Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– Так ведь карабкаемся по разным склонам. Не понял еще?
– Ты о чем?
– Хочется наследить в Истории? Да ради бога! Принимай эти грязевые ванны, пока не пропитаешься насквозь.
– Вопрос в цене, – сказал Аскольд. – Нормальную цену я готов платить.
– Вопрос в цели, – возразил я. – Власть ведь тоже средство, как и секс. Думаешь, достиг вершины, сделался Царем мира? А это сперма прокатывает по бугоркам наслаждения, побуждая всаживать корень снова и снова. Это инстинкт, понимаешь? Живность запрограммирована на продолжение рода, а ты, как бобик, следуешь программе. И еще разглагольствуешь о цене!
– Пусть средство, – уступил он. – Для больших свершений, для благих дел… А?
– Ты ж гордишься холодным умом. Вот и вспомни, скольких ты уже сдал либо столкнул с карниза, пока карабкался наверх. В таких делах либо «холодная голова», либо иллюзия «чистых рук» – третьего не дано.
– То есть или сволочь, или дурак? – уточнил главарь, нехорошо улыбаясь. – И кто я, по-твоему?
– А уж это сам выбери, – предложил я, не мелочась.
– Был бы дурак, давно убрал бы тебя с глаз долой. И не слушал бы ересь.
Краем рта я усмехнулся: «Вот и выбрал».
– Или, думаешь, за тебя вступятся? А это уже напоминало сведение счетов – всплыла давняя обида!
– Давай разберемся, – сдерживаясь, предложил я. – Что выиграешь ты, убрав меня, и что потеряешь… Конечно, если ты еще способен разбираться.
Последняя фраза была, наверно, лишней… а может, и нет. Я ведь впрямь не боялся его, и лучше бы Аскольд это усвоил. Пусть подозревает тут подвох – я ведь спец по сюрпризам, – пусть вспомнит мои приступы ярости, которые не остановить первой пулей. Пусть думает, что за мной большие силы – к примеру, федералы. Или даже ЦРУ.
– По-моему, нас не туда повело, – с неудовольствием заметил Аскольд. – Вообще, я что тебе поручал?
– А и вправду – что?
– Разберись с шарашкой на канале, – распорядился он, явно играя на публику. – Нужно выведать, откуда поступают эти ляльки. Уж не прорыл ли кто тоннель сквозь весь шарик?
Ну да, из самого Сан-Франциско прямиком в наш зачуханный городок.
– Хочешь знать, что говорит мой внутренний голос? – спросил я.
– Ну? – заинтересовался главарь.
– «Да пошел ты!..»
И все ж от логова контрабандистов я двинулся к трехэтажке, где обитали странные ребята. Напрасно Аскольд понукал – меня и самого влекло туда, как магнитом. Хотя все, что можно подглядеть через тамошние окна, исправно поступало к Дворецкому и каждую заснятую сценку я мог просмотреть на любом удалении от объекта. Завесу молчания, окутывающую таинственное здание, удалось обойти без особых проблем, выловив в Океане программку, позволявшую читать с губ. Я даже снабдил озвучивание подлинными голосами, записав их снаружи дома, – благо все четверо, похоже, не применяли повышенные тона. И так же безмятежны, благостны были их лица. За такими лицами можно следить часами, заряжаясь их спокойной уверенностью. Кто бы знал, как утомили меня людские хвори! Ведь почти не осталось полноценных, вменяемых. Маньяки да параноики лишь крайние проявления общего недуга, и чуть не всякий выкажет патологию, стоит копнуть глубже.
Как и ожидалось, картинки не содержали полезной информации. Если не считать имен четверки: Ника, Стелла, Влад, Стас. Никой звали как раз ту, с песочными волосами. Хотя Стелла смотрелась не хуже, на свой лад, – белокожая брюнетка с прекрасным ликом и роскошными формами.
Сегодня я посвятил слежке не один час, благо ребята вели себя активно, разъезжали по городу почти безостановочно. Меня если и замечали, то не обращали внимания, будто успели узнать лучше, чем я их. Впрочем, это было бы не сложно, потому что я не понимал ничего. По первому слою странники гляделись обычно, если исключить безупречный облик. Но чем занимаются, на чем навариваются, как поддерживают достаток? Или им башляют на стороне? Тогда кто: федералы, западники… пришельцы, нечистая сила? Тьфу!
Официозов ребята сторонились, но и с торгашами дел не вели, то есть версия с контрабандой не катит. Если они посещали кого, то не в самых благополучных кварталах; иногда даже вывозили оттуда что-то, чего я не мог разглядеть за темными стеклами, – грузы или людей. А больше всего озадачивали их средства связи. Пару раз я видел, как они переговаривались из машины, забыв или не позаботясь поляризовать стекла, но перехватить разговор не удавалось. То есть я даже не мог засечь источник радиоволн, будто странники применяли иной принцип. Господи, какой!.. Гравитационный, что ли? Но в Океане про это ничего нет.
Так ничего не расчухав тут, я вернулся к своему персональному зверинцу, выбрав для рассмотрения еще один занятный экземпляр.
К гильдии карателей Хвощ прибился не от хорошей жизни. Досталось ему крепко. Сперва квартирные грабилы с бессмысленным изуверством вырезали семью его сестры, затем кто-то изнасиловал дочь-малолетку – прямо в лифте, остановив кабинку между этажами. Понять чувства брата и отца нетрудно, но в данном случае праведный гнев обернулся потребностью убивать. То есть задатки зверя в Хвоще присутствовали изначально – впрочем, как у многих. Но одним для их активации приходится пережить потерю близких, другим достаточно увидеть агонию ребенка, попавшего под машину. И жизнь сразу обретает новый смысл, а сила черпается из умирающих под твоими руками – жуткая сила, несравнимая с прежней. Даже мне знакомы эти ощущения, и вот этого я боюсь в себе больше всего. Когда тобой начинает управлять Голод… Отличить хищников от профи, убивающих за деньги, несложно. Первые всегда стараются сблизиться с жертвой, сомкнуться с нею в момент гибели, чтобы забрать энергию, выбрасываемую при агонии.
Так вот, Хвощ не из тех, кто всаживает пули с полукилометра или минирует машины. Правда, ему-то еще требуются оправдания для свирепости. Но, может, те, кто убил его сестру, тоже себя чем-то оправдывали. Судя по почерку, там порезвились абреки, а уж им есть что предъявить гяурам.
Мы съехались на пригородном пустыре окно к окну и на треть приспустили стекла, чтобы говорить без помех.
– Ну, в чем проблема? – сразу спросил Хвощ.
Он мало изменился, несмотря на новое ремесло. Вполне обыкновенное лицо, даже симпатичное – если не знаешь, кто он. А как узнаешь, начинает работать воображение.
– В сынке Грабаря, – сразу ответил я. – Вам не заказывали?
– Ну-у, Род, – протянул каратель, – кто ж о таком говорит!.. Или не знаешь правил?
– Грабарь ищет убийцу, – пояснил я. – А старик он настырный, сам знаешь. Если не хочешь лишних хлопот, просто скажи «нет», и я перемещу вас в конец списка. Это ведь не против правил?
– Мы не убийцы, – оскорбился Хвощ. – Каждый заказ выносится на рассмотрение трибунала. И только если объект заслуживает приговора…
– Ладно-ладно, народные мстители! Может, и денег не берете?
– Каждый труд требует оплаты. А у нас повышенный риск.
Надо ж, и тут подвели базу!
– Так что там насчет сынка? – напомнил я. – Постигла его ваша кара?
– Ведь он, я слышал, паренек безобидный, – уклончиво ответил Хвощ.
– Ну да, только очень любил девиц, не слишком заботясь о взаимности. А иногда даже забывал расплачиваться. Кто-то ведь мог подумать и решить, что ее изнасиловали. Для вас это достаточное основание? Только не заливай, как скрупулезно вы проводите расследование!
С сожалением каратель вздохнул – видно, на этой теме он и хотел задержаться. Пожевав губу, промямлил:
– Ну, если отягчающие обстоятельства: возраст там, повреждения, особая жестокость… И наказание подбирается соразмерное. Не обязательно же каждый раз умерщвлять?
– Ладно, в теории просветил. Может, скажешь теперь по существу? Что передать Грабарю – что вы не отрицаете участия?
– Отрицаем, – решился наконец Хвощ. – Слово даю: мы тут ни при чем. А слово мое…
– Крепче гранита, знаю. Но вас пока не вычеркиваю – имей в виду.
– Обижаешь, – нахмурился он. – Мы ж не «шакалы», Предел чтим.