Тэсса на краю земли (СИ)

Тэсса взяла Фрэнка за руку и подвела к окну. Сквозь не слишком чистое стекло чернело небо, а за густыми фиолетовыми облаками проглядывала кровавая луна.
— Вот почему, — сказала Тэсса. — Скоро здесь будут все, кроме отшельника Эрла и Сэммуэля Вуттона. Эту ночь жители деревни предпочтут провести под защитой шерифа.
— Ужинать! — закричала Фанни. — Тащите сюда этого чертова художника! Тэсса, только не применяй силу, доверь это Фрэнку.
— И что это за дьявольщина с луной? — спросил Фрэнк, и не думая кого-то куда-то тащить.
— Этой ночью кто-то умрет, — нараспев произнесла незнакомая ему женщина, которая совершенно неожиданно подкралась к ним ближе. Она была красива болезненной, хрупкой красотой, куталась в цветастую шаль, а ее густые рыжие волосы полыхали огнем.
— Этой ночью обязательно кто-то умрет, — резко ответила Тэсса, — как и в любую другую ночь. Но только не в Нью-Ньюлине. Хватит на сегодня предсказаний, Кимберли. Помоги лучше Деборе заварить чай.
— Дебора — скряга, — объявила Кимберли, и Фрэнк догадался, что это та самая ясновидящая, у которой все путалось в голове. — Она живет в огромном доме, а принесла самое дешевое печенье!
— А что принесла ты, Кимберли? — возмутилась Дебора Милн, все еще прижимая к себе коробку. — Помимо своих нелепых фантазий.
В эту минуту раздвижные двери террасы разъехались в стороны, и в гостиную вступил Холли.
— Почему вы мне не сказали, что уже стемнело? — обвинил он всех присутствующих довольно сердито. — Свет уже совершенно не тот! И вы видели луну? Она ненормальная! Нелепо! Совершенно нелепо!
Раздраженный, он оглядел присутствующих, и на его лице проступило изумление:
— Почему мне никто не сказал, что у нас вечеринка? Я же в халате!
— Да господи боже мой, — Тэсса бесцеремонно подтолкнула его в спину, — просто съешь тарелку супа и ступай в постель.
Она вела себя так обычно, будто прошлая ночь ничего не значила. И Фрэнк решил последовать ее примеру.
— Никогда не видел такой луны, — заметил доктор Картер и принялся убирать шахматные фигурки. — Вы как знаете, но я изрядно напуган. Все это не к добру.
Он сказал это самым что ни на есть флегматичным тоном.
Входная дверь приоткрылась, и к ним присоединилась Мэри Лу. Кудрявая пекарша принесла целый поднос с пирогами, но выглядела замкнутой. Кажется, Кенни разбил ей сердце, вспомнил Фрэнк, и теперь ей было неловко находится рядом с ним и Фанни.
— Я написала Камиле, — сообщила она Тэссе, — но она такая упрямая! Заявила, что никакая луна, хоть красная, хоть зеленая, не заставит ее покинуть свой дом. А мне как-то не по себе стало.
— Как и всем нам, — поддакнула Бренда.
— Может, — мягко предположил доктор Картер, — это не луна, а кровоточащее сердце Одри?
Одри вспыхнула.
Джеймс подскочил на месте, потрясенно глядя на доктора.
— Я же только вам рассказал! — воскликнул он. — Я же по секрету!
— Неплохо бы тебе извиниться, сынок, — сухо порекомендовала ему невыносимая Бренда. — Негоже винить в своих бедах окружающих.
— Протестую! — немедленно проскрипел сварливый Джон. — Никакие это не беды! Воскресение — это чудо!
— Вот сами сначала умрите, — запальчиво возразил Джеймс, — а потом говорите!
— Что же, — ответил Джон спокойно, — возможно, недолго осталось.
Мальчик Артур, напуганный криком Джеймса, вцепился в штанину старика и, не мигая, уставился на юношу. Люстра над головой Джеймса покачнулась.
— Не сметь ронять мои люстры, — властно и четко приказала Тэсса и посмотрела Артуру в глаза.
— Ну-ну, — успокаивающе произнес Джон и погладил воспитанника по голове.
— Ничего не понимаю, — в наступившей тишине объявила Фанни. — Одри, детка, если тебя обидел этот юноша, то я ему…
Договорить она не успела.
У всех одновременно пискнули телефоны — новое сообщение в чате деревни.
Тэсса прочитала его и показала Фрэнку.
Отшельник Эрл Дауни информировал, что нашел на тропинке мертвое тело, если это кому интересно.
  
Глава 24
 
Кровавая луна мало тревожила Сэммуэля Вуттона. Море, рыба, звезды — вот и все, что представляло для него хоть какой-то интерес.
 
Сына он давно не видел, а внучка только расстраивала: Мэри Лу, девочка, которая получила драгоценный дар дышать под водой, совершенно не желала им пользоваться. Более того — она даже не подходила к морю, а ведь сколько всего интересного могла найти на дне. Кто знает, может, даже кельтские сокровища.
Когда ей исполнилось девять, Сэм просто зашвырнул девчонку в волны. Визгу было столько, что с тех пор он плохо слышал на левое ухо и совершенно разочаровался в людях.
И нелюдимый новичок, имени которого Сэм так и не запомнил — то ли Билл, а то ли Фрэнк — лишь укрепил это разочарование. Надежда на собственную устричную ферму погасла, едва вспыхнув.
Какой толк был от всех этих людей, которые слетались в Нью-Ньюлин как мухи на мед, если они ничего не понимали в жизни.
Это было нелепо — однажды Сэм посадил в машину жену и сына и уехал подальше от людей, чтобы провести остаток своей жизни в тишине и покое. А теперь только посмотрите, во что превратился Нью-Ньюлин. По суше шагу ступить нельзя, чтобы с тобой кто-то не поздоровался.
Только море оставалось верным другом, молчаливым и надежным.
И меньше всего Сэм ожидал, что в эту ночь оно заговорит с ним глубоким мужским голосом.
К тому времени, когда Тэсса добралась по раскисшей земле до тропинки с неведомым трупом, она была невероятно зла. Во-первых, ее вывел из душевного равновесия Фрэнк, который твердо вознамерился пойти с ней. Для чего бы вы думали? Чтобы ее защищать!
Это звучало настолько глупо, что ей пришлось прямым текстом велеть ему оставаться в доме и приглядывать за остальными.
Во-вторых, ей в принципе не нравились трупы на ее территории.
— Чертов Эрл Дауни, — издалека обрушилась она на нью-ньюлинского отшельника, нервно ожидавшего у подножья холма, — в следующий раз, когда найдешь мертвеца, пиши мне в личку, а не в общий чат! Это же надо было додуматься поставить на уши всю деревню!
— Надеюсь, — пробормотал он испуганно, — что следующего раза не будет.
— Жизнь длинна и полна опасностей, — рявкнула Тэсса и понеслась вверх по тропе, поскальзываясь на мокрой траве.
— Я с тобой не пойду, — опасливо сказал Эрл и, последовательный человек, пошлепал за ней, держась на изрядном расстоянии.
Тэсса увидела тело издалека — в красном отблеске луны оно казалось особенно зловещим.
Незнакомая молодая женщина лежала на повороте тропинки совсем рядом с высоким обрывом, под которым плескалось море. Она была одета в джинсы и футболку, ни рюкзака, ни сумки вокруг не было видно. Короткие волосы, некрасивое, резкое лицо, мускулы, берцы.
— Твою мать, — проговорила Тэсса, остановившись. — Как же это плохо, Эрл.
— Да понял я, — отозвался тот, — в следующий раз сообщать только тебе.
— В данном случае без разницы. Скоро здесь будет весь орден.
— Какой орден? — не понял Эрл.
— Тот самый орден, — мрачно ответила Тэсса и подошла к телу ближе, опустилась перед ним на корточки, — это инквизитор, милый мой.
— Разве их… в смысле вас, можно убить? — изумился Эрл.
— Всех можно убить, — огрызнулась она, — теоретически.
Тэсса склонилась ниже, ей не нужно было включать фонарик на телефоне, чтобы разглядеть цвет мертвого лица и кончиков пальцев, расширенные вены на шее и легкую пену на посиневших губах. Озадаченная, она осмотрела лужу морской воды, в которой лежала покойница, а потом встала и подошла к обрыву.
И как это можно утонуть в море на такой высоте? Не могли же ее принести сюда вместе с лужей?
У Тэссы было огромное искушение столкнуть труп с обрыва и сделать вид, что его никогда не существовало. Меньше всего на свете ей хотелось видеть в Нью-Ньюлине следственную команду из ордена. Но она знала, что это делу не поможет. И не только потому, что о покойнице уже знала вся деревня. А еще и потому, что убийство инквизитора — дело небывалое, и прямо сейчас весь орден поднимают по тревоге.