Экспансия (СИ)
Результаты моих подсчётов, к плохо скрываемому удивлению Данилы, сошлись с его собственными расчётами. Вызвав Николая, я выдал ему записку, с указанием чего и сколько выдать Даниле со складов, и отправил купца с его товаром и со своим секретарём, на производственные склады.
А сам вышел на улицу, «размять кости» Заводская территория за последние месяцы сильно преобразилась. Плотины с водяными колёсами за ненадобностью были разобраны. Металлургический завод, разнесённый ранее на две части по речкам Городянка и Ильинка, теперь, с появлением «воздушных двигателей» (двигатели Стирлинга), полностью переехал на берег речки Городянки. Таким образом, «СМЗ» территориально оказался полностью совмещён с моим княжеским подворьем, окружив мой терем со всех сторон заводскими цехами, мастерскими и складами. Всё подворье, включая здание банка, было обнесено крепостными сооружениями со стенами и башнями – кирпичными бастионами. Вся эта фортификация органично вписывалась в оборонительные сооружения Ильинского конца, защищённого всё ещё по – старинке земляным валом с тыном. Но в моих планах было, со временем, обнести весь Ильинский конец крепостной кирпичной стеной и параллельно обложить кирпичом Левобережный окольный город.
А на берегу речки Ильинки, там, где ранее размещались металлургические цеха, теперь работали только лесопилки. Но и там я планировал вскоре дополнительно выстроить новые производства.
У нас теперь было что, и самое главное, чем производить. Семимильными шагами развивалось станкостроение.
Получили своё развитие сверлильно – расточные станки, применяемые в обработки канала стволов артиллерийских орудий. Они стали всё активнее использоваться и в "конверсионных производствах" для обработки цилиндров различного назначения, используемых в двигателях, воздуходувных аппаратов, насосов и др.
Повысить точность обработки цилиндров удалось, прежде всего, благодаря модернизации борштанги горизонтально – сверлильных машин. Для того чтобы добиться механического передвижения режущей головки вдоль образующей обрабатываемого цилиндра, через всю борштангу был сделан глубокий паз, в котором помещён по всей длине ходовой винт. Режущая головка могла свободно скользить вдоль борштанги, так как она была глухо скреплена с маточной гайкой, перемещавшейся при вращении винта. Последний, осуществляя движение подачи, был связан с движением самой борштанги с помощью пары зубчатых колёс. Нечто подобное изобретут в Англии лишь в конце 18 в. (станок Вилкинсона)!
В обработки зубчатых колёс – ответственейших и наиболее трудоёмких деталей машин, применялись специально изготовленный для этой цели зубофрезерный станок. Он был полностью механизированным, имел три ходовых винта, что позволяло перемещать фрезу в трёх взаимно – перпендикулярных плоскостях (это обеспечивало обработку всего профиля зуба). Для фрезерования зубьев применялся делительный диск с пружинным фиксатором. На стержне, соединённым неподвижно с делительным диском, при помощи шайб и гаек крепилась заготовка.
Цилиндрическая направляющая служила опорой для узла фрезы, который мог перемещаться при вращении ходового винта по двум направляющим. Фреза приводилась в движение от приёмного рабочего трёхступенчатого шкива. Изменение положения фрезы в вертикальной плоскости осуществлялось с помощью нажатия на рукоятку рычажного механизма, а изменения фрезы в горизонтальной плоскости – при помощи вращения специальной рукоятки. Для нарезания колёс большого диаметра использовался люнет, он поддерживал обрабатываемый край заготовки для предотвращения прогиба и вибраций. Для сравнения, в Европе делительные шайбы появятся во второй половине 16 в., но сама механизация процесса разметки зубьев и их нарезания будет осуществлена французским инженером – приборостроителем Бионом только через сотни лет, в 1709 г.
Так же был сконструирован ещё один фрезерный станок, но он использовался для фрезерования поверхностей металлических заготовок. В устройстве станка не было ничего сложного: шкив приводился в движение при помощи ремня, железный кронштейн поддерживал валик механизма подачи. На валике находился шкив и бронзовый червяк приводившие валик в движение. Шкив валика подачи соединялся ремнём со шкивом на шпинделе. Червячный вал находился в зацеплении с зубчатым колесом, насаженным на винт, осуществлявший механическую подачу стола станка, при желании можно было работать и вручную, с помощью рукоятки на червячном колесе.
Нарезание винта осуществлялось на токарно – винторезном станке: вдоль оси заготовки перемещался механический суппорт, и резец, закреплённый в нём неподвижно, выполнял винтовую нарезку. Обдирка поверхностей (литейных швов, штамповочных заусенец и т. п.), различные шлифовочные работы, а также заточка режущих инструментов осуществлялась на абразивном станке. Исходным сырьём для абразивных изделий (кругов, точил, брусков и т. п.) служил завозимый с Ростиславля песчаник.
Благодаря применению "воздушных двигателей" производственные мощности всерьёз возросли и этот рост в дальнейшим только усилится. В этой связи заводской станочный парк должен дополняться не только количественно, но и качественно, в том числе из – за появления в ближайшее время новых станков. В частности мастера сейчас активно трудятся над разработкой строгальных (продольных и поперечных) станков, абразивных кругов с искусственной связкой, плюс к этому думают над усовершенствованием уже существующих.
Потихоньку, начались первые опытно – конструкторские работы и над паровым двигателем. Я не случайно уделил так много внимания станкам – ведь именно вся эта вышеперечисленная машинерия, управляемая обученным персоналом непосредственно воплощала в металле наши коллективные туманно – паровые умствования. Теорию работы сдавленного пара, примерную конструкцию двигателя я как смог попытался объяснить. Но чувствую, над нормальной, надёжно работающей паровой машиной, придётся колдовать ещё не один год.
Послонявшись бесцельно по заводу, вступая по поводу и без в разговоры с мастерами, я направил свои ноги в медеплавильный цех. Готовые медные отливки и руда, закупались всё лето у немецких и итальянских купцов.
В этом цеху меня радушно встретил Провотворов Никита, бывший смоленский «медник», ныне переквалифицировавшийся в начальники медеплавильного производства. В этом же цеху отливались бронзовые «единороги».
Всё бы хорошо, но в последний раз в монетный цех «СКБ» поступила какая – то странная партия меди. Вот как раз по этому поводу я сюда и направился, чтобы прояснить этот вопрос у Провотворова.
– Никита, а разве вот эти отливки, – я вытащил из кармана медную пластину, – тебе странными не показались? Думается мне, что там кроме меди, ещё кой – чего намешано.
Провотворов насторожился. Он, конечно, понимал, что здесь медь с какой – то примесью, будь она неладна, да вот с какой, а главное как её от этого очистить, Никита не представлял. Медь, проданная по – осени немцами, ему приглянулось необычной, яркой раскраской, а потому с неё он хотел отлить колокола. Не всё же только бронзовые пушки делать!
– Да Владимир Изяславич, ты, верно, подметил эти отливки, больно красивые! Хочу я их опробовать на колоколах. Думается мне, что звон таких колоколов очень звонким выйдет!
– На кой чёрт мне твои колокола? Ты, что ополоумел!? – я сильно возмутился, сбившись с темы.
– Ждём привоза олова, княже, то, что было – всё израсходовали на тяжёлые полевые орудия. Вот я и решил, чтобы навык не терять нужно колокола медные отлить. План по монетам мы выполнили. Вот, с Божьей помощью, с завтрашнего дня начнём лить колокола. Их можно, если самим не надо, хорошо продать …
– Я тебе дам … продать! Только попробуй эти отливки куда деть! Будешь отвечать за них головой!
Меня совершенно вывела из себя тупость Провотворова, захотевшего золото закатать в пушки и колокола. А то, что в этой меди было золото, приглядевшись повнимательнее, я уже не сомневался.
Никита, не ожидавший такой реакции князя, лишь удивлённо хлопал глазами.