Курсанты 2 (СИ)
— Да задолбали эти гребанные Чечены!
— Давно пора поставить уродов на место!
— Ебанный мир подписали, ушлепский Лебедь.
— И толку то от мира?
— А я, о чем?!
Вечером все посты были усилены парой курсантов. Гаишники конечно этому были «рады» еще сильнее ппс-ников. В казармах остались только сменяющийся и заступающий наряды. Я попал на усиление к Гаишникам, мне непринципиально было куда. Я по идее вообще остаться в казарме планировал, но людей не хватало. А старшиной меня все же еще не назначили. В общем в итоге сунули с Артаньяновым. Который приехал от дяди вообще под шафе. И слегка шокировал видавших виды гайцов своим запашком. Стояли на одном из выездов из города. В тяжелом бронежилете и каске. Гаишники вообще были с автоматами. Так же кроме нас в усиление кинули и реальных сотрудников, с нами было двое очень неразговорчивых прапоров из конвойной роты. Мы понятно как обычно с ПР-73, с черемухой и неожиданно выданными нам наручниками. Видимо терористов планировали задерживать пачками.
— Приказ тормозить все машины! — выскочил из подлетевшей машины какой-то офицер, видно из гаишного начальства.
— Так мы тормозим! — развели руками «наши» гаишники.
— Что вы тормозите? Я вижу, что вы тормозите! Все! Все это мать вашу значит все! Вообще ни одна машина не должна ни выехать, ни въехать без досмотра!
— Я как все то проверю? У меня что десять рук?! — оправдывался «наш» гаишный прапорщик.
— Вам курсантов на хера дали?!
— А я знаю?! Что курсанты машины проверять будут? Они вообще понимают что-нибудь?
— Уж оружие в багажнике поди увидят поймут!
— Ага, а если стрельба?
— И что? Проверять на хер все! Курсантам то же!
— Бля… Слышали? Чего встали? На посту жезлы возьмите, там есть. И вперед махать! Успели хоть понять, что смотрим?
— Фамилию, срок прав, техосмотр. — ответил Миха.
— Оружие! Оружие, мать твою смотрим! — наорал прапор на нас, следуя логике наорал на тебя начальник, наори на подчиненного.
— Ну это понятно, но остальное то? — уточнил Миха проигнорировав несерьезные наезды гаишника.
Да уж с Орлом поживи, вообще на крики обращать внимание перестанешь.
— Да если остальное не в порядке или сомнения есть зовем меня. — подумав кивнул гаишник.
Я собирался тупо и без инициативно отбыть срок на этом посту. Артаньянов же напротив азартно взялся размахивать жезлом явно пытаясь разжиться деньгами как настоящий гаишник.
— Зачем остановил начальник? — пролепетал какой-то туркмен на рузовой калымаге.
— За надом! — отрезал Миха. — Документы?
— Воть.
— Что это за хрень?!
— Это мои документы, начальник.
— Тут что-то не по-русски написано? — бурча матерные слова под нос разглядывал бумаги Миха.
— Так это по-нашему.
— Можно так нет? Ездить с не нашими документами? — посмотрел на меня Артаньянов.
Мне оставалось только плечами пожать. Понятия не имею можно или нет.
— Как нельзя?! Всегда ездим. Вот смотри права то международные. А гражданство у меня да, нету. Поэтому паспорт наш, Таджикистан. Так я же не жить к вам приехал, товар везу. Вот начальник три десятки не задерживай.
— Старшего может позвать? — предложил я.
— Не надо старшего начальник.
— Погоди, успеем. — не согласился Миха. — Что за товар?
— Так помидор. Начальник я же вижу тут надолго у вас, давай мы бистро проедем, а?
— Открой-ка двери? — вопреки моим опасениям Миха пошел все же смотреть что везет этот представитель средней Азии. Вмешиваться пока не было смысла.
Из-за ростового металлического щита в нашу сторону направилось дуло автомата, один из конвойников стоял там и как бы прикрывал наш наряд. Нас на эту миссию не ставили, нам же автоматы не положены.
— И?! Где помидор?! Чего ты мне чешешь?
— Так продал помидор, я же обратно еду уже. Отпусти начальник?
— И че ты три десятки мне совал если у тебя все в ажуре?
— Так сто би бистро.
— Врешь. Техосмотра талон где?
— Нету.
— Совсем нету или просрочен?
— Совсем нету.
— Три десятки то мало нет за это?
— Насяльник!
— Да ладно, ты же уже продал помидоры?
— Ладно. — вздохнул торгаш. — Воть пять-десять. — достал тот полтинник.
— А эти куда?! — возмутился Миха попыткой забрать три десятки.
— Насяльник?!
— Старшего придется позвать похоже, Серый, не понимает товарищ, что тот с него три шкуры сде…
— Ладно, воть. — передал в руки Артаньянову уже восемьдесят тысяч таджик.
— Ладно садись давай и езжай. Я скажу, что ты в порядке.
— Немного на себя берешь? — спросил я у Михи.
— Нормально, думаешь они тут за другим стоят. Оружия у него нет сам видел. Следы от помидор то же видел. И вообще?! Ты с каких пор правильным стал?
— Да нет, я в плане может им надо сдать выручку, а потом уже..
— Что дурак? Они нас за ровню не считают. Ты вообще в Пепеес ходил нет с нами или все в казарме сидел?
— Я вообще-то работал в ППС.
— Угум, в прошлой жизни? — с явной насмешкой и недоверием спросил Миха. — Короче они с нами не делятся, от денег нас оттирают, мы для них нагрузка вроде броника бесполезная. Сейчас шанс появился поработать, так что работаем. Вечером поделим фифти-фифти.
Планам Артаньянова на легкие деньги сбыться было не суждено. Попадались машины без видимых и легко находимых косяков. Зато хорошо видимых «косяков» быстро прибирали к рукам настоящие гаишники.
— Чего ты жадный такой? Залетим ведь на ровном месте?
— А как мне жить? Стипуха сам знаешь едва три сотки на руки дают. Дядя мне ничего не должен. Дома и так у нас задница, им там и самим мало. Батя у меня дохера правильный, так что денег мне ждать неоткуда. Дивиденды ты скажем прямо поджал.
— Эй, полегче. Дивиденды будут позже. Если в край приперло так и скажи, выделю. А нарываться на проблемы на пустом месте не резонно.
— Угу, выделит он.
— Знаешь какой счет папашка Витковского выкатил нет? — не выдержал я несправедливого наезда.
— М?
— Вот делов не знаешь, а уже поджал. Дешевле было, наверное, так работать, без супер крыши. Всю прибыль сожрал. Ну почти…
— Хм…
Продолжить разговор не вышло. Хотя хотелось мне сказать и о младшем Витковском некоторые свои мысли. А также о вредном влиянии что тот оказывает на Миху. Миша явно потерял былую рассудительность, перенимая от Витковского вредные привычки, сначала бить, потом думать. Но сказать всего этого я не успел. Артаньянов махал палочкой как заведенный. Вероятно, надеясь вызвать-таки чудо.
— Ваши документы. — в очередной раз запросил водителя Артаньянов.
— Вот.
— Ага… Так. Права то чьи? А это ваши? А вы кто?
— Папа. — сказал мужчина с переднего пассажирского сиденья.
— Хм… А, вам сколько лет?
— Девятнадцать — ответило милое создание что сидело за рулем.
— Учитесь?
— Учусь. В техникуме.
— Поня-я-ятно. Это залет. — усмехнулся Миха.
— Угу. — кивнул несчастный владелец копейки.
— Что же вы местами заранее не поменялись? Видно же, что тут у нас, — обвел руками бардак творящийся на повороте, и еще раз окинув взглядом старенькую копейку, уточнил Миха.
— Никогда тут поста не было, с дачи едем, вот разрешил порулить, на свою голову. — состроил покаянную морду папаша.
— Ладно. Держи документы.
— Сейчас я… — открыл было дверцу мужик.
— Сидеть! — рявкнул как на собаку на него Миха, и сам испугано оглянулся на старших товарищей. — На своих местах оставайтесь. Сейчас заводишься снова и проезжаешь мимо поста, отъедешь подальше что бы не видно было и там уже поменяетесь местами ясно? А то старшие товарищи могут не понять мою доброту понятно?
— Все ясно-понятно. Спасибо товарищ сержант.
— Пожалуйста. Эх, красивая дочка у тебя папаша. — отдал документы Миха.
— Хех! — усмехнулся я, наблюдая сей концерт.
— Что скажешь не прав?!
— Да нет. — пожал я плечами.
— Нюх у этих гайцев что ли на косяков. Как они вон, а? — кивнул тот на явно получающего деньги летеху.