Измена. Жизнь вдребезги (СИ)
Бабуля бледненькая, но настроена оптимистично и очень рада нас видеть.
- Юля, все хорошо. Меня скоро выпишут. Врач обещал, - уверенно сообщает нам. - Как ты себя чувствуешь? Я за тебя больше переживаю.
- Бабуль, все нормально у меня. Пью таблетки, лежу, отдыхаю, - ведь так и есть, я не кривлю душой и не обманываю бабушку. А сегодняшний день можно считать исключением.
- Ксения Георгиевна, Ваше “скоро выпишут” будет не совсем скоро, - вводит бабушку в курс дела Кирилл. - Сначала установят кардиостимулятор, понаблюдают за Вами какое-то время, а потом уже отправят на выписку. Так что потерпите немного!
- Может и не нужен мне этот кардиостимулятор. Жила же без него, никаких проблем не было, - негромко ворчит бабуля. - Придумали тоже…
- Ксения Георгиевна, как это проблем не было? Вы о чем говорите? Врачи однозначно говорят, что без этого никак. Вам ведь еще правнуков нянчить! - настойчиво убеждает ее Кирилл, я молчу. А бабушка задумчиво смотрит на нас.
- Ну, если правнуков, тогда, конечно! Ради них потерплю, - улыбается каким-то своим мыслям.
В палату заглядывает медсестра и приглашает нас с Кириллом на выход. Отведенное врачом время для общения с бабушкой, к сожалению, истекло.
Теперь мы точно едем домой. И с одной стороны, мне хочется, чтобы этот бесконечный день все-таки закончился, потому что я очень устала. А с другой стороны, сегодня было столько хорошего и приятного, что пусть бы он длился и длился дальше.
- Значит, правнуков нянчить, говоришь? - хихикаю я. - Классно ты мою бабушку промотивировал на лечение.
- Понравилось, да? Мотивировать я умею, - Кирилл старается говорить серьезно, но не может сдержать приглушенный смешок. - Обращайся…
Мне кажется, что мы доезжаем очень быстро. И Кирилл как обычно провожает меня домой, только в этот раз мы вместе заходим в квартиру. Он предупреждает меня, что охрана по-прежнему будет дежурить во дворе, и в плане безопасности пока ничего не меняется.
А потом Кирилл обнимает меня, нежно и аккуратно прижимая к себе. И я с наслаждением снова напитываюсь особенным ароматом, в котором сочетаются цитрусовые, бергамот и розовый перец с дыханием его кожи, запоминаю все оттенки его запаха.
- Отдыхай, Юля! Сегодня был очень насыщенный день, - и Кирилл целует меня в макушку. Боже, как приятно! Я в раю…
Шестьдесят седьмая глава
Боже, как приятно! Я в раю…
После ухода Кирилла меня хватает только на легкий перекус перед приемом очередной дозы таблеток и вечерние водные процедуры. Получаю сообщение от Кирилла: “Я дома”, после этого сразу проваливаюсь в легкий оздоровительный сон.
Яркие события дня, откровенный разговор с Кириллом, мое хорошее настроение вечером… Я не знаю, что послужило толчком для этого сна… Мне снятся родители, молодые, красивые и счастливые. Папа, высокий и стройный, бережно обнимает маму и что-то говорит ей, улыбаясь. А тоненькая, хрупкая мама нежно обхватывает его руки и весело смеется в ответ. И в их глазах живет такая чистая и безграничная любовь… И я чувствую, как мама и папа с радостью отдают мне частичку этого теплого и светлого чувства. Я наполняюсь им, оно пропитывает каждую клеточку моего тела и делает меня совершенно другим, счастливым, человеком. А потом я слышу казалось уже давно забытые родные голоса.
- Юленька, мы любим тебя!
- Счастья тебе, наша девочка!
- Ты умница!
- У тебя все будет хорошо!
И мне становится так легко и спокойно, а в душе разливается умиротворение. И даже во сне отчетливо понимаю, только что я получила благословение своих родителей, и все сейчас в своей жизни я делаю правильно.
Конечно, после такого чудесного сна просыпаюсь я с легким сердцем и в прекрасном настроении. И оно становится еще лучше, когда за завтраком приходит сообщение от Кирилла: “Юля, доброе утро! И хорошего тебе дня!” Мне хочется петь, смеяться и обнять весь мир.
С каждым днем голова и сломанные ребра болят все меньше, а самочувствие и настроение у меня все лучше.
На юридическом фронте у нас пока затишье, что меня очень радует. Хочется перед новым посещением суда полностью восстановиться после полученных травм.
Ежедневно меня навещают Вера Александровна и Кирилл, с бабушкой и Лерой мы созваниваемся по телефону.
Чем больше я общаюсь с мамой Кирилла, тем больше она мне нравится. Светлый и позитивный человек, но со стальным внутренним стержнем. И мне кажется, что, если жесты, мимику, что-то внешнее Кирилл унаследовал от отца, то характер - это, скорее, отражение маминых качеств и результат маминого воспитания.
Мы с Кириллом часто обмениваемся сообщениями по поводу и без. Это маленькие, но такие приятные и нужные каждому из нас знаки внимания. Своеобразные напоминания: “Эй, привет! Я помню о тебе. Я думаю о тебе. Ты для меня важен”. И в нашей переписке уже есть свои мимимишные утренние и вечерние ритуалы. Только наши и только для нас.
А еще Кирилл каждый день приезжает ко мне на ужин. И если в первые дни мы заказываем готовую еду в ресторане, то потом я начинаю с удовольствием готовить сама. К счастью, наши вкусы совпадают, мы с Кириллом оба любим итальянскую и русскую кухню. А еще нам нравится долго и много разговаривать на разные темы во время ужина и наших вечерних прогулок. После еды мы обязательно выходим с Кириллом прогуляться - мне нужно регулярно бывать на свежем воздухе.
И в каждой нашей беседе мы все откровеннее раскрываемся друг перед другом, лучше узнаем друг друга и становимся ближе. И в наших разговорах теперь нет долгих мучительных пауз.
Каждый день, общаясь с Кириллом, я нахожу в нем что-то новое, и оно привлекает, восхищает, покоряет и очаровывает меня еще больше. И нас тянет друг к другу так, как будто мы связаны между собой прочными невидимыми нитями. Нам просто жизненно необходимо касаться, трогать, чувствовать, напитываться запахами друг друга. И при этом наши отношения до сих пор остаются достаточно целомудренными, потому что в одном из разговоров выяснилось - и для меня, и для Кирилла важен мой статус пока еще замужней женщины…
- Кирилл, ты мне очень нравишься… но пока я официально замужем, я не могу переступить через себя… Извини, пожалуйста, - я чуть не плачу, но ничего не могу с собой поделать. Глупо? Глупо! Всего лишь одна бумажка, пусть даже это решение суда, что она изменит? Уже ведь все решено… Но не могу. - Если сейчас… Чем я тогда буду отличаться от Леши? Понимаешь?..
Я знаю, что люблю этого мужчину, хочу быть с ним. Мне нравится его тело, голос, аромат. Мне все в нем нравится, но…
- Юля, Юля, тише-тише! Ну, что ты… - Кирилл успокаивает меня, обнимает, а я реву чуть ли не в голос. Точно, дура! - Юля, все хорошо. Немножко подождем… Ничего страшного… Чуть-чуть потерпим… В конце концов, ускорим развод…
- А так можно, да? Ускорить? - что-то сомневаюсь я.
- Юля, хочешь - сделаем, - убеждает меня Кирилл. - Это, конечно, не Луна с неба, но для любимой женщины…
А я таю от его слов, просто растекаюсь как мороженое жарким летним днем. И почти сразу успокаиваюсь… Как же это звучит из уст Кирилла… Ммм… Для любимой женщины…
Так что все у нас прекрасно и замечательно. И даже эта моя заморочка не может испортить наши отношения. И я парю на седьмом небе от счастья…
И меня опускает на землю всего лишь один телефонный звонок.
- Юля, прости меня, пожалуйста, за все! Прости…
Шестьдесят восьмая глава
- Юля, прости меня, пожалуйста, за все! Прости…
- Света, это ты? Что случилось? - глухой и надтреснутый голос в трубке телефона совсем не похож на привычное мелодичное сопрано Светы Якубовой. Такое ощущение, что она говорит со мной из подземелья или после затяжной ангины.
- Юля, просто прости… И ни о чем не спрашивай, пожалуйста… - это как? За что простить? В чем Света считает себя виноватой передо мной? Сердце с разбега ухает вниз. Происходит что-то такое, о чем я опять не знаю? Какие-то важные вещи проходят мимо меня?