Барнар — мир на костях 3 (СИ)

Её Превосходительство еле заметно улыбнулась. Такого поворота стоило ожидать. 
— Не переживайте! Мы сможем разобраться с тем, что касается только нас. Теперь же предлагаю перейти к теме куда более серьёзной, — она постучала ногтями по столу. — Однако, прежде чем обсуждать план, я бы хотела узнать окончательное ваше решение, Рогир. Орки единственные оставили договор без уточнений. Даёте ли вы согласие на тех условиях, о которых я сообщала недавно? 
Он оголил клыкастые зубы и долго пронизывал её внимательным плотоядным взглядом. 
— Для этого мне нужно поговорить с вами наедине, — наконец орк отозвался. 
— Это весьма нежелательно, — спокойным тоном изрекла Тисса. — Так как от союзников не должно быть никаких секретов. Но… Если это касается только моего народа, то прошу вас пройти в кабинет, — Её Величество поднялась из-за стола. 
Они отправились в левое крыло у солнечной стороны. Но когда дверь уже закрывалась, внутрь стройным шагом вошло четверть рыцарей. Королева грозным взглядом сверкнула на них. 
— Одну минуту! Прошу прощения, — обратилась она к орку и вышла, позвав за собой подданных. 
— Что всё это значит? — прошипела она им. 
— Моя королева, мы не имеем права оставлять вас наедине с… С тем, кто совсем недавно был нашим врагом. Бедфорд отдал нам приказ! Охранять вас! Если мы ослушаемся, то он с нас шкуру живьём спустит, — отчеканил главный из них. — И даже если бы не приказ, то мы всё равно бы вас не оставили. 
— Я пытаюсь вызвать доверие у орков. А как вы смеете всё портить, вторгаясь с оружием? Вы вообще соображать умеете, несчастные? — Тисса оскалилась от гнева. — Убирайтесь вон! Или полетите со службы! А то и вовсе ваши головы свалятся с плеч! 
— Простите, Ваше Превосходительство, но мы верно служим короне! — парировал хладнокровно рыцарь с плюмажем. — В ваших интересах и в интересах государства, чтобы мы остались. К тому же у союзников у всех при себе оружие. Мы и так пошли на значительные уступки, дабы не просить тех оставить его при входе. 
У королевы нервно задрожало правое веко. Она влетела в кабинет, где ожидал Рогир. 
— Прошу вас, будьте так любезны, дайте мне вам меч, — обратилась к нему. 
Орк опешил. Сначала её слова вызвали подозрения, но, вглядевшись в открытое лицо Тиссы, что-то заставило того не отвечать резко. Ему стало весьма любопытно, что она намерена делать. Рогир молча подал клинок. 
Королева ринулась с ним на своих же подданных. Со всего маху она вонзила лезвие в голень одному из рыцарей. На пол хлынула кровь. 
— Вы, осмелились дать себе волю в том, что я не думаю в интересах страны? — вскричала правительница. — Кто даёт вам право выставлять меня в таком положении при гостях? 
Следующий её удар рассек щеку второму воину. На крик и суматоху примчались перепуганные лакеи. 
— Живо позовите стражников, и пусть этих наглецов бросят в темницу! — с бешенством воскликнула Тисса и, захлопнув дверь, вернулась к гостю. 
— Простите, что запачкала ваш меч. Вот, возьмите мой платок. 
Она отдышалась. Кровь кипела в голове. Руки то и дело сжимались в кулаки. Орк уселся в глубокое низкое кресло, вытирая лезвие с равнодушием. 
— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — она вперила на него взор. 
— Чего вы добиваетесь? Желаете сделать из нас посмешище? 
— Честно сказать, я не совсем понимаю, о чем вы… — нахмурилась Тисса. 
Рогир презрительно усмехнулся. 
— Мой народ берёт всё силой. Мы по-вашему похожи на тупоголовых земледельцев, которые не разгибают спин в поле? 
— Тупоголовых? Знаете, если бы вы были дорманцем, то я бы зарядила вам пощёчину за такие слова в адрес умелых трудяг и опытных профессионалов своего дела! Но так как вы никогда не имели близости с каким-либо ремеслом, кроме военного, то на первый раз такое замечание простительно! Или вы полагаете, что я стану унижаться перед вами и бояться возражать? Только потому, что я решилась попросить о разумном объединении? Знайте, Оргир, у меня есть терпимость ко многим вещам, как и сочувствие с пониманием. Но даже моему спокойствию рано или поздно приходит конец. При мне лучше не оскорблять обычаи моего народа! Я не стану долго раздумывать, а просто в один из дней армия Дормана дойдёт до ваших границ и выкурит вас из крепостей. И каждого посадят на колья. Ах, да… И, кажется, вы слышали, что никто из здешних правителей угрозами на ветер не разбрасывался. Хорошая традиция… Не правда ли? Я тоже её придерживаюсь. 
 
— Вы слишком вспыльчивы для рассудительной королевы, каковой вас величают в окрестностях. Но если учесть тот факт, что вы самка, находящаяся в положении, то, наверное, тоже на первый раз вас стоит простить, — парировал орк. 
Тисса решила пропустить его наглое замечание мимо ушей. В воздухе и без того хватало напряжения. Во всяком случае, ей необходимо сохранить самообладание ради будущего. 
— Послушайте, Рогир, в природе звери иногда едят себе подобных, в самых крайних случаях. Пример, возможно не самый лучший. Так как не думаю, что орки едят орков. Но… Вы попросили у нас людей. В письме я вам объяснила, почему такое поведение недопустимо. И… 
— Я вас прекрасно тогда понял, — перебил он. — У вас хорошо получается приводить доводы. Поэтому я не собираюсь повторять подобные запросы. Но вопрос вот в чем: как вы себе представляете, должен я сообщить моим подданным, что отныне мы играем на слабой стороне, да и к тому же должны вести сельский образ жизни? Когда все годы мы жили разбоем и нам не было от этого плохо. 
Королева, задумавшись, подошла к деревянному подоконнику с подушками и расположилась на нём. 
— Так чего же вы молчите? — развернулся в кресле гость. 
— Потому что вы прекрасно и без меня знаете ответы. И вы понимаете плюсы того, что я вам предлагала. Так что у вас явно выйдет убедить в разумности свой народ. Может быть, все будет не так гладко сначала, потому что мне тоже практически не под силу контролировать ненависть дорманцев к вам… Но всё получится. 
— И зачем я, по-вашему тогда завел этот разговор? — поморщился Рогир. 
— Чтобы посмотреть на моё поведение и окончательно убедиться в искреннем расположении. Я готова пойти на риск с открытым сердцем, если только тот способен дать большой шанс на благополучное существование жителей, — она исподлобья, с печалью взглянула на него. 
— И сколько же вам требуется самообладания, дабы сдерживать улыбку? — орк вынул нож и принялся ковыряться им в зубах. 
Тисса сдалась и сняла напускную маску, но только затем, чтобы с помощью откровенности окончательно добиться победы. Углы губ её поползли вверх. 
— Ответьте мне только на один вопрос, Рогир, — королева поднялась и подошла к нему. — Почему вы понимаете меня? 
— Я как-то слышал о вас некие беседы. Говорят, что вы считаете, будто в каждом народе есть выдающиеся личности, а не только погань. Так что две из них сейчас находится в этом кабинете. 
— Но в таком случае, почему ваша политика… 
— Так сильно отличается от вашей? — не дал закончить он. — Потому что мы не выбираем долгие пути. И я не в силах повлиять резко на свой народ. Но согласен с вами, что выгодный для всех подход найти, скорее всего, получится. 
— Знаете, а я ведь очень боялась, что мой курс совершенно не является правильным. 
— Сомнения не всегда так уж и плохи. Иногда они помогают добраться до единственного острова благоденствия. В то время как абсолютная убеждённость способна обвалить на головы горы. 
— Это же строки из книги историка, путешествующего по Восточным землям. Его, кажется, Наим звали? 
— Да, — Рогир кивнул головой, глядя на неё вниз. 
— Что-то мне подсказывает, что вы за свою жизнь прочли множество чудесных и великих книг. И что, возможно, мне от этого чуть-чуть повезло. 
— Выходит, что так. Будь иначе… Кто знает… Вы бы были уже мертвы, — он вышел, громко захлопнув за собой дверь. 
Там он заметил подслушивающих стражников и лакеев. Они вызвали у него раскатистый смех.