Новый порядок (СИ)

— Насколько древние?
— Настолько, что меня скорее всего могут изгнать из страны. Они времён последних Первосвященников в начале нашей эры, которые ими и пользовались. Хранятся в одном музее, но я знаю, как их изъять.
— И вы пойдёте на это?
— Для стабилизации ситуации на родине, и для того, чтобы душевное, психико-эмоциональное состояние одной личности пришло в норму, я готов совершить определённые действия, — Андронник отвечает без колебаний, чувствуя оттенок вины за то, что тогда оставил Сериль в городе.
— Хорошо, мы пришли к соглашению, — обрадовался Первосвященник. — Сериль Валерон, ныне известная как Сигалит Вебер, четыре года служит в Моссад. Три года провела в специальной школе, и ещё один, последний, «работает в поле». Позывной «Серый».
— Хорошо, — потёр металлические руки Андронник. — Что вы можете сказать о её местоположении сейчас?
— По имеющимся внутренним данным её отправили на операцию в одну восточную страну. Судя по всему, это Китай, где-то в пригороде Пекина.
— А что по её задачам?
— Вот это я вам уже не скажу, — Первосвященник закрыл все вкладки и встал с места. — Эта информация повышенного уровня конфиденциальности.
— Хорошо, господин Первосвященник, я приношу вас благодарность от имени всего Рейха, — чуть поклонившись, «жестянно» радуется Андронник.
— Обожди, — мужчина поднялся со стула и утянул за собой отца Андрея на небольшой полукруглый балкончик. — Она ещё подавала прошение на поиск другого человека по имени Марта Валерон.
— Так и было? — взволнованно говорит Андронник, устремляя взор далеко в город.
— Да. Когда она поступила в Моссад, то вместо годового заработка она согласилась, что разведка направит свои ресурсы на поиск этого человека.
— Вы обнаружили что-то? — Андронник на этот раз готов Первосвященнику предложить ещё и золотые меноры или даже раскрыть тайну создания из обычных людей киберариев, лишь бы ему всё рассказали.
— Мы исследовали полмира. В Рейх нам не особо удалось проникнуть, «Либералы» нам ничего не дали. Но вот один край света отозвался похожим именем. И судя по всему это её родственница.
— И?
— Мы просканировали интернет-запросы, насколько это возможно, когда часть сети утеряна, проверили базы данных. Южноамериканская Федерация. Пригороды Рио-де-Жанейро. Большего сказать не могу, так как Бог нам не открыл иного.
— И вы так просто об этом мне доносите информацию? — удивился Андронник.
— Да, у нас получилась хорошая сделка — информация в обмен на информацию. К тому же, вы отдаёте нам древние реликвии, что так же хорошо для нас.
— Что ж, тогда можно считать нашу встречу оконченной?
— Подожди, — Первосвященник протянул небольшую пластинку. — Здесь находится документ в цифре. Вы можете предъявить его Сериль, чтобы она не сомневалась ни в чём.
— Спасибо, — металлическими пальцами Андронник подхватил пластинку, спрятав её в кармане. — Мы расстаёмся?
— Да, — Первосвященник махнул рукой и от строя охранников отделилось трое левитов с автоматами. — Вот эти парни проводят тебя к выходу.
Андронник согласился и направился к дверям из Дворца. Прошло около минут двадцати, пока по витым переходам, через большие дворы, минуя галереи и искусственные аллеи, отец Андрей вышел из большого комплекса архитектурного произведения искусства, сложенного из злата, мрамора, гранита, серебра, драгоценных каменьев, платины, базальта и дерева.
Оказавшись на улицах Иерусалима, Андронник поднял голову и увидел, как развиваются флаги Великого Израиля — тёмно-синие полотна с двумя белыми полосами, в центре которых, в белом кругу чёрная звезда Давида. Теперь под этим знасменем маршируют войска от Нила до Евфрата, противостоят Персидской Державе, Турецкому Султанату и Аравийским Эмиратам, а также африканским бандам. Андронник стал идти вперёд, выходя за пределы огромного двора перед Дворцом.
Андронник стал углубляться в город, а на встречу ему попался поток людей — мужчины и женщины в еврейской одежде. И все они живут в ожидании одного. Государственный Раввинат Израиля, как орган исполнительной власти во главе с царским наместником, Синедрион-Кнессет, взявший роль законодателя и суда, возглавляемый Первосвященником, поучаемый Раввинатом Писания, всё ждёт своего царя, который придёт, дабы распространить власть этого государства ещё сильнее.
 
Синагоги то и дело попадаются на глаза Андронику, в которых звучат слова учения, возвещающего о превосходстве мессианского народа. Малые дворцы коэнов говорят о величии служителей древнего культа, что стал возрождаться. Ещё немного и Храм Соломона будет достроен, ибо всегда что-то мешало его окончанию. До неожиданный обвал, до стены треснут, но строители без колебаний продолжают его ваять. Андронник посмотрел назад и нашёл его великолепие — храм занимающий целый квартал, стал жемчужиной Иерусалима и коэны даже пару раз там проводили службы. Но несмотря на всю помпезность и ожидание счастья, Андронник знает, что этот храм станет началом конца.
  
Глава десятая. Империя «Восточного дракона»
 
Глава десятая. Империя «Восточного дракона»
— Эстебан, ты как? — раздался слабый голос из бусинки, закреплённой у уха, и мужчина дал ответ в небольшой микрофон у воротника:
— Всё хорошо, Комаров.
Парень, нацепивший на себя чёрную куртку из кожи, короткие сапоги и темные джинсы, бредёт сквозь неисчислимое множество народа. Это люди преимущественно среднего роста, с желтоватым оттенком кожи, одетые в разношёрстные цветастые одежды и постоянно смотрящие взглядом будто прищуренных глаз на Командора. Эстебан конечно и раньше видел азиатов, но в таком количестве — никогда, но всё же это не помешает его цели — найти и обнаружить одну даму. Ещё вчера, когда они стояли в пригороде Пекина Андронник сообщил им, что они на верном пути и Сериль нужно искать именно там, но где? Отец Андрей пытался выяснить точное местоположение девушки и даже предлагал Первосвященнику за свою службу вывести их на связь, но тот отказался. И ныне они должны расхаживать по всему Пекину в поисках «леди» с европеоидной внешностью.
«Ох уж этот Первосвященник. Как требовать служения, так сразу, а как реально помочь, так лезет в бочку», — возмутился Командор, в то же время понимая, что их новый жестяной товарищ сделал всё что можно и если бы сам Эстебан требовал у Первосвященника выдать информацию, то перешёл бы на угрозы и шантаж, чем бы и завалил операцию.
Эстебан тихо бредёт по улице. Справа и слева дома, выстроенные в местном колорите — красные стены, золотистый фасады, крыши с подогнутыми краями и развешанные круглые фонари. Роскошные фанзы на севере столицы Китая построены для возрождения и утверждения национального духа, как помнит Командор. Подле них же разбит целый рынок — палатки и хижины из пластика и дерева, на столиках, на вешалках и витринах всё пестрит разнообразием товара — одежда, телефоны, украшения, пища. Особенно Командору тошно смотреть на разбитые здесь точки продажи пищи — под открытым небом в масле и перце делают всяких жуков, тараканов, саранчу мух и прочую гадость. Здесь обоняние пленяет тошнотворный запах от чудной еды, гниющих продуктов, дешёвого пластика и пота людей на пару с их отходами, ибо туалеты установлены где-то рядом.
Командор обратил взгляд к небе, но его встретили только серые хмурые облака, чуть раскрашенные златом солнечных лучей. Огромное количество заводов в южных промышленных зонах, запущенные не так давно уже успели накрыть город стеной облаков. Столбы дыма, вырывающиеся из труб, превратились в подобие колонн, что держат твердь небесную. Ещё не так давно, столица Китайской Республики не была загрязнена подобным образом, ибо находясь в тяжёлом кризисе, она могла позволить работу только малой части производства.
 
Бусинка в ухе активировалась, и Командор услышал речь на трудно выговариваемом новоимперском:
— Кстати, Яго рассказывал, что ты заботился о каком-то молодняке. Если не трудно, скажешь пару слов?