Луна твоей жизни (СИ)

— Я не могу сейчас говорить. — Продолжила я сдавленно и очень надеялась, что он примет эти странности за горечь от потери работы.
— Я заеду за документами. И тогдааа… — Кирилл вытворяет что-то невообразимо приятное внутри меня.
— До свидания! — уже кричу я в трубку.
И, не дождавшись ответного прощания, нажимаю на «отбой». Отдаюсь на милость победителя, не сдерживая громкие стоны. Я вся пульсирую от его страстных проникновений. Хватаю его за волосы и притягиваю ещё ближе, одновременно подаваясь бёдрами вперёд. Ещё несколько толчков внутри меня, взмахов языка, и я сладко кончаю, насаженная на его пальцы.
— Ты молодец. — Кирилл довольно смотрит на меня снизу вверх.
— А ты просто псих. — Я пытаюсь звучать сердито, но не могу сдержать удовлетворённую улыбку на губах.
Через несколько минут, выйдя, наконец, из приятного оцепенения, я начинаю осознавать всю серьёзность произошедшего. Я поднимаю хмурый взгляд на мужчину передо мной.
- Зачем ты вынудил меня уволиться? — настойчиво спрашиваю я.
Кирилл равнодушно пожимает плечами:
— Тебе там нечего делать. Это сборище старых пердунов, слишком испуганных жизнью, чтобы делать что-то реально полезное. Они либо завидуют чужому таланту, либо слишком боятся предпринять какие-то действия, чтобы жить по-настоящему. Тебя я вижу по-другому.
— Как же ты меня видишь? — Вопреки здравому смыслу, мне сложно на него дуться.
— Как свою спутницу, музу, вдохновение. — он мечтательно улыбнулся и поцеловал мою руку.
— Или как свою пленницу? — я скептически посмотрела ему в глаза.
— Это одно и тоже. — он ласково поцеловал меня в лоб. Потом поднялся и направился на кухню. Уже около двери он обернулся и сказал:
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— Кира, через несколько дней мы с тобой поедем в путешествие. Ты когда-нибудь бывала в Европе?
— Что? — я с изумлением посмотрела на него. — нет, не бывала, но…
— О, это большое упущение с твоей стороны. — он говорил о поездке, будто это был уже решённый вопрос. — Мы продолжим твоё образование там. Я буду твоим гидом.
Я в изумлении уставилась на него.
— Кирилл, послушай, я не могу… — Я развела руками. — Мне же надо дела доделать, забрать документы… До сих пор не верю, что так легко бросила дело всей своей жизни.
Лицо Кирилла стало суровым:
— Дело твоей жизни — это я. Мы улетаем через неделю. Я уже подготовил тебе загранпаспорт.
Он вышел, оставляя меня наедине с мыслями. Я чувствовала духоту, невозможность вздохнуть. Как так получилось, что этот неуравновешенный мужчина встал у руля моей жизни и теперь вот так просто принимает за меня все решения. Я сама дала ему такую власть над собой, и теперь он обвил меня щупальцами и тянет вниз, утаскивая на дно. Мой монстр может дышать в морской пучине, в то время как я задыхаюсь и утопаю. Он никогда меня не отпустит. Никогда.
  
Глава 18
 
Кира
Четыре дня пролетели незаметно. Всё это время я оставалась добровольной пленницей во владениях своего похитителя. Мне казалось, что мы с Кириллом всегда жили вместе. Утром он любил читать вслух газеты. Я не знала, откуда у него такое странное пристрастие к низкопробной прессе. Мы вместе смеялись над забавными заметками, астрологическими прогнозами и светскими сплетнями. Один раз он признался мне, что когда-то давно и сам не гнушался писать подобную дребедень за деньги. Я округлила глаза в притворном отвращении и сказала, что его авторитет в моих глазах теперь не получится восстановить, за что получила лёгкий шлепок газетой ниже спины.
Однажды вечером мы сидели на кухне, как вдруг зазвонил мой мобильный телефон. Когда я взяла его, то увидела незнакомый номер.
— Алло? — сказала я.
Мне никто не ответил.
— Я слушаю? — повторила я.
Но ответа не последовало. Я слышала только напряжённое дыхание собеседника. Я положила трубку, но вскоре телефон опять зазвонил. Я увидела тот же номер.
 
— Да? — уже более настойчиво ответила я.
Никто не ответил, и я снова отключилась. Однако, когда телефон зазвонил в третий раз, Кирилл подошёл ко мне и вопросительно уставился.
— Кто это? — Спросил он, сузив глаза.
Я неопределённо развела руками.
— Не знаю, ошиблись номером, наверное. — Пожала плечами я.
Кирилл ещё какое-то время пристально смотрел на меня, от чего мне стало как-то неуютно. Потом он отвёл взгляд и хмуро уставился в газету.
— Эй, ты что? — Я протянула вперёд руку, чтобы взять его ладонь, но он поспешно убрал её со стола.
— Да что такое? — Настаивала я.
Кирилл потёр переносицу и, наконец, поднял на меня свой тяжёлый взгляд.
— Пожалуйста, будь со мной откровенна. — как-то слишком спокойно произнёс он. — Кто тебе звонил?
— Да я же сказала, что не знаю! — Эта ситуация казалась мне странной. Почему он делает проблему на пустом месте?
Он посмотрел в мои удивлённые глаза и немного смягчился.
— Я просто подумал. — Он вздохнул. — вдруг, ты готовишь побег за моей спиной?
Его слова мне показались настолько нелепыми, что я невольно рассмеялась.
— Что ты такое говоришь? — Я продолжала улыбаться. — Скорее уж ты от меня сбежишь.
Последние слова я попыталась произнести небрежно, хотя они выражали именно то, что больше всего беспокоило меня.
— Знаешь, я будто главный герой из сказки «Красавица и Чудовище». — Кирилл горько усмехнулся. — Удерживаю тебя около себя, не позволяю меня покинуть.
— Кира… — Он серьёзно посмотрел в мои глаза.
От звука своего имени, которое не так уж часто слетало с его губ, я вздрогнула и посмотрела на него. Я ждала продолжения его слов, но он лишь сжал мою руку в своей. Потом быстро встал, подошёл ко мне и поцеловал. Я, немного опешившая от его чувственности, ответила на его поцелуй. Догадываясь о том, что он так и не смог мне сказать, я прошептала в его рот:
— Поверь, я не сбегу.
Он облегчённо выдохнул и ещё сильнее прижал меня к себе.
Кроме этого странного случая, всё остальное время Кирилл пребывал в прекрасном расположении духа. Периодически он возвращался к своим прямым обязанностям: наставлению неопытной ассистентки. Иногда он скатывался на небольшие лекции, с жаром рассуждая на ту или иную тему. Я всегда с удовольствием слушала его. Мне нравились наши долгие беседы. Ум Кирилла был не менее сексуальным, чем его тело.
Правда, бывало так, что во время наших споров я теряла нить повествования, мечтательно разглядывая своего прекрасного писателя. Когда он с жаром доказывал мне что-то, то в его глазах вспыхивали искры страсти. Мне нравился ход его мыслей, но порой я специально раззадоривала его, невзначай бросая несколько контраргументов.
Несмотря на кажущуюся лёгкость нашего общения, меня в тайне не покидало смутное беспокойство. Казалось, что этот умный и привлекательный мужчина скоро пресытится моим обществом и тогда… Всё внутри мучительно сжималось от этого «тогда».
Я не могла представить, что буду делать без него. Он изменил всю мою жизнь и теперь засел так глубоко под кожей, что я с беспокойством ощущала, будто моя личность растворяется в нём. Я была замком из песка, подтачиваемый набегающей волной. Ребёнок построил замок слишком близко к воде, и теперь волны потихоньку начали растворять его черты. Незаметно забирая частички песка обратно в море, они оставляли после себя лишь неприглядный холмик. При взгляде на эту бесформенную массу невозможно было предположить, что здесь когда-то возвышался пример архитектурного искусства, уникальная личность. Чувствовала себя теперь мокрым песком в ногах Кирилла, из которого он лепил что-то новое. Я лишь боялась, что это занятие наскучит ему слишком скоро, и он оставит меня.