Свадьба под прицелом (СИ)

Денис удовлетворённо хрюкнул, Виктор Андреевич недовольно повёл плечом, а я продолжила расспросы:
— А скажи, Денис… Я тут краем уха слышала, что у Кирилла девушка какая-то есть, и вроде он на ней жениться собирается… Думала — сплетни, а раз он с Виолеттой разводится…
— А ты-то чё так напрягаешься?.. — подозрительно спросил он. — Бля буду, запала уже на него?!
— Да ну тебя! На кой чёрт он мне сдался?! Просто любопытно. Бизнес-партнёр всё-таки.
— Говорю ж тебе, он их как перчатки меняет! Что ни день — новая тёлка.
— Ну не на всех же он жениться собирается! — разозлилась я. — А речь шла именно об этом.
— А… то Ленка, наверное. Точняк, она. Спит и видит, как бы Кирюху окрутить. Только хрена ей. Кирка никогда на такой не женится… Жениться он будет со смыслом, а в Ленке какой смысл? Вот тебя точно окучивать начнёт. Ты главное, того… не ведись. Я его вчера предупредил, урою падлу, если сунется…
Где-то в глубине дома зазвонил телефон, и через минуту Оля принесла трубку.
— Привет, принцесса! — гаркнуло мне в ухо Сашкиным басом.
— Привет, — ответила я, слегка отодвигая трубу, дабы не оглохнуть от децибелов, выдаваемых приятелем. — Что-то ты зачастил со звонками.
— Ага, — протрубил Веселовский. — Я, кстати, уже звонил утром, Ольга сказала, что у тебя проблемы.
— Саш, у меня всегда проблемы, это не новость.
— Ну да, само собой, — мирно согласился он и поделился радостью: — А я в отпуск пошёл!
— Поздравляю, — буркнула я без энтузиазма.
— И решил провести его с тобой, — не обращая внимания на мой тон, весело добавил Веселовский.
— Ничего не перепутал? Я не на Багамах.
— Да ну их к чёрту! Надоели. Хочу провести отпуск в тридесятом королевстве.
— А я тут при чём?
— Как при чём? — засмеялся Сашка. — Где принцесса — там и королевство.
— Ну да, логично, только есть одно «но»: мне не до тебя.
— Тебе всегда не до меня, это тоже не новость, — беспечно отозвался приятель. — Но на этот раз вам не отвертеться, я уже здесь.
— Где здесь? — опешила я.
— Где-где? В городе! — со смехом сказал он. — Ещё утром прилетел. Как с Ольгой поговорил, сразу на самолёт и сюда. По музеям пошатался, пока вы то спали, то лазили неизвестно где. Хотел сюрприз сделать, но ты ж у нас сюрпризы не любишь, вот звоню сказать, что я уже в такси и скоро буду.
— Саш… А, ладно, — махнула я рукой, смиряясь с очередной неизбежностью, и великодушно пригласила: — Добро пожаловать в приют!
— Не понял.
— Поймёшь. Приезжай.
Я отключила телефон и пошла порадовать Ольгу сообщением, что количество наших постояльцев увеличилось втрое, и что надо предупредить охрану о приезде Сашки.
А что, уже веселее! Если так пойдёт — в день по три жильца, свободные комнаты скоро закончатся, и надо будет расселять страждущих по двое.
  
Глава 21. Последний презент
 
На балконе тем временем возникла напряжённая пауза, и когда я вернулась, на меня воззрились две пары вопросительных глаз. Пришлось пояснить, что наша компания спонтанно и самопроизвольно разрастается, и к нам вот-вот присоединится мой сосед и близкий друг Александр Веселовский.
На лицах мальчиков проявилось недовольство — они и друг друга-то с трудом терпели, а тут ещё новый персонаж!
— Тоже мент? — пьяно прогундосил Денис.
— Тоже бизнесмен, — язвительно ответила я. — И попрошу без наездов! Не забывайте, что все вы здесь гости, причём незваные! А кто не готов мирно сосуществовать, может подать заявку на освобождение койко-места!
Граждане не успели отреагировать, так как под балконом как раз в этот момент заголосили арию Дон Жуана.
«Я здесь, И-и-незилья, я здесь, по-о-д-о-к-ном…» — разнеслось по округе подхваченное собачьим лаем, и стало ясно, что мой развеселый приятель прибыл.
Получилась довольно удачная мизансцена. Как раз на словах «Уж нет ли соперника здесь?!» я и оба моих сотрапезника перегнулись через парапет.
Сашка перестал горланить, помахал, как шпагой, огромным гладиолусом и поспешил к нам.
Полностью оправдывая свою фамилию, он шумно и весело представился и потребовал еды, выставляя на стол коньяк, мартини, конфеты и большущую дыню, при виде которой Магистр возликовал.
 
Мальчики мои вдруг тоже оживились и ни с того ни с сего заулыбались. Было заметно, что, несмотря на существенную разницу в образе жизни и взглядах присутствующих, мой друг произвёл благоприятное впечатление на обоих. Впрочем, меня это нисколько не удивило. Громадный, как сенбернар, и такой же великодушный, Сашка вообще нравился практически всем.
Кроме прочих несомненных достоинств моего приятеля, он обладал умением создавать атмосферу беззаботной радости во время застолья и весьма аппетитно поглощать любую снедь и напитки. По крайней мере, мои жалкие попытки удержаться на диете во время трапезы с ним ни разу не увенчались успехом.
Вот и сейчас, глядя, как он заразительно уничтожает съестные припасы, мы все, включая изрядно захмелевшего Дениса, потянулись к тарелкам и бокалам.
Стоя выпили за прекрасных дам. Даже непьющий Азаров приложился. То есть, зараза, судя по всему, распространялась быстро и эффективно.
С приездом Сашки общая атмосфера значительно улучшилась и, несмотря на все наши несчастья, насколько возможно приблизилась к праздничной.
Больше всех радовался Магистр. Он вообще любит общество нашего веселого соседа, хоть и старательно это скрывает — из вредности, конечно. Понятно, что коту давно наскучило наше унылое, регулярно пополняемое проблемами существование, и его душа, как, впрочем, и любая другая, окажись на его месте, жаждала карнавала. А тут ещё и вожделенная дыня подъехала!
Сашка шутил, рассказывал анекдоты, разливал напитки, играл с Магистром, кормил его дыней, пел, а моё настроение с каждой минутой становилось всё мрачнее. Мне страстно хотелось узнать что-нибудь о Димке, но гордыня — мой личный непобедимый враг — не позволяла заняться расспросами. Сам же Сашка о нашем общем друге помалкивал. От этого я томилась, злилась на себя и на весь мир.
— Сашка, а почему ты именно гладиолус приволок? — сердито спросила я.
— Да не знаю, просто нравятся мне они, — безмятежно ответил Веселовский.
— Скажите, пожалуйста, вот мы, значит, какие — ценители «луковичных», — хмыкнула я.
— Ты чего? — не понял Сашка.
— Да так, ничего… Читала где-то, что любители гладиолусов трудолюбивы и исполнительны, и легко добиваются желаемых результатов.
— О да, согласен! Я трудолюбив и, что особенно ценно, исполнителен, — вскричал Веселовский. — Но вот со второй частью чёт накладочка вышла. Не легко, ох, как нелегко добиться желаемого без посторонней помощи! — он выразительно посмотрел на меня и подмигнул Магистру.
— А я розы люблю… — на всякий случай надо было срочно отвести его подальше от опасной темы наших взаимоотношений, но занятая своими мыслями, сходу я не придумала, как.
— Ну это всем известно! — радостно подхватил Сашка. — Кстати, братцы! Чтоб вы знали и имели правильное представление об этой восхитительной леди, любит она розы тигровые. Самый агрессивный вариант. Так сказать, ей под стать! Вы даже не представляете, сколько незаживающих ран она на мне оставила!
— Саш, ну хватит уже… — нахмурилась я. И тут же озарилась догадкой: — Ой, так это ты сегодня тигровые розы прислал?
Сашка быстро глянул на меня, очень серьёзно, без всей этой своей напускной бравады, и коротко ответил:
— Почти. Я только передатчик. Цветы от Митьки.
От неожиданности я вздрогнула. И надеясь, что никто этого не заметил, лениво потянулась к винограду. Что это вообще на меня сегодня нашло? Виноград я не особенно люблю, а тут за вечер полвазы утоптала! Сделала вид, что выбираю ягодку, и как можно небрежнее, как о давно забытом общем знакомом, упоминание о котором совершенно случайно и не имеет ровным счётом никакого значения, спросила: