Знаменитые петербургские дома. Адреса, история и обитатели
Милий Алексеевич Балакирев
Первые подобные заведения появились в Санкт-Петербурге во времена императрицы Екатерины II. Своим членам они предлагали превосходную кухню и развлечения – в основном игру в карты. Недаром девизом Английского собрания образца 1770 г. стали слова: «Concordia et laetitia» – «Согласие и веселье». Кроме столицы, Английский клуб действовал в Москве, причем там он просуществовал без особых потрясений до начала XX столетия. В Петербурге все было гораздо скромнее и проще, хотя и здесь в Английском клубе отдыхал и общался высший свет. В доме Юсуповой это закрытое заведение просуществовало непродолжительное время. Говорят, членом клуба тогда являлся писатель Н.А. Некрасов, посещавший неоднократно заседания в доме на Невском пр., 86, и любивший играть здесь в карты.
Довольно долго в одном из флигелей дома, в квартире № 64, жил композитор Милий Алексеевич Балакирев, родившийся в Нижним Новгороде и оказавшийся в Санкт-Петербурге в 1855 г. в возрасте 19 лет. В доме Юсуповой, вернее, в доме Бенардаки, композитор жил с 1865 по 1873 г. За это время Балакирев активно участвовал в музыкальной жизни России. В 1867–1869 гг. он дирижировал оркестром Императорского Русского музыкального общества, иногда вместе с Гектором Берлиозом. При участии хорового дирижера Гавриила Якимовича Ломакина он создал «Бесплатную музыкальную школу», где с января 1868 г. занимал административную должность директора. В названной выше квартире композитор написал Чешскую увертюру, создал первую часть 1-й симфонии и работал над сборником «Сорок русских народных песен для голоса с фортепиано», вышедшим в 1866 г.
Квартиру Балакирева часто посещали знаменитые музыканты М.П. Мусоргский, Н.А. Римский-Корсаков, А.П. Бородин и Ц.А. Кюи.
Будущая писательница княгиня Мария Васильевна Волконская, бравшая уроки у М.А. Балакирева, вспоминала позднее: «Он мне не нравился. Среднего роста, широкоплечий, с густыми, зачесанными кверху темно-русыми, длинными волосами, густой темно-русой бородой и усами, в сереньком клетчатом пиджаке и в таком же нижнем платье, – он не походил ни на одного из тех людей, которых я знала…».
Но шло время… Балакирев занимался с юной Волконской фортепиано, и отношение ученицы к своему учителю изменилось: «.. когда он уходил от меня, я подходила к окну и смотрела, ждала, чтобы он появился на левой стороне Владимирской площади (мы жили в доме Ремесленной управы, выходящем на площадь, Б. Московскую и Загородный пр.) у булочной Вебера, а когда он появлялся в своем стареньком поношенном пальто, в круглой суконной шапочке и в ярко-малиновых вязаных перчатках, в которых он изредка шевелил пальцами опущенных и широко отставленных от туловища рук, – я долго с жалостью, нежностью, умилением и благоговением смотрела ему вслед…».
Т.А. Юсупова
Семья Юсуповых владела зданием до самой революции, а покупателем участка выступил князь Николай Борисович Юсупов-младший, последний из рода Юсуповых по мужской линии. История его жизни, особенно брака с родной племянницей, более походит на авантюрный роман с тайным венчанием, разлукой и трагедией в итоге. Стены дома стали свидетелями многих событий, связанных с семейной жизнью Н.Б. Юсупова.
Свою будущую супругу, графиню Татьяну Александровну Рибопьер, приходившуюся близкой родственницей, Юсупов знал с детства, а любовные чувства между ними вспыхнули в начале 1850-х гг. Когда стало ясно, что молодые люди не могут жить друг без друга, Николаю Борисовичу шел 25-й год, его кузине исполнилось 23 года. Официального венчания возлюбленным не полагалось – церковь считала брак между родственниками греховным. Активно противодействовала этому союзу мать Юсупова, сумевшая добиться осуждения всей этой истории со стороны императора Николая I. В итоге стало ясно, что, пока жив государь, возможности создать семью у Н.Б. Юсупова и Т.А. Рибопьер не будет. Время подтвердило это предположение. Лишь после кончины царя в 1855 г. и вступления наследника Александра Николаевича на русский престол Юсуповы тайно обвенчались. Святейший синод начал было расследовать дело о незаконном венчании, но император Александр II повелел оставить все без последствий.
Н.Б. Юсупов
Летопись борьбы за любовь двух молодых людей сохранилась в дневниках генерала Леонтия Васильевича Дубельта: «Март 25. Дошло до сведения Государя Императора, что князь Юсупов, влюбленный в свою двоюродную сестру, дочь Рибопьера, хотел похитить ее и тайно жениться на ней. Его Величество, желая предупредить несчастье, как для Юсупова, так и для девицы Рибопьер, повелел арестовать его и немедленно отправить на службу в Тифлис. Князю Юсупову намерены были способствовать в похищении девицы Рибопьер князь Гагарин и Воейков. <…> Март 30. День Святые Пасхи. При Дворе был большой выход. Христосовались с Государем Императором. Государыни Императрицы не было. Насчет отправления в Тифлис князя Юсупова носятся неблагоприятные толки: какое-де дело правительству вмешиваться в семейные дела! <…> Апрель 20. В марте князь Юсупов был отправлен в Тифлис. По этому делу Княгиня Зинаида Ивановна Юсупова (мать Н.Б. Юсупова. – А. Г.) была встревожена следующим случаем: обер-камергер Рибопьер начал выражать ей свое неудовольствие за то, что взаимная привязанность ее сына и его дочери дошла до сведения Государя, и сказал княгине, что их дети могли бы обвенчаться, а если бы этот брак не был признан законным, то потомки князя Николая Борисовича Юсупова могли бы носить фамилию Рибопьеров, которые так же знатны, как и фамилия Юсуповых. Тут Александр Иванович Рибопьер начал требовать, чтобы княгиня Юсупова сказала, кто тот молодой человек, который обнаружил эту тайну, и когда княгиня ему в этом отказала, то он грозил ей кулаками, кричал, что он член Государственного совета, что он в голубой ленте, что ежедневно бывает с Государем и Государынею и что наделает ей много вреда. Княгиня Юсупова не назвала предателя…».
З. Н. Юсупова
Дом на Невском проспекте стал неплохим подарком Татьяне Александровне, но, увы – она недолго радовалась этому приобретению. В январе 1879 г. Юсупова умерла в возрасте 50 лет. У Николая Борисовича остались дети: Зинаида и Татьяна, старшей дочери Ольге уже 20 лет. Младшая дочь Таня, которую в семье звали Таник, напишет в своем дневнике: «Горит ночник. Я боюсь остаться одна! Последние слова Мама: „Еще четверть часа! Боже мой!“. Мама нас благословила, всех троих, в последний раз. <…> Папа дает мне кольцо Мама. Я умираю от горя».
Через девять лет после кончины любимой супруги он потеряет и младшую дочь, названную ее именем. Татьяна Николаевна скончается в возрасте 22 лет от тифа. За несколько месяцев до трагедии она написала пророческое стихотворение:
Их парус – апреля сияющий свет,
Звезда его путь охраняет.
Мой парус, напитанный влагою слез,
В далеких волнах исчезает…