Какой придурок вызвал демона?! (СИ)

— Так ты это специально? — наконец дошло до него. — Чтобы я разозлился?
Он отчего-то снова покраснел, искоса разглядывая меня. Может, комплексует?
— Нытьё мне в любом случае не нравится, — отрезал я, направляясь в ванную комнату. — Позавтракаем и отправимся в это ваше Министерство Магии.
  
Глава 4. Мир магов и магии
 
— Наруто, а ты уже убивал? — спросил меня Гарри, когда я положил в рот кусок жареного хлеба.
Мы ели завтрак, приготовленный Кричером. Из того, что было на большой тарелке, я узнал только хлеб, яйцо и свинину, которая была пожарена тонкими полосками и хрустела. Но ничего так, съедобно и довольно сытно. Правда, разговоры за едой специфические.
— Угу. Убивал, — прожевав, кивнул я. — Но это были плохие парни…
— Так их много было? — продолжил снова слегка побледневший и заметно занервничавший «местный спаситель».
— Да кто их считает, — пожал плечами я. — В основном нукенины — это отступники или бандиты. У последнего парня, которого я убил, было пять сердец, два из которых смогли уничтожить мои товарищи. Про пять сердец они узнали только в процессе боя, так что было жарко. В прямом смысле жарко. Он устроил огненный шквал, чтобы их накрыть… Мы с командой поддержки вовремя подоспели, и я мочканул страшилу своей последней техникой, — я улыбнулся, вспомнив, что Ино после этого приходила ко мне в больницу, блондинка взяла ночное дежурство, чтобы «поблагодарить за спасение».
— Пять сердец… — кажется, Гарри чуток охренел.
— Он прожил очень долго, заменяя свои сердца. Так долго, что дрался ещё с Первым Хокаге нашей деревни, — припомнил я, что знал о том «бессмертном» из «Акацуки»… Сейчас и имя забылось, то ли Зукуку, то ли Кузуку… Неважно.
— Хокаге? Это тот, кем ты хочешь стать? — чуть улыбнулся Гарри.
— Да, Хокаге — это самый сильный и уважаемый шиноби деревни, её лидер и главнокомандующий. «Хо» — означает «огонь», а «каге» — «тень», это что-то вроде титула. Есть ещё Мидзукаге, Цучикаге, Райкаге и Кадзекаге. Кстати, сейчас мой друг Гаара занимает пост Пятого Кадзекаге. А мой отец был Четвёртым Хокаге… Он погиб, пожертвовав собой, спасая меня и деревню.
— Мне жаль… — протянул Гарри.
— Жаль? — удивился я. — Чего тебе жаль?
— Ну, так просто говорят, сочувствуют утрате, — пояснил он, хлопая глазами.
— Я горжусь тем, что сделал мой отец. Я горжусь им. И если ради этого поступка мне суждено было стать сиротой, пусть так. Поэтому я тоже хочу стать Хокаге, чтобы продолжить дело моего отца и защищать деревню и весь мир, если потребуется. Не стоит меня жалеть. Жалеют только слабых неудачников, а я не такой! — и всё-таки он меня чуток вывел из себя, это прямо талант какой-то, так только Саске мог, и то не всегда у него получалось…
— Извини, — буркнул Гарри, уткнувшись в чашку с чаем.
Чай был чёрный и слишком крепкий на мой вкус. Домовой эльф поставил передо мной ещё один чайничек, и по аромату я уловил, что там заварен зелёный с жасмином. Самое то, чтобы успокоить нервы.
— Благодарю, Кричер, — кивнул я, наблюдая, как в новую кружку со смешной петелькой на боку он наливает чай.
— Кричер просит прощения за хозяина Гарри, — пробормотал эльф. — Хозяин Гарри не хотел обижать великого воина.
— Хозяин Гарри сам может за себя говорить! — возмутился волшебник, прикрикивая на эльфа, который поджал свои большие уши, недовольно зыркая на него.
— Значит, говоришь, трудное детство у злых родственников? — хмыкнул я, посмотрев на волшебника, и перевёл взгляд на насупившегося эльфа. — Заметно…
Я вышел из-за стола, оставив красного и что-то булькающего Гарри.
* * *
— Отличная маскировка, — похвалил я.
Гарри второй раз удалось меня удивить тем, что дом, в котором он жил, пропал между двумя другими, стоящими сплошной стеной.
— Меня могут узнать, я очень известный в магическом мире, — вздохнул волшебник, накидывая на вихрастую голову капюшон толстовки и становясь похожим на Абураме Шино, только у того очки поменьше и тёмные.
 
Повертевшись и заценив одежду прохожих, я сделал хенге. Не стоит выделяться в этом мире чёрно-рыжим костюмом шиноби с протектором деревни на лбу. Впрочем, протектор я снял и положил в заплечный рюкзак, который притащил Кричер, также сложил туда мои подсумки со свитками, печатями и оружием. Разве что кунай, который у меня в рукаве припрятан, оставил, его всё равно не найти.
Теперь на мне красовались чёрные плотные штаны с ремнём, оранжевая футболка и тёмно-серая толстовка на молнии, а вместо ниндзя-ботинок появились кеды, которые отличались тем, что были полностью закрыты и со шнурками. Нечто похожее было на Гарри. Англия оказалась не самой тёплой страной, где мне довелось побывать, и уже с утра над городом висели тучи. Мрачное местечко, да и архитектура не самая радужная. Эх, где ты мой «курорт» на острове Черепахи?! Пусть там куча всего ядовитого, большого, зубастого и опасного, но тепло было.
— Давай я на тебя своё хенге накину, а то с капюшоном как-то перебор, ты так, наоборот, слишком много внимания привлекаешь, тем, что пытаешься скрыться, — сказал я. Он кивнул и снял капюшон.
— Всё, — я смотрел на парня передо мной. Всего-то убрал очки, шрам и сделал его волосы чуть светлее и рыжее.
— Ого! — вернулся ко мне от зеркальной витрины магазина Гарри. — И как долго продержится это оборотное зелье?
— Это скорее иллюзия, могу держать её, пока требуется. Главное, чтобы тебя никто не ранил и не нарушил оболочку. И держаться ко мне поближе, метров до десяти. Вообще, подобное можно было бы организовать с помощью парика или краски для волос и грима. А очки купить в менее приметной оправе или тёмные. У нас хенге умеет каждый шестилетка делать, так что это в основном для баловства. Сильные шиноби легко распознают, есть ли на ком-то хенге. Ниндзя на заданиях чаще всего используют другую маскировку, гримируясь.
— А ты тоже изменился, — вглядываясь в моё лицо, сообщил мне Гарри. — У тебя эти полоски на щеках пропали и, кажется, волосы стали темнее.
— Н-да, ты очень наблюдательный, — хмыкнул я. — Ну не светить же мне здесь своим ярко-золотым блондом. Я, пока мы стояли на улице, ни одного блондина не заметил, все или тёмно-русые, или каштаново-рыжие, в лучшем случае рыжие или светло-русые. Не говоря уже о том, что я не увидел никого, например, с розовыми, зелёными или синими волосами…
— Так твоя подруга Сакура… у неё что… Это настоящий цвет волос? — челюсть волшебника чуть не упала на мостовую.
— Ага. Но это всё равно редкость… У моей матери были ярко-красные волосы, цвета крови… Её из-за этого прозвали «Кровавая Хабанеро»…
— У моей матери были рыжие волосы, а глаза как у меня, в остальном, все говорят, что я вылитый отец, — пробормотал Гарри.
— Ну да, знакомо, — улыбнулся я. — Ладно, пошли в твоё Министерство.
* * *
Лондон оказался очень заселённым городом. Толпы и толпы. И, по моему мнению, Гарри не очень хорошо в нём ориентировался, потому что купил карту.
— Я… Редко бывал в Лондоне, родственники чаще оставляли меня на Тисовой улице, а потом я поступил в Хогвартс, где учился весь год, кроме лета, — словно оправдываясь, сказал он. — И знаю только некоторые адреса… И то до многих из них я добирался с сопровождением или при помощи камина…
— Да ладно, — пожал я плечами, посмотрев в окно. — Мне интересно посмотреть, как живут другие страны. Странно, что ты не попросил Кричера нас перенести туда, куда надо, раз уж эльф принёс тебя от родственников в тот дом.
 
Гарри замер, криво улыбнулся и потёр шею.
— Я как-то не подумал об этом. Я ещё не привык к тому, что могут эльфы.
В это время мы уже ехали с ним на том, что Гарри назвал «автобус». Железная машина на колёсах. Забавная штука, только очень медленная. Но зато можно сидеть и ничего не делать. Я теперь понял, почему волшебники такие задохлики.
— Возьмём из моего сейфа денег, а то у меня немного осталось, и мне из банка уже давно письмо пришло насчёт наследства Блэков, но я всё никак не решался выйти из дома, — сказал мне Гарри. — Попросим кого-нибудь открыть нам проход на Косой переулок… А то ты же знаешь, я не могу пользоваться палочкой летом…