Проект Re: Четвертый том (СИ)

«От него как и всегда веет самоуверенностью и непомерной гордыней. Но при этом, мне кажется, в конкретно данном случае его мнение разделит большинство аристократов.»
— Вижу, ты ещё не привык быть аристократом. Ничего, неделька-другая и поймёшь всю разницу в отношении того, кем ты был раньше, и кто ты сейчас. А пока, — он приподнял руки и улыбнулся, — рожу повеселее, мы ведь идём развлекаться и отдыхать!
* * *
Спустя час.
— Так вот значит, как выглядит это место, — проговорил я, выйдя из машины, осматривая находящееся перед нами здание.
Огромное здание квадратной формы в современном стиле и ровно в пятьдесят этажей.
— Ага, — встав рядом со мной и приподняв чёрные солнцезащитные очки, проговорил Кавано. — Место, скрытое для глаз простолюдинов; место, которое оживает лишь раз в году и всего лишь на три ночи; место, где проигрываются и выигрываются даже жизни. И сейчас это место прямо перед нами. Будоражит, не правда ли? — он посмотрел на меня.
— Ага.
— Пф... ну да, а чего я ещё ожидал от тебя? — задал он риторический вопрос удручённым тоном, закатив глаза. — Ладно, — он опустил очки на место и направился вперёд, — пошли уже. Нечего на такой жаре стоять. Всё веселье внутри.
Я ещё раз окинул взглядом массивное здание и направился следом.
Стоило нам подойди к стеклянным дверям, как они автоматически отварились, обдувая нас столь приятным в такой жаркий день прохладным воздухом из установленных внутри кондиционеров.
Тем временем, перед нами открылся вид на крайне дорогой холл этого здания. В его середине находился круг из десятка с лишнем ресепшенов, за каждым из которых стояли молодые, красивые и улыбчивые работники. Среди которых, кстати говоря, не было ни одного мужчины.
«Учитывая, что я уже успел узнать об этом празднике, и то, что мне успел рассказать Кавано, — это совсем не удивительно,» — произнёс я про себя, подходя вместе с Кавано к молодым, стоявшим за ресепшенами девушкам.
— Здравствуйте, — поздоровалась со мной темноволосая девушка с яркой улыбкой и выразительными формами, стоило мне подойти к ней, — чем могу помочь, Мори-сама?
«„Сама“? Уже не первый раз ко мне так обращаются, но привыкнуть к этому всё равно труднее, чем кажется.»
— Комната на одного на три дня.
«В конце захотелось автоматически добавить „пожалуйста“, но я всё же сдержался. К сожалению, хоть я и считаю, что подобная вежливость — есть хороший тон, но в этом мире, если аристократ моего уровня скажет такое обычному простолюдину, то это сочтут обычной слабостью.»
— Хорошо, — кивнула она и взялась руками за клавиатуру и мышку, посмотрев в монитор. — Есть какие-то пожелания — этаж, расположение комнаты поближе к чему-то, или определённый вид из окна? Может, мне вовсе стоит озвучить всевозможные услуги?
— Не стоит. Пожеланий никаких нет.
— Хорошо, — быстро согласилась она и вернулась глазами к монитору. — В таком случае номер "B23«на сорок девятом этаже вас устроит?
— Вполне.
— Тогда, пожалуйста, подождите пару секунд, — и снова лёгкий кивок, следом за которым она сразу погрузилась в компьютер — сделала несколько кликов мышкой и протянула мне терминал оплаты.
Я преподнёс к терминалу телефон и через пару секунд прозвучал стандартный «пилик», означающий удачную произведённую транзакцию.
— Благодарю, Мори-сама, — ещё один низкий поклон, — теперь чтобы войти в свою комнату вам достаточно использовать сканер сетчатки глаза, либо же, установленный чуть ниже, сканер отпечатки пальцев.
— Ясно.
— Ещё чем-то я могу помочь вам, господин? — спросила она, хлопая глазками и улыбаясь, слегка наклонившись вперёд, выделяя и без того выделяющееся из-за её форм декольте.
— Нет, — лаконично ответил я.
— Хорошо. Если что-то будет нужно — можете связаться со мной прямо из номера, либо же подойти сюда. А пока что, удачного дня, господин, и хорошо вам провести время, — ещё один поклон.
 
«„Связаться со мной“? Это явно была не оговорка. Но при этом очевидно, что в таких ситуациях она не должна выделять какого-либо сотрудника на фоне других,» — размышлял я, отходя от ресепшенов к стоящему неподалёку и во всю ухмыляющемуся Кавано.
— И чего такой милашке отказал? — сразу спросил он. — У неё грудь будет даже побольше, чем у Мияко, а плюс к этому — она просто простолюдинка, так что выполняла бы каждое твоё пожелание. Даже самое странное и извращённое. И при этом была бы счастлива.
— Хочешь, чтобы я изменил меньше, чем через неделю после свадьбы?
— А что тут такого, если так уж совпало, что этот праздник идёт сейчас? Или ты хочешь сказать, что ты примерный семьянин?
— А если так, то с этим есть какие-то проблемы?
— Пф-ф, да пожалуйста, — махнул он руками. — Просто не понимаю я таких людей вот и всё. Да и не только я, если уж на то пошло — ладно ещё сдерживаться во все остальные дни, но не в этот же праздник, в который нам, мужчинам, можно всё. Уверен, что таких вот «примерных семьянинов» можно будет по пальцам тут пересчитать.
— Ты, как я понимаю, сдерживаться не собираешься.
— Верно мыслишь, — он особенно самодовольно улыбнулся. — Кстати, знаешь почему тебе достался сорок девятый этаж?
— Догадываюсь.
— И почему же?
— Могу предположить, что чем выше этаж, тем выше статус определённого человека в нашем обществе. А учитывая, в каком я роду, поступи она иначе и дай мне более низкий этаж — она бы рисковала навести на себя мой гнев, так как я мог это воспринять, как оскорбление, хотя сам и сказал, что мне всё равно, какой будет этаж.
— Ага. И с первым, и со вторым прям в точку. У меня, кстати, всего сорок шестой этаж.
— Ты ведь сам его выбирал?
— Да, но попроси я этаж выше, и мне бы тонко намекнули, что мне это не по статусу. А если бы такое заметил кто-то из аристократов и распространил это среди других аристократов, то я выглядел бы посмешищем.
— Понятно.
— Ладно, пошли покажу, что тут есть. Или ты сначала хочешь в комнате отдохнуть? Или, — он ухмыльнулся и посмотрел в сторону ресепшена, откуда на нас украдкой поглядывала та работница, — может, передумал и хочешь её пригласить в номер?
— Пожалуй, можно прогуляться.
Он посмотрел на меня, вздохнул и, пожав плечами, флегматично произнёс:
— Ну, тогда пошли.
Я, не медля, пошёл за ним.
Пройдя весь холл отеля насквозь, мы вышли на задний двор отеля, где нас снова встретило яркое солнце и горячий, летний воздух.
В середине находиться довольно большой подиум, сразу же привлекающий внимание любого впервые попавшего сюда.
По бокам же в ряд шли лавочки с едой и напитками и, изредка, между ними появлялись автоматы с напитками. Что те, что те выглядели совсем не так, как обычные их представители, — все они были в разы презентабельнее, да и цены в них, я уверен, будут в разы больше, как впрочем и качество продукции.
И хоть сейчас тут, кроме нас и ещё парочки-другой аристократов, более никого не было, но даже так за каждой лавочкой стояла красивая девушка с приятной улыбкой на лице — и это несмотря на нещадно палящее солнце, от которого обычному человеку всего за пару часов станет плохо.
— Тут ночной аукцион, — сказал Кавано, смотря на подиум.
— Ночной аукцион?
— Хм... — задумался он. — Ночью и увидишь, а пока пошли к пляжу.
Я ещё раз бросил взгляд на подиум и спустя секунду последовал за Кавано.
Пройдя за подиум, нам открылся вид на столь знаменитый пляж Окинавы. И в отличии от остального пляжа, к которому имеют доступ все, эта часть пляжа была сокрыта от взора простолюдинов.
Через некоторое время асфальт под нашими ногами сменился песком, а вскоре наших ног и вовсе почти доставала прозрачная вода океана.
— Хороший вид, согласись? — встав перед океаном и подняв голову, наслаждаясь обдуванием прохладным ветром, спросил Кавано.