Что случилось с секретарём Ким? Книга 1

– Говоришь, что простил? Хорошо, будь по-твоему. Тогда, может, закончим на этом? Раз уж ты так великодушно простил меня, то сделай одолжение, возьми себя в руки, как настоящий мужчина, и позабудь заодно и то, что произошло тогда двадцать лет назад. Зачем ты вечно мусолишь тот дурацкий несчастный случай уже столько лет?
Ён Джун не умел проигрывать. Не желая отступать и отмалчиваться, он продолжал бросаться резкими словами. Атмосфера в гостиной вновь накалилась не на шутку, в попытках предотвратить катастрофу президент Ли поднял руку и резко сказал:
– Ён Джун, хватит. Думаю, тебе пора.
Услышав слова отца, Ён Джун нехотя поднялся с места, чтобы немедленно покинуть родительский дом. Но у Сон Ёна были другие планы на этот счёт, и он не собирался бросать разговор на полпути. Ведь брат внезапно затронул запретную тему, которую вся семья на протяжении долгого времени держала под семью замками.
– Ли Ён Джун! Да как ты смеешь говорить мне это?! Если бы только ты обманом не отвёл меня туда и не бросил, я бы сейчас был на твоём месте!
– И что?
– Если бы ты только тогда хоть раз подумал обо мне и вернулся за мной, то я бы тоже сейчас, как и ты, мог спокойно спать по ночам!
– И?
– Если бы ты тогда не заткнул свою совесть и не соврал бы! Если бы не указал ложное место, вместо того, где на самом деле меня оставил! Меня бы не держали в том доме взаперти целых три дня! И сейчас бы я…
Ён Джун равнодушно посмотрел на брата и с иронией в голосе сказал:
– Так чего ты в итоге хочешь от меня? Говорю же, я ничего не помню. Абсолютно.
– Мерзавец!
Сон Ён не смог сдержать гнев. Как и в тот самый день десять лет назад, он схватился за бокал и замахнулся на Ён Джуна. Госпожа Чхве, которая всё это время неподвижно сидела в стороне с мертвенно бледным лицом, вдруг истошно закричала. Она чуть не сошла с ума от ужаса, что тот страшный день может снова повториться. Немедленно вскочив с места, госпожа Чхве подбежала к Ён Джуну и, закрыв его своим телом, истерично завопила на своего старшего сына:
– Сон Ён! Пора остановиться! Прекрати! Прекрати-и-и! Сколько ещё ты собираешься всех нас изводить? Кто-кто, но ты не имеешь никакого права так относиться к нашему Ли Сон Хёну! Именно ты! Ты…
Сон Ён смотрел на кричащую мать недоуменным взглядом.
– Мама, о чём ты говоришь? Какой ещё Ли Со Хён?
Услышав вопрос, госпожа Чхве и президент Ли взволнованно переглянулись.
– Ну… это…
Женщина внезапно перестала держаться на ногах. Она, шатаясь, схватилась руками за край пиджака Ён Джуна и упала на пол.
– Дорогой!
– Мама, с тобой всё в порядке?
Ён Джун мигом поднял женщину и положил на диван, пока госпожа Чхве задыхалась от нехватки воздуха в лёгких. Президент Ли быстрым шагом подбежал к супруге, подхватив её под руку, а затем, обратившись к сыновьям, гневно закричал:
– Вы оба! Немедленно убирайтесь! Видеть вас не желаю! Что за собачьи склоки вы устраиваете каждый раз, стоит вам только увидеться!
Президент Ли и госпожа Чхве покинули гостиную, но в стенах длинного коридора ещё долго звучала гневная тирада отца. Его голос постепенно становился тише с каждой секундой, а затем и вовсе стих. В доме воцарилась тишина, Ён Джун и Сон Ён остались в комнате совсем одни. Каждый из них смотрел друг на друга глазами, полными ненависти.
Ён Джун первым нарушил молчание:
– Если тебе от этого станет легче, то скажи все, что думаешь на самом деле, не надо сдерживаться и лицемерить. Просто скажи прямо мне в лицо, что ненавидишь меня. Что презираешь меня. Мне плевать, простил ты меня или нет. Если ты меня простишь, я всё равно не собираюсь быть благодарен тебе за это. А если и не простишь, то тем более мне будет все равно до тебя. Потому что в любом случае я не помню ничего из того, что тогда произошло.
– Ли Ён Джун, ты… У тебя и правда нет ни грамма совести…
– Думай, как хочешь. Мне всё равно.
Ён Джун бросил на брата взгляд, полный презрения и жалости, и резко развернувшись, вышел из комнаты.
* * *
Госпожа Чхве пришла в себя, когда они с мужем уже почти приближались к дверям спальни на втором этаже. Медленно переступая с ноги на ногу, она вдруг разрыдалась:
 
– Дорогой… Дорогой, я… У меня так болит за них сердце. Я больше не могу на это смотреть.
Президент Ли был весь погружён в раздумья, но, глядя на жену стеклянными глазами, он вдруг произнёс кое-что неожиданное:
– Знаешь, когда ты там внизу внезапно произнесла прежнее имя Ён Джуна…
Президент Ли заметил, что, услышав это имя, удивился только Сон Ён. А вот Ён Джун и бровью не повёл, словно прекрасно знал об этом.
– Понимаешь, честно говоря, я давно это подозревал, но… Тебе не кажется, что к Ён Джуну каким-то образом вернулись воспоминания?
– Что? Что ты имеешь в виду?
– Нет, ничего. Не обращай внимания. Это всего лишь мои напрасные опасения.
  
#Порция рамёна
 
В пустынном переулке выл ледяной ветер, а его холодные порывы проникали сквозь плотную ткань пальто.
Ён Джун стоял, облокотившись спиной на кузов машины. Положив в рот сигарету, он достал из кармана зажигалку и, щёлкнув ею, поднёс её к губам. В оранжевом огоньке пламени показалась далёкая сцена из прошлого.
– А как тебя зовут?
– Сон Хён. Ли Сон Хён.
– Сон Хон?
– Нет. Меня зовут Ли. Сон. Хён.
– Ли Сон Он.
– Ты… А ты и вправду глупая. Такое ощущение, что разговариваю со своим старшим братом.
– Ого! У тебя и брат есть?
– Ага. Есть там один, с тыквенной башкой.
– Тыквенной?
– Ага. У него не голова, а тыква на плечах.
– Вау, классно!
– У него голова вместо тыквы, при чём тут «классно»?
– Я завидую! Я просто обожаю тыкву!
– Даже не знаю, мне сейчас плакать или смеяться.
– А вот у меня нет собрата, только старшие сёстры. Они постоянно меня бьют и всё отнимают. А когда мы играем в куклы, мне достаются только самые некрасивые. Вот бы и у меня был тыквенный собрат! Как бы было хорошо!
– Ну во-первых, не собрат, а брат. А во-вторых, старшего брата у тебя уже никогда не будет. И лучше даже не мечтай об нём. У меня он есть, и посмотри, что со мной случилось. Как только я выйду отсюда, первым делом награжу этого козла хорошеньким апперкотом… [43]
– А что такое апперкот? Это съедобно?
– Таким малышкам, как ты, об этом лучше не знать.
– О! Сон Ён! У меня идея! Если тебе не нужен твой собрат, то просто отдай его мне!
– Меня зовут Сон Хён! Сколько раз тебе говорить? И не собрат, а брат. Когда же ты наконец запомнишь, дурочка!
– Ми Со не дурочка! Мне всего пять лет, а я уже читаю лучше, чем мои старшие сёстры, которые сейчас ходят в садик.
– Шутишь, что ли? В твоём возрасте у меня уже все энциклопедии мира от зубов отскакивали.
– Отскакивали? И что? Ми Со тоже умеет отскакивать! Высоко-высоко могу прыгнуть! И даже не падаю никогда.
– А-а-а-а! Она сведёт меня с ума!
Огонь в зажигалке потух, а вместе с ним куда-то в самую даль тёмного переулка унеслись и воспоминания. В сознании Ён Джуна вновь послышался тот заливистый смех весёлой пятилетней девчушки. Его губы невольно расплылись в лёгкой улыбке.
Ён Джун выдохнул. Сигаретный дым образовал в воздухе белые узоры и растаял в пустоте.
Он взглянул на третий этаж здания, туда, где за небольшим окошком виднелись розовые занавески. Это была комната Ми Со.
На душе у него было невыносимо тяжко, мужчине отчаянно хотелось поговорить с ней хотя бы пару секунд. Услышать её смех. Убедиться, что «настоящий Ли Ён Джун» всё ещё существует. Ему было это просто необходимо.