. Неужели ты не понимаешь, что отомстив, ты потеряешь причину жить…
Она осеклась на полуслове, отступая на шаг. Подхватила оружие в обе руки, вновь приближаясь ко мне. В глазах женщины вновь появились слёзы, а взгляд выражал бесконечное отчаянье. Она понимала. Прекрасно понимала, что я говорю правильные вещи. Что нужно отпустить и забыть, ибо есть вещи, что выше нас, простых людей. Но многолетняя ненависть, что скопилась внутри, просто так не исчезнет. Но кто, кроме самого человека, может её вычистить?
— Ты… Ты, чёрт возьми, прав, Итан, — обессиленно вздохнула Эранда, возвращаясь на своё место. — Забери это.
Пузырёк оказался запихнут обратно в мешочек, последний лёгким толчком отправили ко мне по столу. Кивнув, я спрятал его за пазуху. Эранда некоторое время упрямо смотрела мне в глаза, пытаясь пробурить яркой синевой в собеседнике дырку. Однако, результата это не принесло.
— Я вверяю твоим знаниям свою жизнь, — произнесла она, беря бутылку с вином за горлышко и опрокидывая в себя остатки. — Не разочаруй меня. Иди… И да осветит Богиня твой путь.
Вновь кивнул, я поднялся, направившись на выход, но у самой двери остановился.
— Человек — самый страшный зверь, но человек — самый прекрасный ангел. Кем быть, решает не судьба и не боги, а ты сам. Прощай, Эранда.
Не услышав ответ, я покинул коридор, а затем и ресторан, выйдя на совсем пустую улочку. Парень в красной униформе с благодарностью вручил мне плащ с вешалки за ним и пожелал доброго пути.
Боги, как же хочется закурить.
Сигара, конечно, до сих пор была при мне. Благополучно спионеренная из запасов Немезиды и припрятанная на самый крайний случай. Но… Не сейчас и не сегодня. Надо собраться и дойти до Орфана, а затем прилечь поспать, дабы следующий день наступил как можно быстрее.
Примерно так я и поступил, по пути прикупив булочку. К концу кондитерского изделия я вновь оказался возле дома гильдии, затем отряхнул крошки, попавшие на плащ, и направился в кабинет пепельноголового бессмертного. Он всё также сидел на диванчике, и моё появление явно спугнуло какую-то важную мысль, потому что Орфан поморщился, поднялся и вернулся на своё место за рабочим столом.
— Ты быстро, — произнёс он. — Десять минут назад пришла весточка от последнего в списке человека Эранды. Теперь можно официально праздновать вторую победу за несколько дней.
— Можешь начинать и третью, — хмыкнул я, отправляя мешочек на стол. Он плюхнулся, едва проехав пару сантиметров.
— Что это значит? — не понял мой странный знакомый, открывая содержимое свёртка. — Всё на месте… Джон?
— Эранда отказалась от мести, — проговорил я, занимая диванчик. — Думаю, своих взглядов относительно войны она тоже больше не придерживается. Сейчас у троицы наших врагов нет глаз и нет ушей.
— Получается, я зря отдал кучу денег и средств, — посетовал Орфан, но на его лице легко прочиталось облегчение. — Не рискну спрашивать, как тебе это удалось.
— Всего лишь простой разговор по душам, — улыбнулся я, закидывая ногу на ногу. — Тебе тоже не помешает.
— Откажусь, — помотал головой пепельноголовый. — Но всё равно — спасибо. Наверно, мне стоит отпустить её мать… Как-нибудь организую.
— Благородный поступок, — кивнул я. — Значит, теперь из всего тройственного союза остался лишь один человек.
— Гавиал, да. Его люди уже появились в моём городе, но от самого старика не слышно ничего.
— Каков план, командир? — кхэкнул я.
— Ну, Паро и Эранда скоро объявят о своих намерениях, и наш властитель быстренько заключит перемирие, — пожал плечами Орфан. — Но Гавиала давно пора приструнить. Из всех троих он самый мерзкий, если ты понимаешь, о чём я.
— Я чего-то не знаю?
— Он торгует детьми, — кашлянул пепельноголовый. — Точнее, покупает. Для ритуалов нужны свежие, невинные души.
 
— О боги, — вздрогнул я. — Так козырь торгового союза…
— Да, Воида призвали именно через жертвоприношение, — покивал он. — Как и часть артефактов, что принадлежат Гавиалу. Он может управлять тем существом, и при разногласии со всем парламентом вполне способен взбунтоваться.
— Развязать гражданскую войну, — поправил я его.
— В точку, Джон, — согласился со мной Орфан.
Я вздохнул, затем поднялся, подошёл к столу, упёрся обеими руками в твёрдую деревянную поверхность. Заглянул в глаза пепельноголовому.
— Я убью его, Орфан. Есть границы, за которые нельзя переступать.
Он улыбнулся, вытягивая очередной предмет из недр своего стола.
— Именно это — твоё третье задание, коль ты за него возьмёшься.
 Глава двадцать вторая. Ничего никому не скажу 
— Свободу народу торгового союза!
— Прочь, пойдите прочь, пепельноголовые исчадия!
— Свободу! Свободу! Свободу!
Я поморщился, затем сел на диванчике, откинув тоненькое покрывало. Замечательный полуденный сон был прерван выкриками где-то на первом этаже, а судя по объёму магической энергии, скопившейся вокруг, вся улица оказалась наполнена толпами. Потянувшись, я осторожно поднялся, зацепив взглядом Орфана. Тот как ни в чём не бывало пил чай, аккуратно обводя какие-то записи у себя в дневнике.
— Глупый вопрос, — начал я, хрустя шеей. — Но что происходит?
— Гавиал атаковал первым, — пожал плечами мой странный знакомый. — Самым наглым образом сагитировал людей на бунт против властителя здешних земель.
— Что, даже ментальную магию не использовал? — хмыкнул я.
— Небольшой артефакт массового воздействия, — уточнил Орфан. — Ничего серьёзного, но при таком количестве помощников, наполнивших мой город, это стало последней каплей.
— Та-а-ак, — скучающим тоном протянул я. — Полагаю, вырезать своих людей ты мне не позволишь.
— Ха-а, даже не сомневайся, — улыбнулся он. — Наш общий враг, должно быть, прибыл лично, дабы руководить всем напрямую. Мою машину пропаганды он не может не брать в расчёт, следовательно, захочет уничтожить и гильдию за раз, растерев репутацию в порошок.
— Пустыми лозунгами ничего не решится, — покачал я головой.
— У него есть задокументированное признание Эранды, — вздохнул пепельноголовый. — Даже не спрашивай, откуда мне известно. Конечно, сейчас мисс может всё отрицать, но это не поменяет расклад вещей. Гавиал расскажет о моём «зверском поступке», представит заодно и всю гильдию ублюдками, пожирающими людей. В общем, максимально приукрасит факты в пользу для себя.
— Просто и эффективно, — проговорил я. — Впрочем, если я убью его раньше…
— Погоди, Джон, — остановил меня Орфан. — Я уверен, Гавиал предусмотрел возможность своей гибели. Его согильдейцы вполне могут показать всё ту же бумагу, даже речь сказать слово в слово. Нужно действовать немного… филиграннее.
— Рассказывай, командир, — кхэкнул я, возвращаясь на родной диванчик.
— Три пункта, — начал он. — Первый — уничтожить Воида, которого старикан явно приведёт с собой, и артефакт, влияющий на создание людей. Второй — заманить Гавиала в указанное место, где я поставлю огромное заклинание теневого зеркала. Знакомые чары?
— Конечно. Забыл, с кем говоришь?
— Хорошо, — не стал заострять внимание на моей колкости Орфан. — И третий пункт — пока Гавиал будет думать, что вы говорите наедине, ваш разговор будут слышать все жители города. Не буду вдаваться в подробности, о них тебе знать бесполезно.
— Значит, моя роль — заставить чёртового торговца детьми признаться в своих преступлениях? — вопросил я. — Не забудь только заклинание поставить наизнанку, иначе весь план пойдёт коту под хвост.