Невеста пепельного принца (СИ)

— Мы это уже обсуждали. Нет.
— Так какой смысл от нашего замужества, если мы даже в одной кровати не спим?
— Ты так говоришь, словно мы всегда спали в обнимку, а не каждый в своём углу.
— Ну да, каждый в своём углу и спал. Как будто мы не жених и невеста, а супружеская пара, живущая вместе лет сорок, и успевшая друг другу поднадоесть. — я сложила руки на груди.
— Мне казалось, ты сама против нашей близости. — Варден же руками развёл, на секунду отвлёкшись от своих тяжёлых дум. Сейчас его заботил вопрос недопонимания.
— И да, и нет. — я чуть сильнее вцепилась пальцами в собственный локоть. — Ты мне нравишься как мужчина. И вроде бы ты даже не просто мужчина, а человек, с которым я помолвлена.
— Демон. — поправил принц.
— Да какая разница. — я отмахнулась. Прошла к нему, обогнув стол. — Но я никогда… Никогда не была с мужчиной. — вот почему мне стыдно за эти слова? Вроде же всё, как и должно быть. — И в моём понимании, то, что между нами должно произойти — случится только после свадьбы.
— У меня всё же создаётся ощущение, что твоё «должно» тут неспроста. Зачем ты говоришь, что нравлюсь, если это не так? — я отшатнулась, когда Варден вдруг решил встать. Он был выше ростом, и теперь уже не ему, а мне приходилось смотреть снизу вверх. — Из-за метки? Чтобы она не отреагировала болезненно?
— С чего ты взял, что это не так? — я мотнула головой, отступая на шаг. Мужчина сделал шаг следом. По коже пробежал странный холодок.
— Ты знаешь, у тебя очень красивые глаза. — задумчиво протянул демон, ещё сильнее сокращая расстояние. Я снова отступила. — Ты сама — очень красивая. Хоть сначала и казалась мне обычной девушкой, уступающей придворным демонессам по каждому пункту. Но сейчас я почему-то не могу найти никого, кто мог бы тебя затмить. И я уверен, что это не влияние флёра. Он тут не при чём. — я не знаю к чему Пепельный говорил это, но он становился всё ближе и ближе. До тех пор, пока мне стало некуда отходить, я спиной упёрлась в стенку между дверью и шкафчиком с документами. — Я стал замечать, что я сам хочу быть чаще с тобой. Мне самому болезненно даётся каждая ночь отдельно от тебя. А сдерживаться на протяжении всего этого времени, видя такую прекрасную женщину рядом, на моей кровати… Это невыносимо тяжело. — я слушала с приоткрытым ртом, а в груди бушевали чувства, которые я вначале пыталась унять, но теперь не видела в этом смысла. — Лежишь на расстоянии вытянутой руки, с блестящими шёлковыми волосами, разбросанными по подушке, такая невинная и хрупкая. И даже не подозреваешь КАК я на тебя смотрю пока ты спишь. — несколько секунд тишины. — Ты меня впечатлила за это время. И ты мне больше, чем просто нравишься. Я боюсь произнести эти слова с той же лёгкостью, с которой ими бросаешься ты. Так скажи мне не как человек, который должен за всех переживать и обязательно заботиться о ближнем, ведь так заложено в воспитании. А как моя невеста и истинная пара… Я тебе действительно нравлюсь?
Я сглотнула. Получилось шумно, прервало дыхание. Голубые глаза напротив гипнотизировали и всё никак не давали сосредоточиться. Они мешали включить рассудок, давали волю только чувствам. А чувства, которые я усердно засовывала в клетку с надписью «Ты не знаешь что у других на сердце», вдруг начали неистово биться в прутья. Я же всё это время внушала себе, что Варден вовсе не обязан меня любить. Это метка. Это выгодная партия. Это вынужденный ход. Может быть насчёт выгоды я и надумала, потому что какая выгода с простолюдинки-иномирянки? Но всё же находила аргументы в пользу таких домыслов. Я запрещала себе влюбляться в этого мужчину. Запрещала, зная, что наивная влюблённость может разбить сердце и ранить так, что я за всю свою жизнь не оправлюсь. А теперь…
Я даже не успела додумать мысль, когда Вар склонился ко мне, и коснулся своим горячим лбом моего лба. Вздрогнула всем телом, ощутив его запах. Мужской. Сейчас совсем без парфюма. Но такой приятный, что в животе что-то ухнуло. Демон закрыл глаза, прислонив свою ладонь к моей щеке.
 
— Ты не обязана отвечать сейчас. Подумай. Но я бы очень хотел, чтобы мои чувства оказались взаимны. — он произнёс это шёпотом, под который я тоже прикрыла глаза. Стало темно, тепло, и неописуемо воздушно. Это было похоже на ощущение полёта. Жаль, но так мы простояли недолго. — Я останусь сегодня, чтобы показать тебе из-за чего я каждую ночь ухожу. Только прошу, не наделай глупостей.
Не знаю, что бы это могло значить, спросить я не успела. Принц отправился в комнату, чтобы затем в спальне прямо в одежде упасть на кровать. Я надеялась, что он хотя бы поужинает. Но у Вардена, видимо, совершенно не осталось сил. Мужчина заснул, едва коснувшись головой подушки.
Я в тревоге побродила по гостиной, не зная, чем бы себя занять, то и дело поглядывая на часы. Спать тоже хотелось, но я не была уверена, что это стоит делать сейчас. До полуночи оставалось не слишком много времени, а на моей памяти — всё начиналось именно в этот момент.
Честно, Варден мог бы и предупредить чего конкретно мне бояться, и чего именно делать не стоит. То есть что он имел в виду под глупостями? Ложиться сейчас в кровать — считается глупостью? Я не знаю.
Решив наконец, что если бы было так, то принц бы дал чёткие указания на этот счёт, я всё же устроилась рядом. Точно так же, не снимая дневного платья. Оно было не самым моим красивым, но зато я очень любила его за удобство. Мягкий корсет, не сдавливающий все возможные внутренние органы. Немногослойная юбка, с которой всё ещё можно самостоятельно сходить в туалет. Ну и прямые облегающие рукава до запястья, что абсолютно не сковывают движения. Минимум рюшек, бантиков, камешков. Но по подолу всё же шла скромная серебристая вышивка, которую в данный момент я и перебирала в руках.
Меня вроде бы клонило в сон, но при этом неясная тревога не утихала. Наоборот, с каждым оборотом минутной стрелки она становилась сильнее. Похоже, что его высочество решил посвятить меня в одну из своих страшных тайн. А теперь у меня встал насущный вопрос: все ли тайны я хочу знать?
Я посмотрела на мужчину, лежащего рядом. Свет шёл только из соседнего зала, где я оставила свечи не потушенными. Мягкой полоской ложась на волосы демона, создавал драгоценный перелив. Я и правда давно не любовалась женихом. Сейчас мне захотелось этого как никогда прежде. А ещё больше я желала, чтобы гадкие чёрные круги под глазами у него исчезли и никогда не возвращались вновь.
С самой первой встречи я считала Вара привлекательным. Сейчас моё мнение не изменилось. Но он прав. В то время я всё ещё отмечала внешность и других демонов, которые могли бы дать фору даже Пепельному Принцу. Встречала их на рынке, в академии. Один из профессоров — мечта любой девушки. Аполлон во плоти. Но оглядываясь назад, я понимаю, что всё это не имеет значения. Даже тот профессор для меня не более чем просто красив. Но не притягательнее моего невольного жениха.
Я не заметила, как задремала, всматриваясь в лицо Вардена, которое даже во сне несло какое-то печальное, измученное выражение. И проснулась, чего и стоило ожидать, от жуткого холода и шорохов по углам.
Часы в гостиной били полночь. Когда-то я просила Вара отключить их бой, потому что ночью это слушать было невозможно. Они мешали мне спать. С тех самых пор больше ни разу я не слышала этого звука. До сегодняшнего дня.
Я резко распахнула глаза. Первое что увидела: неподвижный принц, с напряжённым лицом, и подрагивающими крыльями носа.
— Он скоро придёт. — прошептал мне мужчина, поднимаясь. — Веди себя тихо. Твой внутренний огонь должен защитить тебя от него.
Вот и приплыли. Кто — он? Палач? Мститель? Медведь? Призрак? Кто?
Как оказалось, последняя догадка была стопроцентным попаданием. Это я выяснила, увидев неясный силуэт в окне. А затем створки с грохотом распахнулись, разбив дорогое, между прочим, стекло, и эта тварь пробралась в комнату.
Несмотря на внушающее ужас синее свечение, призрак имел отдалённо знакомые черты. Прежние краски поблекли, но я всё ещё могла разглядеть голубые, аквамариновые глаза. Чёрные, как смола, волосы. И жёсткую линию скул, которая однозначно досталась и Вардену. Мужчина выглядел не слишком молодым. Может быть поэтому я и уверилась в мысли, что передо мной родной отец Вардена. Точнее, его бесплотный дух.