Жуткие дела в империи (СИ)

Вот взять, например, почившихся ведьм. Наши предки в большинстве своем с силой не родились, а получили ее после сделок с чертями. При этом условие сделки всегда было одно — после смерти в Царство подземное отправиться. Уж и не знаю даже, зачем чертям столько ведьм понадобилось? Хотя, если учесть бессмертность некоторых из нас, то может и нет у них там толкучки.
В общем, получается так, что один предок сделку заключил, а та как проклятье по наследству передается. И ведь никто из нас доподлинно не знает, придется ли после смерти в Царстве подземном быть или сразу душа на перерождение пойдет. Можно, конечно, провести анализ корней, навести справки, исследовать родовое дерево, да только как была это загадка, так и останется по большей части.
- Теперь остается только догадываться, кто их призвал, - произнес император, прерывая воцарившиеся молчание. Сразу видно — политик, выдержка устойчивая. - поскольку лично я сомневаюсь в том, что это дело рук нашей заговорщицы. Посудите сами. Для призыва нечисти, обладающей такой громадой силы, необходим тщательный контроль, иначе что-то может пойти не по плану и привести к всплеску сил, скажем, в обратном порядке. Тогда ведьма сама бы стала жертвой. Для контроля ситуации ей пришлось бы явиться в столицу, более того — во дворец, где ее поджидают. Она наверняка догадывается, что неожиданно проснувшаяся сознательность Мэри и появление при дворце иномирной ведьмы — не совпадение, как бы мы не пытались доказать обратное придворным. На фоне всего этого лично я бы не стал рисковать.
- Ведьмы обладают такими средствами, которые маги не всегда могут считать. - неожиданно возразил Томас. - Она могла рискнуть, воспользоваться личиной и явиться во дворец под видом, скажем, прислуги. Никто из нас их в лицо даже не помнит.
- Если так рассуждать, то возникает вопрос о необходимости ей Касьян. - покачал головой Игнат, взглянув на ведьму. - Она могла бы воспользоваться этой же личиной и сама проникнуть во дворец, притворившись невестой Грейстока. Тогда никто из вас не знал о заговоре, даже не предполагал. Ей было бы проще самой втереться в доверие и из центра событий здесь всем заправлять. Но она так не поступила.
- Осторожничает? - предположил Дерг.
- Или мы нечто упускаем из внимания. - отозвался Ланфорд.
- Чего голову ломать? - вздохнула вдруг Касьян. - Давайте свяжемся с моей тетушкой, у нее и спросим, что удалось узнать от всадников. Что-то мне подсказывает, что в Царстве подземном их любят не больше, чем у нас.
Среди магов повисло молчание. Не берусь судить, чем была вызвана пауза. Возможно, они были удивлены столь очевидным решением проблемы, а может быть и не догадывались, что столь блестящие идеи вообще могут прийти в голову.
- И как вы планируете связаться с ней? - осторожно поинтересовался Дерг, выражая, очевидно, общий вопрос.
Мы с Касьян переглянулись и ответили в едином порыве:
- Спиритическая доска.
- Сеанс спиритизма.
- У меня нет с собой спиритической доски, - признала я с прискорбным выражением лица. - Если честно, за все время работы ни разу не потребовалась, так что я ее давно с собой класть перестала. Возможно, несколько поторопилась.
- Да уж, а мою Грей выбросил, - вздохнула Касьян, покосившись на нахмурившегося мага. Тот отмолчался, но как-то разом стало понятно, что история та была неприятной. - Тогда по-старинке, обойдемся свечами и призывами к духам предков? Кровь тетушки у меня есть.
Я воодушевленно кивнула и поднялась из кресла, сунув кружку с недопитым чаем Ланфорду, который взглянул на нее с неподдельной растерянностью. Возможно, понятия не имел, что с ней делать дальше без прислуги.
Впрочем, все это мелочи, в отличие от крови названной тетушки Касьян. Дело в том, что спиритизм по сути своей даже не наука, а скажем так наитие. Это направление магии хоть и одно из древнейших, а было открыто случайно, да так с тех пор и не изучено. Нет-нет, ученые честно пытались, но тут такая засада: спиритизм подвластен только тем, у кого есть к нему склонность. Откуда эту склонность взять и как развить — непонятно. Более того, вот бывает такое, что рождается ребенок с даром в самой обычной семье, а потом — раз, и на тридцатом году жизни тот исчезает. Или наоборот появляется годам так к шестидесяти. Удивительное явление.
 
Но, несмотря на отсутствие всякой логики и закономерности, даже в спиритизме есть правила, нарушать которые, конечно, можно, да только это ничего не даст. Вот как с кровью, например. Если пытаться связаться с кровными родственниками, то те почти всегда отвечают, если есть настроение. А вот если взывать к существу постороннему, каким бы близким оно не было при жизни, то вероятность ответа сокращается почти до нуля. Или вообще может ответить мерзость какая, которая настойчиво желает пробраться в этот мир. Ох, сколько досадных инцидентов было связано с этим!
Поэтому в нашей Академии спиритические сеансы мы проводили только в специально оборудованном кабинете. К досаде наших преподавателей, у юных ведьмочек почти поголовно есть такой дар. Он, конечно, у большинства со временем исчезает, однако до тех пор многие успевают наделать глупостей. Помнится, как-то мы с подругами, не дождавшись очереди на тот кабинет, призвали дух прямо посреди академического сада. Ох и вопил тот призрак, как заправская банши. Влетело нам, надо сказать, не слабо. Зато сразу появилось уважение к правилам спиритизма.
Маги нам мешать не стали, только Игнатище скалой недовольства возвышался за спиной, ненавязчиво дав понять, что одних нас не оставит. У нас еще не было с ним разговора, касающегося изгнания всадников, но тот, судя по взгляду мага, будет не из приятных. Поэтому возражать я не стала, только пояснила остальным:
- Чем меньше будет магов, тем лучше. Дух ведьмы неохотно идет к представителям вашей братии.
Возразить на это маги ничего не смогли, поэтому нас направили в кабинет Ланфорда, где оказалась самая сильная во дворце защита от постороннего вмешательства, снабдили добротными толстыми свечами и оставили в покое.
Мы с Касьян мелом вычертили на полу круг защиты, нарисовав по сторонам света руны защиты. Мера предосторожности, без которой ни один спиритический сеанс начинать не стоит. Игнат, оглядев наши серьезные и сосредоточенные лица, так впечатлился, что принес с кухни мешок соли и высыпал ей второй круг.
- В фильме видел, - сказал он в ответ на наши недоуменные взгляды. - говорят, помогает.
Мы решили оставить все, как есть, если напарнику так будет спокойнее.
Второй круг мы начертили на столе Ланфорда, а на внешний периметр нанесли буквы алфавита. Здесь, нужно сказать, возникла заминка, потому что Касьян не знала земной язык, а мы — местный. Рассчитывать только на артефакт, которым мы пользуемся для общения, не хотелось, а потому было решено использовать латынь. Она в магической среде считается почти универсальной и до того, как в мирах изобрели первые артефакты для перевода, магические существа использовали ее для общения и записей. Разумеется, путаница порой возникала, но все же не так часто, как при использовании национальных языков.
После того, как круг украсил алфавит, следом мы на внутренней стороне нанесли цифры от 0 до 9. По центру вычертили прямую линию, а по обе стороны от нее написали «да» и «нет». Ровно в середине уложили блюдце из фарфора, которое Игнат также изъял с кухни.
Думать о кухонных работниках не хотелось. Те наверняка считают нас если не сумасшедшими, то на грани.
После того, как все приготовления были улажены, а свечи расставлены, мы заняли свои места так, чтобы образовать собой круг. Серьезно оглядев Касьян и Игната, напомнила:
- Как только начнется сеанс, меня запрещается прерывать. Любое неверное движение, любое вмешательство может спровоцировать дух, а меня оставить и вовсе без сил. Никто из вас не может задавать вопросы до тех пор, пока не установится контакт.
Мои напарники по спиритизму понятливо кивнули.
Я же взяла блюдце и поднесла его к огню свечи, нагревая центр над пламенем. Затем, следуя усвоенному в академические годы алгоритму, опустила на середину стола, кивнув Касьян и Игнату, чтобы те тоже опустили пальцы на блюдце.