Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– Экое паскудство – верно, толстый? – доверительно зашептал барон, придвинувшись вплотную. – И кому ж может глянуться такое!..
– Здесь есть тонкость, сударь, – сказал гигант, покосившись на него. – Фамилия на обложке совпадает с моей.
– А имя?
– Имя тоже. И вообще, это я.
– То-то я гляжу, обличье знакомое! – обрадовался Геральд. – Ведь это прославленный на всю планету, Великий и Могучий кудесник слова…
– Полегче, Гарри, полегче, – проворчал тот, откладывая книжку. – Не пережимай. Думаешь, не узнал? Да я тебя под любой личиной различу – по твоему непревзойденному нахальству!
– Ну, ты растешь, – засмеялся Геральд, кивая на его живот. – Откуда такие пышности?
– Так ведь из-за машины не вылезаю. Скоро у меня будет зад, как у гамадрила.
– Такая же красная?
– Такая же красивая! – гулко хмыкнул великан. С гривой пепельных волос, отброшенных за спину, и густой порослью по всему лицу он походил на разъевшегося благодушного льва, который уже не усматривает в каждом встречном добычу. Но хищника, даже ушедшего на покой, лучше не задевать.
– Хоть не зря натирал мозоли? – поинтересовался Геральд.
– «Скока я зарезал, скока перерезал, – прогудел Борислав, кровожадно потирая лапищи. – Скока душ я загубил…»
Конечно, он имел в виду очередной из своих ужастиков, кои клепал по штуке в квартал и которые, как ни чудно, пользовались спросом у публики.
– Ладно, где можно поболтать без помех? – спросил Геральд, озираясь.
– Тут поблизости кабачок, – сообщил Борислав. – Вполне уютный.
– Приглашаешь?
– За твой счет, разумеется.
– Ну, веди!
Заведение помещалось в подвале и, действительно, выглядело недурно: сводчатые потолки, стены из бурого кирпича, деревянные кресла с подушками. Как видно, Кторова тут уважали, а потому гостям сразу выделили кабинет. Обслуживала их владелица трактира – веселая справная дамочка, явно благоволившая к обходительному гиганту. Вообще тот не хуже Геральда умел заводить знакомства и устраиваться в жизни – может, со временем и впрямь пустит здесь корни. А что, домик аккуратный, кормежка отменная, хозяюшка душевная, наверно и пылкая. Чем не прибежище для бывшего героя тайных сражений?
– Вот уж кого не ожидал встретить! – сказал Геральд, когда их оставили наедине. – Даже в голову не приходило.
– Напрасно, напрасно, – откликнулся Борислав, с удовольствием озирая закуски, в самом деле выглядящие завлекательно. – Как раз мне тут самое место. А вот тебя с чего занесло в эти края?
Попробовав вина, уже разлитого по бокалам, Геральд одобрительно кивнул и сказал:
– Причин много, но главное… Тянет меня, понимаешь? Будто зовет кто…
– Ага, значит, и у тебя…
– Что?
– Крыша поехала. Не переживай, Гарри, – здесь это норма. А ты и вправду мог слышать Зов.
– Скажи еще Глас Божий! – ухмыльнулся он. – Нет, ко мне-то взывает человек, вдобавок близкий.
– У тебя что, много родичей?
– Скорее мало. Но, может, я знаю не о всех?
– А-а, – протянул Борислав. – Конечно, у каждого свои скелеты…
– И потом, хочу разобраться в здешнем компоте.
– Эка! С налёта, да? Я тут сколь времени ошиваюсь – а много ль уразумел? Впрочем, кое-что…
– Ну?
– У меня ж интуиция, ты знаешь.
Об этом Геральд, действительно, знал.
– Сколько? – спросил он напрямик.
– А это как сам оценишь, – ответил гигант с кокетством таксиста.
– Столько хватит? – осведомился барон, демонстрируя фигу.
Борислав хохотнул, не поверив. Слишком давно они знакомы.
– А что за Храм тут возвели? – спросил Геральд. – Слышал что-нибудь?
– Он и тебе подозрителен?
– Еще бы. Якобы восстановили в точности – но я ж видел фото оригинала!..
– Зато местные святоши вселились туда охотно. И теперь, что ни день, являют публике чудеса.
– Неужто опять иконы прослезились? – возмутился барон. – Да сколько можно, помилуйте!
– А что удивляться? Разве люди не сами наделяют чудотворцев силой? Главное, верить. Сейчас ведь многие ждут пришествия – то ли Христа, то ли инопланетян, то ли первосвященников разных мастей, включая основателей. Может, уже заявился кто-то?
– Это вопрос? Или констатация?
– Да ходят такие слухи. Будто за наши грехи или же муки ниспослали на Землю спасителей. Пророков или мудрецов.
– Сионских? – вставил Геральд. – А без чужого ума – никак?
– А если они прибыли из Шамбалы? – сказал Борислав. – Такой вариант ты исключаешь?
– Нам только Шамбалы не хватает, – хмыкнул Геральд. – А так полный набор, на все вкусы. Кстати, вот это больше всего настораживает.
– Что именно?
– Кто-то умело играет на людских слабостях, причем задействовал всю октаву – от алчности до тщеславия. Уж не следят ли за нами со стороны?
– Имеешь в виду…
– …совсем чужих, – кивнул Геральд. – Из очень дальней стороны – может, с того света.
– Ты что, дорогуша, моих опусов переел?
– Ага, лишь этим и занят – когда не сплю.
– С кем? – сейчас же спросил Борислав. – Опять подцепил какую-нибудь кралю?
– Подцепить можно триппер, – фыркнул барон. – Филолог!
– Иногда лучше уж его. Между прочим, ты сам помянул слабости…
– Ну, договаривай.
– Будь ты у меня в персонажах, уж я бы знал, чем тебя купить.
– Это не слабость, мой друг, – потребность, – возразил Геральд. – Более того, необходимость. Без этого мир тускнеет вдвое. А то и больше.
– Тем дешевле ты купишься, – проворчал гигант. – Сколько тебя знаю, вокруг – мамзельки. Все доказываешь свою неувядающую потенцию?
– Зачем доказывать? Я реализую.
Однако Геральд задумался – действительно, тут могла найтись слабина. А сочинитель тем временем продолжал:
– Вообще, у персонажей должны быть простые мотивы – иначе не увлечь. Публика сопереживает, когда понятно. А высокие помыслы хороши в сказках. По большому счету людишек не волнуют идеи. Зато они стремятся примкнуть к стае, желательно крупной, и занять там место потеплее. Вот ты, барон, не хочешь заделаться герцогом?
– Да на кой? – фыркнул тот. – Проку нынче от герцогства!..
– В народе станут уважать больше.
– Да неинтересны мне те, кто уважает за титул.
– И у самого прибавится уверенности.
– О, уж с этим порядок!..
– Тогда подумай о богатстве – настоящем, неисчерпаемом.
– Что толку в роскоши, когда не станет сил? А копить на старость – это такое занудство!
Гигант благодушно хмыкнул:
– В гонки-то, поди, балуешься еще?
– А куда деваться, если гоняют, – улыбнулся Геральд. – Но вообще хорошие игры люблю по-прежнему. Знаешь, Бур, когда я был вдвое моложе…
– Ну?
– …я желал почти того же и чувствовал себя, как сейчас. С тех пор у меня не изменились ни формы, ни темперамент – разве прибавилось морщин. Я и поныне не уступлю молодым энергией и выносливостью. Но долго ли продержусь на этой полке?
– Второй твой бзик, – отметил Борислав.
– Лучше иметь несколько, – засмеялся Геральд. – Отличное средство против мании!
– А вот я живу в согласии с возрастом. Каждой поре – свои цацки.
– Значит, я из тех, кто не взрослеют.
– Будешь гнаться за поездом, пока не свалишься под колеса? Говорят, Цибульский так погиб.
– Кто?
– Да был такой актер.
– А-а, ну да… Слушай, толстяк, – вдруг повернул Геральд, – а не хочешь поработать со мной в спарке? Как в прежние времена – помнишь?
– А сочинять за меня станет Пушкин, – прибавил Борислав, снисходительно кивая. – Как бы коллега, да?
– Нашел о чем переживать. Здесь и без тебя такого насочиняют!..
– Не-ет, старина, я уж отбегался, отстрелялся. Теперь для меня главная радость: созерцать… Ну, еще осмысливать, понимать, увязывать. А также строить схемы и прогнозы.
– Не рано ли сдался, Бур? У тебя ж сила, как у медведя! И со здоровьем, поди, проблем нет.
– Потому и не хочу подставляться под пули. С возрастом осознаешь, что главное достояние – голова. А мысль, говорят, убивать нельзя, хотя охотников хватает. Вот ежели б мне предложили планировать операции…