Знаменитые петербургские дома. Адреса, история и обитатели

В завершение разговора о квартирантах доходного дома Кельдаля вспомним еще одного художника и графика, жившего здесь с 1905 по 1917 г., – Владислава Матвеевича Измайловича.
 
 
 В.М. Измаилович в мастерской 
Выпускник Центрального училища технического рисования барона Штиглица 1899 г., он еще в начале 1900-х гг. участвовал в выставках Санкт-Петербургского общества художников, завоевав несколько золотых медалей. Прекрасный портретист, Измайлович тем не менее прославился росписями интерьеров и реставрацией живописи Инженерного замка и Екатерининского дворца в Царском Селе. В 1914 г. Канцелярия Военного министерства заказала художнику портреты трех военных министров: В.В. Сахарова, А.Ф. Редигера и В.А. Сухомлинова.
Александр Федорович Редигер позднее вспоминал: «Было решено, что он меня изобразит в моем кабинете, стоящим у письменного стола с большим книжным шкафом за моей спиной. Свое дело он сделал быстро: 8 июня он снял с меня фотографии в разных позах; 11-го принес отпечатки для выбора; с 15 по 23 июня по рисунку, сделанному с фотографии, писал мой портрет акварелью, употребив на это в пять сеансов пять с половиной часов; сверх того он посвятил более двух часов столу и шкафу.
При стоявшей тогда страшной жаре, эти сеансы были весьма мучительны, так как приходилось для них одевать парадную форму
С этого акварельного портрета, приблизительно поясного, он должен был исполнить большой портрет масляными красками, пользуясь для изображения ног снятыми фотографиями; он только просил меня по окончании работы заехать к нему, чтобы он мог окончательно отделать портрет. Акварельный портрет был недурен, и я даже зондировал Измаиловича относительно его покупки по окончании им большого портрета.
Затем я долго не слышал ничего о портрете, пока Измайлович в июле 1915 года не заехал ко мне с просьбой, чтобы мы приехали взглянуть на него. По приезду в его мастерскую я был вполне разочарован: к поясному портрету он дописал ноги и так неудачно, что фигура получилась какою-то извивающейся; исправить это он не признавал возможным, в свою очередь, мне не было охоты ездить к нему позировать для окончания портрета, а потому я больше у него не бывал. Я слышал потом, что он этот портрет сдал в Канцелярию и его там повесили, но я его не видел и не знаю, каков он в окончательном виде».
После 1917 г. В.М. Измайлович стал одним из первых художников, рисовавших вождя революции В.И. Ульянова (Ленина) и его соратника А.Н. Луначарского с натуры. Кроме занятия живописью и графикой, художник много преподавал в различных учебных заведениях города. Работы мастера хранятся в Русском музее в Санкт-Петербурге, Государственной Третьяковской галерее в Москве и в других музеях страны.
 Жилой дом Литфонда 
  (Малая Посадская ул., 8)  
Жилой дом Литературного фонда, второе название которого – Писательский дом, расположен на Петроградской стороне, рядом с Александровским парком, на углу Малой и Большой Посадских улиц, прямо за знаменитым доходным домом И.Б. Лидваль.
Из общего числа описанных в настоящей книге исторических построек – это единственный дом, сооруженный в середине XX столетия, и второй из числа построенных в советское время. Но так получилось, что привлек внимание автора он не своей архитектурой, хотя и о ней мы поговорим, а историей жильцов, населявших дом все время его существования.
Дом, выделяющейся своим полукруглым фасадом, построен архитектором М.И. Саркисовым в 1953 (1955) г. в стиле неоклассицизма, который нынче гордо именуют сталинским, Сталинский неоклассицизм в большинстве построек можно именовать ложным классицизмом, что правильнее. Для отечественной архитектуры 1930-1950-х гг. вообще характерно смешение стилей и времен – империя была красной, а император происходил из семьи сапожника. Так что там, где ампир, там же барокко, классицизм и арт-деко, то есть эклектика.
 
Дом Литфонда появился уже на исходе увлечения псевдоклассицизмом, хотя и узнаваем этот стиль в брутальных колоннах и пилястрах нижней части здания и громоздких обрамлениях балконных дверей на четвертом этаже.
 
 
 Жилой дом Литфонда 
На первом и втором этажах можно наблюдать что-то похожее на руст. С левой стороны устроен арочный проезд во двор. Завершает постройку сильно вынесенный карниз кровли.
Архитектор предусмотрел размещение на первом этаже дома пошивочного ателье, принадлежавшего фонду. Оно появилось еще в 1934 г., и с 1955 г. располагалось в Писательском доме, обслуживая исключительно его обитателей – советских писателей. Говорят, что, кроме советских литераторов, здесь шили одежду и некоторые артисты – «Ленфильм» располагался рядом. На Малой Посадской ул., 4, находился и дом работников этой киностудии, из известных деятелей кино там жили режиссеры Г.М. Козинцев и Л.З. Трауберг.
Из известных членов Союза писателей в доме Литфонда жили Е.Л. Шварц, М.А. Дудин, Л.И. Раковский, Л. Пантелеев, С.С. Орлов, Б.М. Эйхенбаум, А.Л. Дымшиц, а из ныне живущих – Д.А. Гранин.
Знакомством с биографиями перечисленных обитателей дома Литфонда мы посвятим дальнейший рассказ. Начнем же с литературоведов Бориса Михайловича Эйхенбаума и Александра Львовича Дымшица.
Трехкомнатную квартиру на втором этаже с кухней и мусоропроводом семья Эйхенбаумов получила в 1955 г. так же, как семьи Шварца и Дымшица.
Как литературовед, Б.М. Эйхенбаум принадлежал к дореволюционной научной школе – именно тогда формировалось его мировоззрение, шли поиски профессии. В Советской России, в советской литературе он был чем-то неестественным, и Л.Я. Гинзбург в 1930-х гг. подметила это: «Борис Михайлович, вероятно, сейчас единственный историк литературы, который с научной целью занимается наукой. Он до сих пор пишет о самом для себя главном; и это выглядит старомодно». Может поэтому, темой своих исследований Эйхенбаум выбрал творчество Л.Н. Толстого.
Борис Михайлович родился в семье земских врачей в 1886 г., но детство и юность будущего историка литературы прошли в Воронеже. Закончив с золотой медалью местную гимназию, он поступает в Военно-медицинскую академию в Санкт-Петербурге, затем переводится на биологическое отделение Вольной высшей школы П.Ф. Лесгафта, но в 1907 г. уходит оттуда и поступает в Музыкальную школу Е.П. Рапгофа и, одновременно, в Университет на историко-филологический факультет. Наконец определившись с профессией, он остается изучать филологию и получает университетский диплом в 1912 г. Музыку и медицину Эйхенбаум оставил навсегда.
Первое свое впечатление от Санкт-Петербурга Б.М. Эйхенбаум записал так: «28 августа 1905 г. я впервые вышел из дверей Николаевского вокзала на Знаменскую площадь…
 
 
 Б.М. Эйхенбаум 
Мне думалось, что Петербург – не то огорожен, не то вознесен над окружающим его пространством полей, лесов, огородов; что от вокзала к нему должна вести особая дорога, которая приводит к каким-нибудь грандиозным аркам. Это было разочарование провинциального юноши: даже у нас в Воронеже с вокзала надо проехать предварительную улицу, чтобы попасть на Большую Дворянскую. <…> Серожелтое небо, коричневая грязь, грязные конки, черные зонтики, черные верхи извозчичьих пролеток и однообразная линия бесцветных домов – вот и весь ландшафт. Ни холмика, ни луча солнца – и ни одного знакомого. Все заняты своими делами, а я? Зачем я приехал сюда? Как сживусь я с этим городом, с этими людьми? Я забился в угол пролетки и со страхом смотрел на движение людской толпы».