Какой придурок вызвал демона?! (СИ)
Короче, я от этого мира вообще фигею. Семь тысяч языков!
— И письменность у них тоже разная? — уточнил я.
— Да, — усмехнулся сенсей.
Видимо, рад, что я не оказался таким уж гением…
— Домывай посуду, и я тебе покажу несколько книг на разных языках.
— Хорошо, сэр! — Уф! Ну, хорошо, что он всё-таки решил меня у себя оставить! Значит, живём!
Глава 11. Вавилонская башня
16 августа, 1988 г.
Англия, Коукворт, Тупик Прядильщиков, дом Северуса Снейпа
— И всё-таки люди создали себе кучу проблем, когда придумали такое огромное количество языков, — заявил я, проглотив «в вашем мире».
Сенсей доказал мне, что про языки — чистая правда. Он показал книги. Там ещё и буквы отличались кардинально! Он называл их «латиницей», «кириллицей» и «рунами». В каждом языке своя азбука, свои слова, свои написания и правила написаний этих слов! Жуть просто. Снейп-сенсей сказал, что даже на территории Великобритании, в которую входит Англия, есть парочка языков и своих диалектов.
— У магглов есть библейская легенда о Вавилонской башне, — хмыкнув, сказал мне учитель. — В ней говорится, что когда-то язык всех народов был един, точнее, в стародавние времена и народ был один. И однажды люди захотели построить огромную башню, высотой до неба. Своей гордыней они прогневили Бога, и тот дал каждому из строителей свой язык, чтобы люди не понимали друг друга. Из-за этого строительство башни прекратилось, а люди разошлись по свету, появились народы, а у каждого народа — свой язык.
— М-м… — интересно, имя этого Бога не «Пейн» случайно? Как-то очень жестоко за простую башню. — То есть Бог боялся, что люди дойдут до небес, достанут его, и он больше не сможет быть Богом? — спросил я.
— Хм-м… — задумался Снейп-сенсей. — Думаю, что эта история подразумевает что-то вроде того, что невозможно стать равным Богу.
Ага, знаю я парочку с «божественной силой» — все плохо кончили.
— Но если Бог помешал дойти людям до себя и посмотреть, что он из себя представляет, значит, дело тут нечисто, — заявил я. — Потому что иначе, если бы люди дошли до него и увидели, то точно бы сказали, что есть Бог, и всяко преклонились бы перед его величием и всё такое…
— Хм… Теологические диспуты — это не моё, — на полсекунды улыбнулся сенсей. — Но в твоих словах есть некоторый смысл. Волшебники не религиозны, как магглы. Потому что большая их часть может делать то, что магглы приписывают различным Богам и Мессиям.
— То есть, теоретически, тем Богом из легенд мог оказаться какой-то очень крутой волшебник? — уточнил я.
В принципе, шиноби в этом смысле схожи с магами. Мы надеемся на собственные силы. Даже «Воля Огня», которая считается чем-то вроде религии, это — вера в принципы деревни, оглядка на старое поколение, покровительство и обучение молодых. Кодекс шиноби, наконец, со своими правилами и законами. Но никак не слепая вера в какого-то дядечку в небесах, который будет указывать, как людям жить и что делать. Поэтому все Страны и Скрытые деревни, несмотря на разногласия и старые обиды, по-быстрому объединились, когда появился очередной «божественный вершитель судеб»…
— Возможно, — пожал плечами Снейп-сенсей. — У нас поминают Мерлина, Мордреда и Моргану, чьи имена и деяния столь велики или столь ужасны, что их помнят и по прошествии тысячелетий.
Ага, кто-то вроде Рикудо-сэннина. Самого крутого и легендарного шиноби, который, как говорят, был родоначальником Великих кланов, к которым относился и клан Саске — Учиха. И клан бабули Цунаде — Сенджу. А также кланы Узумаки и Кагуя.
— Так, я покажу тебе последнюю книгу и вернусь в лабораторию, — напомнил о себе учитель.
Я кивнул.
— Эту книгу по редким зельям я купил во время своего путешествия в Японию, — с верхней полки к нам поплыл светлый фолиант. — Магические списки с каких-то свитков… К сожалению, разобраться не смог. Видимо, язык видоизменился со временем или что, но смысл половины фраз от меня ускользает.
— Вау! — открыв эту книгу, не удержался я от громкого вздоха.
— Да, это — иероглифы. Считаются одной из самых сложных письменностей, — по-своему расшифровал моё обалдение сенсей.
А я чуть ли не со слезами на глазах смотрел на родной язык [10]! Причём книга была написана Высокой Речью.
Так что это получается? Этот мир, с огромным количеством языков, является каким-то перекрёстком миров, что ли? Может, мой мир вообще местный сателлит? Иначе как можно объяснить то, что язык моего мира… японский? Всего лишь один из семи тысяч…
— Прочтите, пожалуйста, что-нибудь, — попросил я сенсея. — Хочу послушать, как это звучит.
— «Гензаи мадэ но джикан но каиши кара сукурёру кенкё суияки», — это название.
«Свиток медицинских зелий от начала времён и до наших дней» моментально «перевёл» я. Смелое название для книги навскидку в две сотни страниц. Либо зелий не так много, либо они очень универсальные.
— Дорого она стоила? — спросил я, вцепившись в книгу мёртвой хваткой.
— Что-то около пятнадцати рё, — и я чуть не вздрогнул, услышав очень похожее на наше «рьё» название валюты. — У них свои деньги. Рё равен примерно трём галлеонам, так что в галлеонах…
— Сорок пять, — закончил за него я. — А это много?
— Гоблинский банк предлагает курс одного галлеона к пяти маггловским фунтам, если тебе так понятней, — пожал плечами Снейп-сенсей.
— Двести двадцать пять фунтов, — посчитал я и присвистнул.
Это практически столько, сколько тратят Дурсли в месяц на всю семью…
Я положил книгу на родном языке на стол, лихорадочно раздумывая.
— А вам было бы очень интересно узнать, что там написано, сен… сэр? — осторожно спросил я.
— Да, вот только магов-специалистов по старояпонскому не так много, причём и в самой Японии, не говоря уже об Англии, которая расположена на другом краю света. Я понимаю половину, но без второй части это сводится к методу проб и ошибок. Так что я забросил перевод.
— Книга очень ценная, я осознаю это, но… Мне показалось, что я понимаю, что там написано, — решившись, шёпотом сказал я и втянул голову в плечи. — Это нормально для… волшебников?
— Хм… — удивился сенсей. Его бровь дёрнулась на пару миллиметров вверх. — Это… необычно. Но не невероятно. У некоторых волшебников были и есть свои фамильные дары. Даже такой, как понимать язык змей — парселтанг.
— О! — я вспомнил, что Гарри упоминал о том, что говорил со змеями. — О-о-о!..
А вдруг я тоже? Или это дар души Гарри? Но, если мне досталось очкастое хилое тельце, почему бы не перепасть такой крутой способности? Помню, призывы Орочимару и Саске были весьма впечатляющими и опасными. Сколько раз только меня всякие ползучие гады заглатывали…
— Что? — прищурился Снейп-сенсей.
— А… Я… Однажды мне показалось, что маленькая змейка в саду тёти Петуньи что-то мне сказала. Но я подумал, что у меня разыгралось воображение, — вдохновенно соврал я.
Если он притащит змею, можно будет проверить. Да, так да, нет, так нет.
— То есть, ты, возможно, ещё и змееуст? — уточнил сенсей.
— Я не стал бы это утверждать, сэр. В конце концов, это случилось всего однажды и мне могло просто что-то послышаться с какого-нибудь соседнего участка, — ответил я, старательно хлопая глазами.
— Серпенсортия! — в руках у сенсея моментально оказалась его палочка, а из неё словно вылилась довольно крупная крапчатая гадюка, похожая на тех, которые водились в Великой Пустыне Страны Ветра.
Змей я никогда не боялся, и, благодаря некоторым злым гениям и вивисекторам всея Конохи, даже изучил «изнутри». К тому же любимая еда Гаары — запечённая змея… По вкусу напоминает мясо птицы.
— Мне с ней поговорить? — заинтересовался я.
— Будь осторожней, не суй руки. Но пока я не отдам мысленный приказ, змея не должна нападать, — ответил он. — Если что — я использую контрзаклятие.