Знаменитые петербургские дома. Адреса, история и обитатели

 Калашниковская хлебная биржа 
  (Харьковская ул., 9)  
Наш следующий объект – Санкт-Петербургская Калашниковская хлебная биржа – не соответствует определению «доходный дом», но интерес к прошлому этой постройки перевесил все аргументы против. С другой стороны, дом бывшей биржи вписан в рядовую застройку Харьковской улицы, и незнающий человек не отличит его от соседних жилых и административных построек.
В нашем городе подобных зданий не так уж много – самое известное из них расположено на Стрелке Васильевского острова. В 1910 г. в Санкт-Петербурге работало несколько биржевых структур. Санкт-Петербургская товарная биржа на Васильевском острове выступала главной торговой площадкой. Санкт-Петербургская мясная и скотопромышленная биржа располагалась на набережной Обводного канала. Вторая торговая площадка похожего направления, но со специализацией на продаже птицы – Санкт-Петербургская яичная, мясная и курятно-дичная биржа – выпускала котировки три раза в неделю. Биржевой комитет находился на Забалканском пр., 1. Лесная биржа (а чем она занималась, видно из названия) размещалась по адресу Невский пр., 92. Два раза в неделю проходили собрания Санкт-Петербургской фруктовой, чайной, винной и рыбной биржи – котировки соответствующих товаров публиковались в официальном издании и в газетах столицы. Наконец, Санкт-Петербургская Калашниковская хлебная биржа проводила ежедневные операции с самым ценным в России товаром – хлебом, котировки которого выходили по вторникам и пятницам. Кроме указанных товаров, здесь торговали нефтяными продуктами, каменным углем, льном, салом, маслом, шерстью, хлопком и москательными товарами[3].
 
 
 Калашниковская хлебная биржа 
Калашниковскую биржу официально открыли 30 июня 1895 г. и она была названа по главному месту торговли зерном и мукой в Петербурге – Калашниковской (ныне – Синопской) набережной. Набережная, в свою очередь, получила свое название в конце 1880-х гг. от фамилии тверского купца Калашникова, чьи склады (каменные амбары) размещались вдоль берега Невы от Александро-Невской лавры до Смольного. На набережной находилась и одноименная пристань, известная всем торговцам зерном и мукой.
Проект создания специализированной биржи возник еще в 1892 г., а учредительную комиссию тогда возглавил купец И.Ф. Мухин. На организацию и, главное, регистрацию нового дела ушло, как видно, три года.
Общее управление биржей осуществляло биржевое общество, в состав которого входили сами торговцы (106 человек), 6 страховых компаний и 8 банков. Оперативным управлением занимался биржевой комитет, который возглавлял потомственный почетный гражданин В.И. Воробьев. В 1897 г. биржевой комитет подал властям ходатайство о безвозмездном отводе городской земли под постройку биржи.
О работе Калашниковской хлебной биржи писал ежемесячный иллюстрированный практический сельскохозяйственный журнал «Хутор», издававшийся агрономом П.Н. Елагиным: «На Калашниковскую хлебную биржу приходят и приезжают для закупки хлебного товара и русские, и немцы из остзейского края, и чухны – из Финляндии. Вот почему, когда бы вы ни пришли на биржу, там всегда много народу. Первая от входа зала называется на местном жаргоне „толкучкой“. Здесь вы встретите смешанную публику: и петербургского булочника, и мелочника, и провинциального помещика, приехавшего продать партию овса.
В следующих залах расставлены столы-конторки, за которыми сидят мучники. Всего насчитывается 57 столов-конторок, которые сдаются от биржи мучникам в аренду, по 30 рублей в год, по жребию. За этими столами-конторками располагаются 114 хлеботорговцев. Из них 80 – „крупчатников“, торгующих белой мукой, то есть пшеничной „крупчаткой“. Каждый стол представляет собой хлебную лавку, только в уменьшенном виде – хранятся только пробы имеющихся в кладовых хлебных товаров.
 
Ежедневно, по утрам мучные торговцы являются на биржу, иногда в сопровождении своих приказчиков, и садятся за столы – в ожидании покупателя.
Покупатель, в большинстве случаев булочник или хлебопек, приходя на биржу, прекрасно знает, за каким столом какая фирма находится.
Зная качество товара заранее или осмотрев пробу, покупатель покупает или заказывает нужное количество товара и тотчас оформляет сделку на бумаге. Если товар покупается в зерне, то ½ пробы остается у продавца, а ½пробы вручается покупателю – для сравнения, когда товар будет доставлен по назначению.
Пробы зернового товара, для поиска покупателя, ходят по рукам в холщовых мешочках. У иного хлеботорговца за пазухой лежит целый ворох пакетов. У других пакеты с зерновыми пробами тщательно завязаны в узелке. Там и сям видно, как „пробу“ высыпают на руку, внимательно разглядывают и пробуют даже „на зуб“. Сделка купли-продажи закрепляется взаимным рукобитьем».
Торговля велась на полном доверии – большинство оптовых торговцев хорошо знали своих клиентов, впрочем, как и покупатели. С другой стороны, на бирже даже в начале XX столетия сохранилось такое понятие, как „купеческое слово“ – письменных договоров заключалось мало, а печатей у торговцев и вовсе не было. Это, кстати, сыграло злую шутку с участниками биржи – многие стали жертвой мошенника, о котором 14 января 1917 г. писала популярная в столице «Петроградская газета»: «Наглая 200-тысячная афера на Калашниковской хлебной бирже. Несколько времени тому назад Виталий Творогов распустил слух, будто в его распоряжении имеется несколько вагонов муки-крупчатки, в которой торговцы ощущают большую нужду. При появлении на бирже Виталия Творогова окружающие купцы начали каждый в отдельности предлагать ему задатки. Делец начал брать по 15–25 тыс. рублей. И в течение двух дней собрал задатков на 200 тыс. рублей. Любопытно, что на такую колоссальную сумму ни у кого в Петрограде даже не могло быть муки, тем менее у Творогова. Конечно, никто из вручивших Творогову задатки муки не получил.
Сам Творогов скрылся в Финляндию. Достойно особого внимания, что никому Виталий Творогов расписок не давал, потому что на Калашниковской бирже крупные сделки совершаются „на купеческое слово“».
Проектированием и строительством здания по заказу Биржевого комитета в 1905–1906 гг. занимался техник Николай Александрович Дрягин. Кроме самой биржи, в здании работали буфет и ресторан, а в главном биржевом зале, где днем торговали мукой, в вечернее время проводились концерты и благотворительные балы (при бирже существовало благотворительное общество), а по праздникам для детей устраивались утренники.
Эклектичный фасад здания выделяется большими полуциркульными окнами второго этажа – это главный зал биржи. Три окна ризалита украшены сандриками в виде фронтонов с разрывом в нижнем горизонтальном карнизе на консолях; все пять оконных проемов украшает замковый камень. Всего на уровне второго этажа девять окон. Межоконное пространство занято импостами пилястр: центральную часть здания Дрягин выделил четырьмя пилястрами на уровне второго и третьего этажей.
Первый этаж отделен от второго тягой, парадный вход в центре постройки имеет полуциркульную форму и решен в виде портала. Над ним – лепнина.
Главный зал биржи изначально имел сцену, то есть планировался как театрально-концертный – на время торговых операций сцену отгораживали. Здесь прошло немало интересных собраний, концертов и представлений.
Торжественное открытие и освящение нового здания Калашниковской биржи состоялось 30 апреля 1906 г. По этому поводу одна из газет писала: «Освящение новой биржи. 30 апреля состоялось открытие и освящение нововыстроенного здания хлебной биржи Калашниковского общества. Бывший министр торговли М.М. Федоров приветствовал биржевое купечество, создавшее прекрасное здание биржи. Собрание по предложению г. Иконникова выслало на имя Председателя Государственной думы телеграмму, в которой присоединяет свой голос ко всеобщему требованию полной амнистии всем борцам за народную свободу». Кроме того, в этот день полиция обнаружила в Озерках тело священника Георгия Гапона, убитого «друзьями-эсерами».