Элизия (СИ)

Больница Жоржа Помпиду. 3 марта 2011 года.
— Черт побери — закричал я очнувшись ото сна. Знаете, что со мной происходило? Я начал смотреть очередной ролик, который был представлен на меню в телевизоре и спустя некоторое время отключался, потом я просыпался и я помнил все, все досконально и мне было от много тошно. И вот сейчас, я снова очнулся в этой чертовой гостиной, от которой уже тошнило, на этом чертовом диване и с этой кружкой, или пультом в руках. Меня бесило все, все в этом доме. Здесь не было ничего, что как мне казалось помогло бы мне открыть себя и заново проснуться. Но какой то безумный сукин сын, а точнее я, сделал себе вот такие напоминания, где в каждом таком напоминании или воспоминании, были ключи. Я не знаю как работает подсознание, ведь я не ученый, но судя по голливудским фильмам оно работает именно так: какой-то идиотпопадает в кому и после этого пытается из нее выбраться, он начинает везде видеть те предметы, которые в итоге помогут ему вспомнить что было и вот когда он каким-то чертовым образом, который непонятен никому, находит последний кусок головоломки, он просыпается. Вроде бы все понятно, кроме одного, как мать вашу, мне нужно разбросать ключи, чтобы все собрать и каким образом они вообще должны быть разбросаны и самый главный вопрос. Какого черта я не могу просто взять и собрать всю головоломку на одном столе и просто сложить ее как пазл, зачем мне терять сознание и падать с лестницы, и в этот момент видеть фрагмент моей жизни. Да как оно мне может помочь, если я в чертой коме, лежу где-то в палате, мимо которой постоянно кто-то проходит, а я лежу, хожу под себя и все думают что это нормально. Вы даже не представляете себе какими выражениями вы можете изъясняться в своей голове, когда вас никто не слышит и знаете, это самое ужасное чувство и ощущение. Вы можете кричать, плакать, бить стену, в общем, делать все что хотите и всем будет плевать, потому что вас никто не слышит и не видит, но зато ваше тело они моют и заботятся о нем, но все прекрасно понимают, что тебе наплевать на это. Да, ты чувствуешь, как они все это делают и от этого становится еще хуже, потому что ты чувствуешь себя бесполезной кучей мусора, которая ничем не может помочь и это ужасно. Я не знаю как там думают остальные мои друзья коматозники, что вероятно тоже лежат рядом со мной, или в других палатах, но реально охото умереть, чтобы больше не выносить всего этого. Но знаете, было бы намного лучше и я думаю многих посещала эта гениальная мысль, если бы в состоянии комы, был некий вай фай, с помощью которого друзья коматозники могли бы общаться между собой, так хотя бы было интереснее. Представьте, вы сидите и ноете на диване, потому что вы в чертовой коме и тут, на тебе, из стены выходит какой-то девяностолетний старик, который повидал больше вашего, садится рядом и успокаивает — ведь так намного легче. Или скажем, проснулись вы после очередного до жути прекрасно сна про прошлое, где вам показывают какой вы ужасный человек и значит не находите себе место, и тут такие хм, «а не пойти бы мне в гости» и раз, входите в портал, дверь, в общем без разницы, и попадает в какой нибудь ночной клуб для коматозников, где всех впускают и где один и тот же дресс-код. — Больничная пижама и единственное что отличается, так это в горошек ли она, или просто однотонная. И вот, все вы отрываетесь, слушаете музыку, которую крутит такой же коматозник, только раньше он был диджей и все счастливы. Вы клубитесь сколько ходите, ведь вы не знаете что сейчас, день или ночь, вам наплевать на это, а возможно вы даже встречаете какую-нибудь знойную коматозницу и удаляетесь с ней в этом чертовом мире. Возможно все и вас никто не осудит, согласитесь, если бы такое было возможно, то было бы всего две всего два нерешенных вопроса: выбраться наружу и прокричать всем «мать вашу, я вернулся», после этого расцеловать всех и сказать как вы всех любите, или же остаться здесь и клубиться до тех пор, пока ваша нервная система не откажет и вас не отвезут в морг, где вы снова переходите в другой мир и живете дальше, при этом, не имея каких либо особых проблем. Думаю все поиски ответа в таком состоянии и сводятся лишь к этим двум вопросам, выбраться или не выбираться и остаться здесь, и какой вы выберите, зависит только от вас. Либо да, либо нет и никто не назовет вас трусом или неудачником, о вас скажут,
 
«он был храбрым и мужественным, он боролся до последнего».
Париж. Дом Этьена 23 октября 2010 года.
— Этьен ты всегда пьешь этот чай? Ты пробовал другие сорта? — Девушка слегка улыбнулась и сделала глоток чая.
— Чай сравним лишь с девушками, либо он хорош, либо нет, мне не нравятся другие сорта, потому что я уже нашел свой идеал.
— Это достаточно мило прозвучало, Этьен.
— Главное что это правда. — Я улыбнулся и взяв в руки кружку своего любимого чая, сделал глоток.
Девушка, самая милая и прелестная девушка и сейчас она была вместе со мной на кухне в моей полосатой рубашке. Мы пили чай и обсуждали все на свете, прекрасное время. Многие наверное подумают что лучшие происходит в постели, когда все сливается в едино и порыв, и чувства, и конечно же наслаждение, но знаете, проснуться утром вместе, а после завтракать и наслаждаться каждым мгновеньем вне постельных сцен, ничем не хуже.
— Ты один тут живешь?
— Да, в основном один, каждые два дня приходит горничная, но не более.
— И тебе нравится жить в огромном доме одному?
— Нет. — Я слегка усмехнулся. — Но, я надеюсь что я больше не буду так одинок в этом доме.
— И это конечно же было адресовано мне. — Она слегка улыбнулась и поставив кружку на стол, встала со стула и подошла ко мне.
— Здесь нет никого кроме тебя. — Слова которые я только что произнес, были сказаны с таким трепетом в душе, что мне стало не по себе.
Девушка подошла ко мне и обняла, а я наклонив голову, произнес — теперь мне никто не нужен кроме тебя, я совершил много плохих поступков, но…
— Но не стоит разрушать этот момент признанием. — Ответила она. — Я не хочу слушать о том что ты совершил плохого и что ты не заслуживаешь счастья и любви, не будем об этом, ведь все это в прошлом, а важно лишь настоящее.
— Спасибо. — Тихо прошептал я.
Девушка немного потянулась и поцеловала меня в губы. Это был один из самых приятных поцелуев в моей жизни, вкус ее губ вперемешку со вкусом ароматного напитка с добавлением теплоты — идеальный коктейль для поцелуя.
— Я люблю тебя Этьен.
— Моя милая, я тоже люб…
Париж. Больница Жоржа Помпиду. 5 марта 2011 года.
— Да твою мать! — Закричал я. — Сколько все это может продолжаться. Снова и снова, каждый раз как я хочу назвать ее имя, меня снова приносит обратно в гостиную, да что с ней такого связано? Как только я подбираюсь к этому моменту имени, меня сразу же что-то выталкивает. — Я все это произнес в слух, а точнее прокричал, после чего понял, что я нахожусь не в гостиной, а на втором этаже. «Что случилось? Почему я очнулся здесь и как я впал в сон?». Это были мои мысли, раньше когда я впадал в сон, то я чувствовал это, теперь все было стремительней, что-то происходило, возможно это лекарства, возможно мое состояние, но что-то толкало меня вперед все быстрее и быстрее. В такой ситуации чувствуешь себя кроликом в подчинении у идиота фокусника, вот он толкает тебя в шляпу где погано пахнет, так как кроликам всегда очень страшно и они не довольны этой дешевой шляпой, либо потом он тебя от туда вытягивает за уши, под аплодисменты, а ты от страха уже сделал свое дело и широко раскрытыми глазами пытаешься понять что еще нужно этому извращенцу. Примерно такое состояние было и у меня, я не понимал что происходит и от этого было страшно, и я не знал что будет дальше. Либо меня снова толкнут в воспоминания, либо вытащат из этой псевдо реальности и отправят в другую, так как в этом мире, если я правильно понял, есть определенные правила, которые абсолютно не похожи на наши и согласно этим правилам, тобой могут распоряжаться как кроликом до тех пор, пока не наиграются.