Экспансия (СИ)

Последующие несколько дней я посвятил личному составу конной дружины. Персонально переговорил с каждым дружинником, выяснив желания, чаяния, заботы и дальнейшее их виденье собственной судьбы. Я был не первый год знаком с дружинниками и в целом представлял не только уровень квалификации, но и командно – лидерские качества каждого из них.
В соответствии со всем этими данными дружинники были распределены в конные подразделения телохранителей и ратьеров. Некоторых дружинников назначил на командные должности в пехотные части. Средний командный состав в кавалерии и старшие командиры в пехоте, в соответствии с новым законом, автоматически вертались в боярское сословие. Заодно, по ходу дела, значительная часть дружинников («отроков») была выведена из холопского состояния.
Суть дружины и социально – правовой статус самих дружинников всерьёз изменился. Кроме того, мною предполагалось и уже начало осуществляться постепенное перевооружение – оснащение ратьеров огнестрельным оружием ближнего боя – колесцовыми пистолями, что, безусловно коренным образом должно будет изменить саму тактику боя.
Основной деталью колесцового замка было зубчатое колесо, вращающееся с помощью пружины и трущееся о кусочек пирита, высекая искры. Для конницы эти малогабаритные пистоли были очень удобны. Хранились они в седельной кобуре. Перед боем колесцовый механизм можно было заранее взвести, а в нужный момент нажать на спуск и выстрелить.
Но пистолей с колесцовым замком в достаточном количестве ещё не было, поэтому основная масса ратьеров вышла в поход, будучи вооруженными по – старинке.
Два дня назад в поход отбыли ратьеры, а завтра от пристаней отчалит парусно – гребной флот вторжения. Пришло время наказать главных виновников произошедшего бунта и кровопролития. Очень скоро я наконец – то смогу, выдрать с корнем поганое княжеское семя из их же собственных городов и детинцев!
Пора раз и навсегда кончать с пагубной практикой смоленских Ростиславичей. Ресурсы собственной земли они не одно столетие использовали не для округления собственных земель, а для получения новых и новых столов для представителей своего княжеского дома. В последние десятилетия Ростиславичей расплодилось так много, что распад начался и внутри самого княжества. Этот постоянный экспорт князей и бояр, вкупе с ростом княжеской «популяции» и появление всё новых уделов, неумолимо вёл к деградации и упадку Смоленской земли.
Сегодня, накануне отплытия, повелел созвать бояр и выборных от народа. Необходимо было перед отплытием, произнести им напутственное слово. Это мероприятие было решено устроить в виде праздничной трапезы. Когда прозвучали здравницы в честь государя и собравшихся гостей, был утолён первый голод, я взял слово.
Шумно встал, привлекая всеобщее внимание, окинув взглядом всех присутствующих, громко произнёс.
– Уважаемые бояре, священнослужители, смоляне! Как вы все знаете, я иду на удельных князей – своих кровников, повинных в заговоре, бунте и через своих киевских подельников в гибели нашего светлого князя Изяслава Мстиславича. Собрал я вас накануне отплытия наших славных ратных войск для того, чтобы ещё раз указать вам на своего наместника, что будет замещать меня в столице, на моего бывшего пестуна – Перемогу Услядовича. В моё отсутствие он будет в Смоленске моим оком, моим гласом и моей государевой волей! Слушайте его и исполняйте его распоряжения как мои собственные! С наместником останется батальон панцирной рати. Возможно придётся дополнительно исполчить городовые полки, на случай если враги попробуют нагрянуть на столицу в моё отсутствие, будьте готовы и к такому повороту дела. На этом всё! Всем спасибо за внимание. Мы с воеводами покидаем пир, а вы продолжайте веселиться, есть и пить. Занимай Перемога Услядович моё место во главе стола!
Я с показной решимостью усадил, заупрямившегося было Перемогу на своё княжье место, при этом его троекратно расцеловал. У нового наместника только и хватило сил, что смущенно пробормотать: "Государь мой, Владимир Изяславич! Спаси Бог тебя за любовь твою и ласку! Клянусь не посрамить твоё доверие!" При этом действе собравшиеся за столом громко загудели, зашептались. А я с воеводами отбыл на покой, досыпать остаток ночи.
 
Пробегая глазами вытянувшийся в линию строй полков, я в очередной раз мысленно проверял готовность войска к походу. Почти три тысячи пехотинцев, тысяча человек «посошной рати» из числа прошедших в Гнёздово военную подготовку и отчисленных в запас. Городская сотня ополченцев была представлена кузнецами с походной кузней, корабелами и плотниками. Были «зафрахтованы» отдельные купцы со своими судами и судовыми ратями. Всего 4,5 тыс. человек.
В поход с собой я брал молодого чешского штейгера и приданных ему учеников. Будем надеется, что отец чеха, трудившийся всё это время в Дорогобуже, по – прежнему жив и здоров. Поставки шамота и колчедана с дорогобужских шахт, по понятным причинам, в последний месяц прекратились. С собой, на отдельном дощанике, я вёз разнообразное шахтное оборудование, «воздушные двигатели», много разных инструментов. Требовалось не только модернизировать процесс добычи полезных ископаемых, но и срочно увеличить отборку серного колчедана из добытого угля. С этой целью на угольных сортировках планировалось установить специально сконструированные под это дело обогатительные барабаны.
На корабли были загружены снаряжение, плотницкие инструменты, подковы, гвозди, скобы, топоры, запас холодного и огнестрельного оружия, походные палатки, котлы, полевые кухни и хлебопекарни. Провиантские припасы в виде галет, сухарей, солонины, копчёностей, муки, крупы, водки, пива и фуража для коней.
Отдельной статьёй шла артиллерия – сорок 3–фунтовых чугунных «единорогов», девять 12–фунтовых бронзовых орудий и три 2–пудовых бронзовых осадных «единорога». А в комплект к «единорогам» шли пушечные лафеты, запасные, оббитые железными полосами колёса, ядра, картечь двух видов, картечные гранаты, шрапнельные бомбы для осадных орудий, запальные трубки и порох.
Сорок пять разноразмерных дощаников и купеческих лодий и двадцать галер требовали для собственного обслуживания и ремонта запасные снасти, парусину, уключины, верёвки, конопать, смолу – всё это тоже должно находиться на кораблях.
Короче говоря, голова шла кругом от всего этого походного хозяйства! Хорошо ещё, что всё это мы будем перевозить на речных судах, а не тащить в тележных обозах по непроходимым дорогам!
Построить быстро столь многочисленный речной флот удалось благодаря налаженному ещё с прошлого года производству унифицированных деталей каркаса, днища и обшивки. Кораблестроители просто соединяли уже готовые детали, процесс напоминал сборку модели из детского конструктора. Так, для сборки галеры нужны были только две разновидности каркасных деталей и 240 деревянных деталей. Этот принцип работал великолепно. Достаточно просто соединить необходимые детали правильным образом, чтобы быстро получить отличный корпус. Сам «набор» деталей возник в результате практических ходовых испытаний построенных в прошлом году галер, транспортно – грузовых дощаников и тщательных математических расчетов.
Торговая площадь и набережные с обоих берегов Днепра были под завязку набиты смоленским людом. Всем им было любопытно посмотреть на отбытие в ратный поход войск их нового молодого правителя. Взоры горожан также притягивали к себе необычность доспехов, вооружений и жёлтых надоспешников с чёрными крестами.
 
А вообще, я с удовлетворением отмечал, что жизнь в Смоленске окончательно вошла в мирное русло и потекла своим привычным чередом. Все так же бойко велась торговля, задымили заводы, а причалы начали заполняться судами иностранных торговых гостей. В окольном городе стало намного безопасней – военные патрули и днём и ночью сторожили покой горожан, гарантируя всем законопослушным подданным смоленского государя спокойствие, закон и порядок.