Мой несносный фамильяр (СИ)
— Так о чем вы хотели поговорить? — Пристальный взгляд старухи его, мягко говоря, напрягал.
— Дамиан, я хотела попросить тебя быть осторожнее.
— О чем вы?
— Элина, — коротко обозначила она. — Будь с ней осторожен. Ей всего двадцать лет. Она молода и девушки в её возрасте склонны быстро влюбляться. Ты проводишь с ней больше всего времени и, — покачала головой, — я беспокоюсь, чтобы ваша привязанность друг к другу совершенно случайно не переросла в нечто иное. Понимаешь, о чем я?!
41. Она
Я сидела на камне, на котором ранее важно восседал несносный фамильяр и ждала, собственно, его, ну и бабушку. Ума не приложу что она удумала и о чем решила поговорить с Дамианом. Боги, хоть бы она не стала свидетелем наших с ним заигрываний.
Когда я очередной раз подняла голову по направлению, в котором они уходили, наконец-то увидела Дамиана. Без бабушки. Пока он шел, я пыталась уловить его настроение. Фамильяр раздражен, читался гнев и виделись нехорошие отблески досады.
Спрыгнув с камня, подбежала к Дамиану и, остановив взяв за руку, взволнованно спросила:
— Ну что? О чем говорили?
— Бабулька переживает, что я настолько красив, что твоё женское сердечко будет влюбленно трепетать не при виде наследного принца, а. меня, — глаза заискрили, будто в них пылал огонь, сорванный с самого олимпа.
Я подавилась собственной слюной от такого безобразия!
— А ты ей что?
Ах, зная какой Дамиан мерзавец редкостный, хоть и красивый, как демон, то наговорить мог, что угодно.
— Что сердечко вашей внучки не будет, а уже трепещет при виде меня.
Смущение забурлило, как вода в чайнике, ещё немного — и пар с ушей пойдет.
— С ума соше-е-ел?
— Ну давай, — Дамиан гаденько улыбнулся, — скажи, что это не так.
Пар таки из ушей пошёл.
— Конечно, не так! Ты меня бесишь вообще.
— Ладно, моя бешенная кошечка с амбициями львицы, пойдем во дворец. Сегодня же нас хотел собрать король для какого-то важной новости.
— Кошечка? Львица? — пораженно переспрашивала я, глядя на ровную удаляющуюся спину фамильяра.
— Не отставай, красавица.
— Обещаю, когда стану сильнее, ты пожалеешь!
— В очередь. Меня прибить ещё Шайенн грозился.
Я рыкнула и зашагала за наглым, ну очень наглым фамильяром.
* * *
Его величество собрал всех в небольшом помещении, где был только большой круглый стол. У окна сидел король, по правую сторону Джерард, хмуро пялящийся на меня, и Шайенн, вот у него глаза блестели. С левой стороны сидела бабушка, причем вид у неё был ну таким важным, будто в Ларккане не король главный, а она.
— Дамиан. Элина. Пожалуйста, садитесь, — предложил его величество, но тут вмешалась бабушка:
— Нет-нет-нет. Пусть Элина сядет рядом с будущим мужем.
— И правда, — поддержал король. — Элина, сядь рядом с Джерардом. Шайенн, а ты вставай давай.
Что ж… я опустилась на стул рядом с Джерадом. Мы с наследным принцем переглянулись, но я почти сразу отвернулась, потому что глаза его синие затягивали, как водоворот. Пугает меня его интерес. К Кариссе пусть валит.
— До чего ж красивая пара, — восторгалась бабушка, причем так наиграно, аж раздражает.
— Согласен, — кивал король.
Я потёрла виски, сдерживая себя, чтобы не высказать, о чем думаю. Дамиан заметил и ядовито усмехнулся. «Иди ты далеко и надолго», — без звука сказала я одними только губами, фамильяр смог прочесть по ним, поиграл шаловливо бровями, а потом, когда король начал говорить, сделал ну максимально серьезный вид, будто в голове интегралы вычислял.
Нужно уже планировать свадьбу.
— Правильно! Чего тянуть? — перебив, вставила бабушка.
— Так вот, — вздохнул его величество, — свадьбы на Земле и в Ларккане сильно отличаются — это я сделал вывод, после разговора с твоей бабушкой, Элина. Так же у нас есть один важный обряд, называется «Цветок для единственного»…
Я закатила глаза, догадываюсь что за обряд с таким приторно-сладким и даже смешным названием. Хотелось в ладоши себе похлопать, когда я, «экстрасенс великий», оказалась права, и король договорил:
— То есть публичная демонстрация "чистоты" будущей королевы. Это очень важно! Поэтому у меня немного неудобный вопрос к тебе, Элина. Ты ведь. невинна?!
42. Она
— Обижаете, ваше величество, — расхохоталась бабулька, — она у меня девочка правильно воспитанная и приличная, а ещё.
— Нет. Не невинна, — черство обрубила я.
Настала тишина. Гробовая, жуткая, аж в ушах звенело от такой глухоты. Бабушка моя побледнела, на ведьму стала похожа. Уверена, ещё и проклятий про себя отпустила там.
Король помрачнел и погрузился в себя.
Джерард хлопнул по столу и спросил:
— Ты уже была с мужчиной? — потом нагнулся угрожающе и просто-таки просверлил глазами.
— Да, — откинулась на спинку.
— Как ты могла? — проныла бабушка. — С кем ты успела? Я же воспитывала тебя в строгости!
— Так бывает, когда запрещают слишком много, — пожала я плечами, ничуть не волнуясь о всеобщем негодовании. — Про райское яблоко, Адама и Еву историю помнишь?!
— Значит, Адам, — сквозь оскал злостно протянул Джерард.
Закатив глаза, подумала: «Пусть будет Адам. Устану объяснять, да и не поверят».
— Быть не может. — бабушка задыхалась в отчаянии.
— Ну, а «чо»? Двадцать первый век на Земле, свобода действий, никто никому ничего недолжен.
— Как ты могла быть с мужчиной. до брака? — спросил кронпринц ну с таким лицом, будто кто-то умер.
— Расстроен, что моя роза не для тебя цвела?
Элина! — с укором гаркнула бабушка.
Я прищелкнула язычком и перевела на неё равнодушный взгляд.
— Выбирай выражения!
— Хватит, — заступился Шайенн. Принц поднялся из-за стола и сказал: — она с Земли, там другие взгляды на всё это. Вы, отец, Дамиану приказали перенести Элину в Ларккан, почему же теперь удивляетесь, что она отличается от наших девушек?
Снова я посмотрела на Шайенна другими глазами. Какой же он… замечательный. Чуткий, понимающий, готовый принять меня любую, в отличии от того же Джерарда.
А Дамиан?!
Я украдкой глянула на фамильяра. Он. смотрел на меня и, почесывая подбородок, ухмылялся. Кажется, его совсем не волнует кто у меня был до него — настолько он уверен в себе, как в мужчине. Дамиан всё про себя понимает, оттого и ревность к прошлому девушки считает глупостью.
— Позор, — хмуро процедил его величество. — Позор, Элина. Нам придется обмануть весь Ларккан в твоей чистоте.
Все притихли и только я не ощущала угрызения совести:
— Не мои проблемы.
— Вон! — приказал яростно король.
Здесь-то коленки затряслись. Его величество был очень взбешен!
— Вон! — повторился он и указал на выход пальцем.
Мне ничего не оставалось, кроме как встать и выйти.
43. Она
Требовательный стук в дверь повторился.
— И кого там нелёгкая принесла?! — пробубнила я, даже не пытаясь встать, чтобы открыть назойливому гостью. Вместо этого махом оглушила бокал бардового напитка.
Опять стук.
Я ворчливо промычала, покачиваясь поднялась с кровати и поплелась к двери. Открыла. В коридоре стоял и гневно пялился фамильяр. Я вздернула носом, мол «чо уставился», а потом отступила, как бы приглашая его пройти. Дамиан молча прошел внутрь.
— И что ты устроила?!
Мною был оглушен очередной бокал, а сама бутылка полетела на пол.
Отдыхаю! — весело заявила я.
— Прекрати, — строго попросил фамильяр и отнял вторую по счёту бутылку, которую я старательно пыталась открыть. — Это плохо и вредно.
— Знаю, — проныла я и, шмыгнув носом, призналась: — просто я уже так не могу…
— Как?
— Да вот так, — развела руки по сторонам, показывая весь масштаб проблем в моей жизни. Что уж! Вся моя жизнь после перехода в Ларккан — одна сплошная проблема. Я продолжила: — предательство бабушки, предательство мамы. Я рассказывала тебе? Мама же вычеркнула меня из жизни, ждёт двойняшек, а про меня и не вспоминает. Мерзко на душе, ужас. Не знаю, как держусь. А в Ларккане сколько пережила уже? Не будь тебя, Карисса бы уже давно от меня ничего не оставила.