Нам нельзя (СИ)

— Сестра звонила, — отвечает он. — Слушай, Арс, отпусти ее. Немедленно.
Макар смотрит на зажатую, словно в тиски, мою руку и хмурится. Арсений хмыкает и демонстративно отпускает. Парни смотрят друг на друга, да так, будто вступили в какую-то безмолвную перепалку. И судя по тому, что говорит чуть позже Арсений, побеждает в этой молчаливой битве Макар:
— Ладно, иди уже.
Разворачиваясь, он отправляется обратно в клуб, бросая меня наедине с Макаром. Ну, условно наедине. Вокруг снуют посетители бара, да вот только их я не замечаю, потому что все мое внимание сосредоточено на Макаре. На его поджатых в недовольной гримасе губах, но напряженных плечах, будто он вот-вот да мог сорваться с места, на сведенных к переносице бровях. Весь его облик говорит об одном — он не рад, что видит меня. Что приходится вмешиваться.
— Я пойду, — шепчу вместо объяснений и, развернувшись, пытаюсь идти. Правда, получается плохо: дорога плывет перед глазами, начинает подташнивать, но я не позволяю себе сбавить ход, остановиться или обернуться. Не хочу видеть Макара… Видеть его недовольное лицо.
Я напортачила. Опять. Черт побери!
Какой же сегодня дерьмовый день!
— Элла, стой!
Вздрагиваю, но не оборачиваюсь, хотя действительно останавливаюсь. Макар подходит ко мне, но не прикасается. Будь на его месте Арсений, то уже бы схватил за руку. Рука… Скорее всего, теперь там точно будет синяк.
— Давай подвезу.
— Не нужно.
— Элла…
— Я же сказал, что не нужно. Закажу такси.
— Элла, прекрати уже, — едва не рычит он, и я впервые, пожалуй, слышу в голосе Макара раздражение. Вот такое, настоящее, не скрытое за маской дружелюбия. Я его на самом деле раздражаю.
На глазах наворачиваются слезы.
— Лучше возвращайся в клуб. Тебя же там друзья будут ждать.
— Как-нибудь в другой раз.
— И девушки…
Макар вместо ответа тихо хмыкает.
— Ревнуешь?
Да он издевается надо мной!
— С чего бы это? — спрашиваю, вздернув носик. Макар усмехается, но в его глазах все еще пляшет огонек злости. — Просто возвращайся туда. А я поехала. Не хочу, чтобы потом мне Арсений еще и за это выговорил.
На губах Макара меркнет улыбка.
— Пошли, — и он осторожно берет меня за руку и ведет куда-то за собой.
А я вместо того, чтобы попытаться оказать сопротивление, следую за ним, как доверчивый котенок. Не знаю, почему. Может, потому что мне впервые приятно, когда ко мне кто-то вот так прикасается. Может, потому что мне приятны прикосновения именно Макара? Не знаю…
— Садись, — он наконец-то отпускает мою ладонь, и я часто моргаю, смотря на белоснежный седан. Кажется, я вообще не видела, как мы добрались до парковки с противоположной стороны здания, где находится клуб.
Стоит мне моргнуть, как оказываюсь в салоне машины. Еще раз — рядом сидит Макар и заботливо пристегивает мой ремень безопасности. На коленях лежит сумочка. Черт! Как же хорошо, что я все же взяла ее, а не забыла в клубе. Хотя в таком состоянии проще простого что-то потерять.
— Поехали, — говорит Макар и заводит мотор.
Мне сложно сосредоточиться на дороге, но я определенно понимаю, что Макар ведет машину иначе. Плавно входит в повороты, не газует без надобности, держится потока, без чертовых шашечек, которые так любит Арсений. Мне нравится спокойная манера езды. Я расслабляюсь и откидываюсь на спинку кресла, наслаждаясь дорогой. До тех пор, пока Макар не начинает говорить.
— Тебе не нужно было приезжать с Арсом в клуб.
Поворачиваю в его сторону голову.
— Наверное, я сама могу решить, куда и с кем мне ездить.
Макар морщится, но в то же время улыбается.
— Не уверен.
— Почему?
— Потому что ты сейчас едешь со мной, хотя собиралась вызвать такси.
Что же, счет не в мою пользу.
Пожимаю плечами и отворачиваюсь. Ловлю себя на мысли, что начинаю нагло любоваться блондином. Все из-за алкоголя. Определенно виноват алкоголь. И Арсений, черт его дери.
— И не нужно было пить, — вместо ответа заключаю, все же взглянув на Макара.
— И это тоже, — выдыхает он. — Слушай, Элл, я хотел предупредить тебя… В общем, нужно было сделать это раньше…
 
Мне кажется, или Макар действительно теряется и запинается, пытаясь что-то до меня донести? Или во всем опять виноват алкоголь?
— Держись от Арса подальше, — заключает он, так ничего и не объяснив.
Я и без него понимаю это, но что-то дергает меня, как кукловод за ниточки свою марионетку. Выпрямляюсь и смотрю в упор на парня, который притормаживает на светофоре.
— Мне и от тебя тоже подальше надо держаться? Ведь так?
Макар поворачивается ко мне и отрицательно качает головой.
— Тогда что?
Он поджимает губу и не отвечает. Трогает с места, как только загорается зеленый сигнал. Между нами вновь повисает гнетущая тишина, которую Макар все же нарушает, но лишь тогда, когда мы оказываемся за пределами города.
— Я Арса знаю почти всю свою жизнь, — говорит он, ловко вливаясь в вечерний поток. — Наши матери — родственницы в седьмом колене, так что, можно сказать, мы с Арсом родня.
Я замираю и внимательно слушаю парня, не веря собственным ушам. Глядя на них и не скажешь, что они реально родственники. Такие разные во всем, начиная с внешности и заканчивая взглядами на мир и поведением. Но при этом все равно дружат. Мне их не понять. Хотя теперь пазл складывается. Возможно, и дружат по той причине, что все-таки родня, и Макар мне не лжет. Хотя зачем ему лгать-то?
— Я хорошо знаю семью Самойловых, и когда услышал, что Станислав Валерьевич женится, был неприятно удивлен.
— Из-за Арсения?
Макар кивает.
— У них и так все было не гладко, а тут еще это.
Я понимающе киваю. Сама подозревала, что между отцом и сыном пробежала черная кошка. Впрочем, у меня такая же ситуация с матерью.
— Но когда он рассказал про тебя…
Макар затихает. В салоне машины повисает тишина, нарушаемая нашим дыханием и приглушенными звуками, проникающими сюда снаружи.
— В общем, держись от Арса подальше. Он иногда перегибает. Я не хочу, чтобы у тебя из-за него были проблемы.
— Или у него из-за меня, — поправляю Макара, но тот отрицательно качает головой.
— Арс умеет выпутываться из всякого дерьма. А вот тебе может перепасть.
Я прикусываю губу, понимая, что Макар прав. Мне уже перепало. Уже повелась на «помощь» Арсения. Сейчас вернусь в дом Самойловых, там меня встретит разгневанная мама, а я еще приехала не одна, да и пьяная. Меня начинает мутить.
— Останови где-нибудь. Пожалуйста.
Макар не спрашивает зачем. Лишь косится в мою сторону и вскоре притормаживает у обочины. Благо, с трассы мы уже свернули.
Я открываю дверь и выхожу из салона. Теплый воздух все еще душит. Отхожу чуть подальше, сую два пальца в рот, и меня тут же выворачивает. Выходит пиво, которое все еще плескалось на дне желудка. Повторяю. Вновь рвет.
Слышу шаги, а потом вижу бутылку с минеральной водой.
— Держи.
— Спасибо, — шепчу, принимая воду из рук парня.
Жадно пью, а потом повторяю. Пока не понимаю, что из меня вышло всё.
И всё это время Макар стоит рядом, придерживает мои волосы, и это выглядит чертовски неправильно. И как бы мне сейчас не было плохо, все равно нравится, что кто-то может быть просто рядом.
— Давай вернемся, — чуть позже произносит Макар, когда я протираю губы бумажными салфетками. — Отоспишься, отдохнешь. А завтра встретимся, и я все расскажу.
Киваю. Сейчас из меня навряд ли получится хороший слушатель. В голове все равно плывет. Жаль, что не провернула этот чертов фокус чуть раньше.
Жаль, что вообще пошла на все это лишь ради того, чтобы зацепить Макара.
Мы садимся обратно в машину, вскоре возвращаемся в дом Самойловых. Макар притормаживает напротив главного входа. Я едва ли не зеваю, сжимая в руках почти пустую бутылку из-под минералки.
— Спасибо, — произношу тихо. Горло малость саднит после экстренной манипуляции.