Измена. Жизнь вдребезги (СИ)
- А отец? Он жив?
- Да, у него все нормально. Лечение оказалось эффективным… Лера с ним живет… А работает со мной, - усмехается Кирилл. - Он тоже адвокат. Крутой адвокат. Высокооплачиваемый.
- А ты не хотел бы с ним работать? - срывается с языка прежде, чем я успеваю подумать.
- Нет, ни в коем случае. Он мне предлагал несколько раз, но нет. Быть адвокатом лучше и круче, чем он, очень хочу. И стану. А работать с ним вместе - однозначно нет, - категоричен Кирилл. Ему виднее. Не знаю, что бы я делала в такой непростой ситуации. А Кирилл поступил достойно, как настоящий человек.
- Вот такой у меня анамнез жизни, - шутит мужчина и тут же серьезно продолжает. - Поэтому для меня семья - это не только любовь, верность, уважение, доверие. В первую очередь, это ответственность перед партнером и самим собой за сохранение отношений. Семья - то, что создается один раз и навсегда. А иначе нет смысла. Я не хочу, чтобы мой ребенок когда-нибудь оказался в такой же ситуации, как я в четырнадцать лет.
- Поэтому ты до сих пор не женат? - уточняю у Кирилла, правильно ли я его поняла.
- Да, пока я не буду на сто процентов уверен в любимой женщине, что это она - та самая, с которой я хочу вместе прожить всю оставшуюся жизнь, я буду в статусе холостяка, - подтверждает он.
Позиция мужчины вызывает у меня уважение. Кто-то воплощает в своей жизни неудачную семейную модель родителей, а кто-то учится на их ошибках и поступает ровно наоборот. Я искренне желаю Кириллу, чтобы у него все получилось.
Сорок восьмая глава
Я искренне желаю Кириллу, чтобы у него все получилось.
И я до сих пор под впечатлением от нашего с ним вчерашнего разговора. Потому что после перипетий последнего месяца своей жизни я обоснованно засомневалась, что в мире еще остались верные мужчины.
Вера Александровна днем пожаловалась на не очень хорошее самочувствие, и после ужина я иду ее навестить. Останавливаюсь перед дверью номера и улавливаю знакомые нотки парфюма, который ассоциируется у меня только с Кириллом. Тот самый “запах мужчины с большими деньгами” от “Бриони” с сумасшедшим обволакивающим сочетанием цитрусовых масел, перечного бергамота, сочного мандарина и ароматного розового перца. Глубоко вдыхаю насыщенный яркий аромат свежести морского бриза, еще раз, и еще... И сердце вдруг начинает частить в предчувствии встречи с мужчиной, который сегодня весь день занимает мои мысли… Стучусь в дверь и жду, когда мне откроют.
- Добрый вечер, Вера Александровна! Здравствуй, Кирилл! - улыбаюсь, я очень рада его видеть. - Вера Александровна, как Вы себя чувствуете?
- Юлечка, все хорошо. Не волнуйтесь, дети, - успокаивает она. Выслушиваю ее уверения в том, что все в порядке. Да, да, конечно, так мы и поверили на слово. С бабушкой я уже это проходила. Выразительно смотрю на Кирилла, и он понимает меня без слов.
- Мам, вы пока тут побеседуйте с Юлей, а я схожу с твоим врачом пообщаюсь, - и Кирилл выходит из номера. Заботливый любящий сын, как я вчера и сказала. С удовольствием наблюдаю за их трепетными отношениями. И чувствую легкую горечь от того, что моих родителей уже так давно нет со мной рядом…
После разговора с врачом Кирилл возвращается к нам успокоенным и повеселевшим. Специалист убедил его, что такая реакция организма на проведение интенсивных оздоровительных процедур является нормальной и продлится не более двух-трех дней.
- Дети, вы бы пошли прогулялись, - предлагает нам Вера Александровна. - А я немного отдохну. Кирилл, здесь столько красивых мест. Пусть Юлечка тебе покажет.
Мы с ним переглядываемся, хмыкаем и выходим из номера. Ну, что ж, гулять так гулять…
Каждый вечер по телефону мы разговариваем с Кириллом почти без пауз, переходя от одной темы к другой. А сейчас молча идем рядом по дорожке, периодически бросаем друг на друга взгляды и тут же быстро отводим глаза. Как дети, честное слово. Осталось еще только покраснеть. Не знаю, мы безмолвствуем из-за вчерашних откровений, или по какой-то другой причине ни один из нас не решается заговорить первым. И у меня появляется ощущение, что это вязкое молчание разъединяет, отдаляет нас с Кириллом друг от друга. Физически чувствую, как время утекает сквозь пальцы и сокращает и без того недолгие минуты нашего сегодняшнего общения. И от этого недавняя легкость предвкушения сменяется тяжестью осознания возможной потери чего-то важного и ценного для меня. Кажется, что мое сердце начинает биться так громко, что и Кирилл слышит его удары. И я не выдерживаю. Сглатываю, облизываю сухие губы и…
- Ты сильно волновался из-за мамы? - сочувственно смотрю на Кирилла. Какая-то неопознаваемая эмоция появляется и мгновенно исчезает в его глазах, а на губах возникает улыбка.
- Да… Умом вроде понимаю, что все под контролем, а эмоции… Сейчас вот отхожу от стресса, - он подходит ближе ко мне и берет за руку, переплетая наши пальцы. - Куда мы идем?
- У нас сейчас будет релакс, - показываю второй рукой направление нашего движения. - Идем на озеро, смотрим на воду, успокаиваемся и восстанавливаем нервные клетки. Покажу тебе свое любимое место, я там могу сидеть часами и созерцать...
И мы с Кириллом по дорожке выходим к берегу водоема и садимся на мою любимую скамейку. Безветренная погода, поэтому поверхность озера напоминает зеркало. Ровная, гладкая, без намека на волны. Водная гладь завораживает, притягивает взгляд и не отпускает. И в душе рождается умиротворение. И говорить совсем не хочется. И мы с Кириллом молча смотрим на воду. Но теперь наше общее молчание объединяет нас, вовлекая в бесконечный круговорот бытия.
Вечереет, и около воды становится свежо.
- Замерзла? - и, не дожидаясь моего ответа, Кирилл снимает свой пиджак и накидывает его на меня. И придвигается ближе ко мне.
- Кирилл, я хотела узнать… Что вы с Вадимом решили насчет суда? - решаюсь я наконец задать волнующий меня вопрос.
- Юля, время у нас еще есть, определимся. Твое присутствие там не обязательно. Но во многом это будет зависеть от того, появится у нас новая информация об имуществе или нет. Есть еще кое-какие нюансы…
- И что мне делать?
- Отдыхать! И сохранять спокойствие, - с улыбкой выдает мне указания Кирилл. И мы опять погружаемся в тишину…
- Как же здесь классно! Юль, спасибо тебе за релакс! - Кирилл смотрит на часы и с сожалением в голосе продолжает. - Юля, мне уже пора уезжать. Завтра сложный день. Пока доберусь домой совсем поздно будет…
Возвращаемся в наш корпус и поднимаемся к моему номеру.
- Кирилл, пожалуйста, напиши мне или позвони из дома. Чтобы я знала, что все хорошо, - мужчина молчит и выжидающе смотрит на меня. И я объясняю. - Буду волноваться, как ты доехал. После гибели родителей я всегда переживаю…
- Понял тебя, - возвращаю ему пиджак. Кирилл обнимает меня на прощание. И я захожу в номер.
До звонка Кирилла пытаюсь отвлечься на какие-то дела, но каждые пять минут бросаю взгляд на стрелки настенных часов.
- Юль, все в порядке. Я дома, - и я выдыхаю свое напряжение. Благодарю за звонок, желаю Кириллу спокойной ночи. И мы с ним прощаемся до завтрашнего дня.
Сорок девятая глава
И мы с Кириллом прощаемся до завтрашнего дня.
Перед тем как уснуть, я еще долго ворочаюсь в постели. Странно, до этого она мне казалась в меру мягкой и очень удобной, а сейчас я никак не могу найти удобное положение для сна. И в стопятидесятый раз прокручиваю в голове наш сегодняшний разговор с Кириллом. Его слова… Мои слова... А если бы я здесь сказала по-другому… А если бы он… В общем, засыпаю я долго и мучительно и сплю очень беспокойно.
Поэтому утром невыспавшаяся и с почти закрытыми глазами медленно бреду на завтрак. И не сразу понимаю, что ко мне кто-то обращается.
- Юлия Эдуардовна! Юлия Эдуардовна! - поворачиваюсь на голос и… Честное слово, лучше бы я шла в столовую в другое время, или направлялась в противоположную сторону, или хотя бы оглядывалась по сторонам. - Юлия Эдуардовна, здравствуйте!