Тэсса на краю земли (СИ)

— Какие вещи?
— Ну до чего же ты тугодум, — огорчился Холли, — Тэсса приглашает тебя жить с ней вместе. Не поверишь, плачет по ночам в подушку от того, что Фрэнк ночует во вшивом пансионате.
— Вшивом? — обиделась Тэсса. — В прошлом году мы потратили на ремонт полугодовой бюджет Нью-Ньюлина.
— Все десять фунтов, — поддакнул Холли.
— Обновили обои и закупили новые матрасы!
— Тэсса Тарлтон, — перебил их Фрэнк, — что за дикие фантазии у нашего психа на этот раз?
— Ну, форма подачи хромает, а содержание верно, — сдержанно ответила она. — Давай не будем особо заострять внимание на этом неловком моменте? Просто забирай свои вещи из пансионата и положи их в шкаф в моей спальне. Ну а мастерскую можно построить на заднем дворе, где выход из гаража.
Фрэнк молчал, глядя на нее с совершенно непроницаемым лицом.
— Мне что, встать на одно колено? — рявкнула Тэсса.
— Да, пожалуйста, — воскликнул Холли с воодушевлением.
— Не надо, — произнес Фрэнк, — мне не понадобится много времени, чтобы собраться.
Тэсса стояла под душем очень долго, смывая с себя вчерашнюю ночь, проведенную возле трупа, и сегодняшний суматошный день.
От недосыпа ее эмоции притупились больше обычного, и она только сонно грелась под струями горячей воды, ни о чем особо не думая.
Внезапный переезд Фрэнка скорее обескуражил ее, чем взволновал. Спать с ним в одной постели каждую ночь? Она не представляла себе подобного и понятия не имела, понравится ей или нет.
Впрочем, было о чем подумать и без этого.
Неведомое существо, нашептывающее Вуттонам свои желания из морских глубин, и инквизиторский орден на хвосте оставляли мало пространства для маневров.
Самым простым решением было бы натравить их друг на друга и, сидя на берегу, посмотреть, чем дело закончится.
Однако прежде всего Тэссе требовалось разобраться, что за зверюшка тут обитала.
Для этого следовало начать с Дженифер Уэзерхил и причин, приведших ее в Нью-Ньюлин.
И, раз уж так удачно получилось, что этой ночью профессор Гастингс спал крепким сном, этим стоило воспользоваться.
Стряхнув с себя оцепенение, Тэсса выбралась из душа и по привычке вернулась в спальню голышом. Вода оставляла на полу следы ее шагов.
Холли и Фрэнк смотрели на картину с солнцами.
— При искусственном освещении она выглядит иначе, — объяснял Холли, — и утром в ней будут преобладать жизнеутверждающие оранжевые оттенки, а вот вечером…
— Тэсса, ты не хочешь одеться? — резко спросил Фрэнк.
— Да-да, именно этим я и занята, — ответила она, доставая трусики из комода. — Мне надо уйти ненадолго.
— Сбегаешь?
— Знаешь, — сказал Холли Фрэнку, — если бы я ставил пьесу, то тебе бы досталась роль мрачного жреца. Ты бы ходил весь такой зловещий по сцене и зыркал на всех суровым взором.
— Фрэнк, я смотритель кладбища, — напомнила Тэсса, — и время от времени я проверяю, все ли там в порядке. Да, по ночам. Нет, со мной не нужно никуда идти. Нет, я не сбегаю от тебя. Устраивайся пока со всеми удобствами. Возможно, Холли накормит тебя ужином.
— Понятно, — сказал Фрэнк.
У Тэссы были ключи от всех номеров пансионата, но ими редко кто пользовался.
По традиции двери Нью-Ньюлина оставались открытыми.
Йен Гастингс мирно спал в своей кровати, и трое сообщников — бездельник Эллиот, доктор Картер и добряк Кенни — заботливо укрыли его одеялом.
Какие нежности.
Перчатки Тэсса позаимствовала в кладовке со швабрами. Фанни убирала номера трижды в неделю за отдельную плату.
Планшет она нашла в сумке возле кровати — разумеется, запароленный, но к счастью, отпечатком пальца. Все пальцы Гастингса были в распоряжении Тэссы.
Оставив профессора одного, она спустилась вниз, включила кофеварку и устроилась за барной стойкой, изучая документы.
У Гастингса были подробные досье на всех жителей деревни, и, посмотрев на часы, Тэсса решила вернуться к ним позже, если успеет.
Дженифер Уэзерхил родилась на севере страны, в подростковом возрасте тесты выявили у нее инквизиторские способности, довольно слабые. В ордене она занималась в основном бумажной работой, изредка присоединяясь к оперативникам в штатных ситуациях. Не замужем, что для членов ордена нормально, они все там одиночки. Тэсса методично просматривала список дел, которые вела Дженифер, в поисках любой связи с Нью-Ньюлином, и имя Ричарда Вуттона выскочило на нее из длинной вереницы других.
 
Его отец, основатель деревни Сэм Вуттон, утверждал, что сын работает в Бристоле экономистом. Ричард действительно работал в Бристоле, однако на орден. Возглавлял отдел усовершенствования человека, для которого Дженифер систематизировала данные.
— Это еще что за дичь? — нахмурилась Тэсса и обнаружила только список сотрудников отдела, куда входило пять членов ордена и внештатный научный исследователь Камила Фрост, нейробиолог и генетик. Больше никаких данных об отделе не было: ни целей, ни задач, ни отчетов о деятельности. Значило ли это, что отдел слишком важен, или наоборот?
Неудивительно, что пронырливой Камиле до всех было дело.
Тэсса перешла в досье Камилы и с любопытством просмотрела некоторые из ее научных работ (в том числе об уровне допустимого стресса для освобождения воя баньши), да так увлеклась, что не услышала вкрадчивых шагов босых ног.
— Интересно? — вежливо спросил профессор Гастингс.
— Хотите кофе? — вздрогнув от неожиданности, предложила Тэсса.
— Будь так любезна.
Тэсса щелкнула кнопкой кофемашины, не отрываясь от чтения.
— Что это Ричарда Вуттона и Камилу Фрост понесло работать на орден? — спросила она. — Они же не прошли тесты на пригодность к инквизиционной деятельности?
— Насчет Ричарда Вуттона я ничего не знаю, а Камила трижды писала заявления о приеме в орден — в тринадцать, пятнадцать и шестнадцать лет. Все три раза получила стандартную отписку, что это так не работает. Способности к инквизиционной деятельности врожденные, и у Камилы их не было.
— Ну, судя по всему, она добилась своего иным способом… Добавить молока?
— Да, спасибо.
Тэсса отложила планшет, достала упаковку из мини-холодильника.
— Это ты попросила своих сообщников усыпить меня? — спросил Гастингс, который вроде как был не особо удивлен или расстроен произошедшим.
— Ну, вы и сами немало потрудились, чтобы настроить всю деревню против себя, — хмыкнула Тэсса. — Ваши методы не меняются десятилетиями.
— Гнев куда полезнее симпатии. Злость и честность — лучшие подруги.
— Я помню ваши лекции, профессор, — кивнула Тэсса. — Вы же не доложите в орден о произошедшем? Милое деревенское недоразумение.
— Ах, люди так предсказуемы, — улыбнулся Гастингс, — стоит ли их за это винить?
— Профессор, — Тэсса наклонилась к нему, — этот странный отдел Ричарда Вуттона имеет отношение к нашим делам?
— А ты веришь в такие совпадения? Дженифер и Камила — две девочки с комплексом неполноценности. Одна мечтала быть инквизитором, другая стала весьма посредственным. Обеих интересовала возможность изменить врожденные данные к лучшему, и обе вышли на некий отдел усовершенствования человека, который — сюрприз — возглавляет сын вашего старика Вуттона.
— Разве такие организации не запрещены?
— Запрещены… в основном. Если только они не находятся под эгидой ордена, которому, как известно, можно все. Впрочем, я еще не успел выяснить, что входит в компетенцию этого отдела.
— Нью-Ньюлин — просто клондайк личностей с самыми разнообразными талантами. Как будто нас тут собрали специально.
— Ты великий инквизитор, Тэсса, который смог прослужить на оперативной деятельности втрое дольше всех остальных. Но тебя подкосило произошедшее в Лондоне.
— И что это значит?
— Что ты несколько лет была туповата, не так ли?
— Так, — неохотно подтвердила Тэсса, — я была настолько очарована этим местом и настолько разбита сожалениями, что жила себе, ни во что не вникая.